Украденное волшебство и прочие злоключения (ЛП)

Аннетт Мари, Роб Якобсен
Украденное волшебство и прочие злоключения
(Кодекс гильдии: Искаженный — 4)
Перевод: Kuromiya Ren
ГЛАВА ПЕРВАЯ
— Вот-вот начнется кошмар.
Винсент Парк рядом со мной согласно кивнул. Мы давно уже не делили кабинку, но он одолжил пустое кресло Линны, даже не спросив. Я не жаловался. Из моей кабинки было удобнее следить за остальными в кабинете, чем из его.
— Она же не сделает этого? — прошептал Винни. — Это так глупо.
Я покачал головой.
— Я бы не звал это глупым. Отчаянным — возможно. Точно гневным. Но она не глупая.
В передней части общего кабинета агент Клэрис Виньо стояла, скрестив руки, топала ногой по полу, как ударенный током Майкл Флэтли. Ее кудрявые черные волосы подпрыгивали от ее стука ногой, а ее глаза, обычно мягкие и дружелюбные, смотрели на один из трех входов в кабинет с яростным ожиданием.
Все остальные тайно наблюдали за ней с той же обреченностью, что и я. Атмосфера в участке была ядовито напряженной с тех пор, как Созэ проявил сторону диктатора, и после недавних событий уровни паранойи, замкнутости и «мне не платят за этот бред» поднялись так высоко, что почти покинули орбиту.
— Я должен остановить ее, — буркнул я, выбираясь из укрытия за стеной кабинки. — Отвлечь хотя бы.
Винни поймал меня за рукав и потянул.
— Ты хочешь сказать старшему агенту, что делать?
— Я хочу убедиться, что хороший агент не разрушит свою карьеру, приняв решение от злости.
— Не преувеличивай. Это не разрушит карьеру, — сказал Винни с привычной нахальной уверенностью, но он не мог скрыть морщину тревоги между бровями. Он тоже переживал за агента Виньо.
Честно говоря, Винни не был таким плохим. Враг моего врага — мой друг, и все такое. Плюс, Винсент Парк доказал, что сомневаться в нем не стоило — важная способность, кстати. Когда было важно, он бился на стороне справедливости, и это помогало немного лучше терпеть его нахальство всезнайки.
Он мне все еще не нравился. Это было невозможно. Как мороженое со вкусом печени. Кому такое могло нравиться? Но я мог терпеть его.
Застряв между желанием отвлечь агента Виньо и настойчивой хваткой Винни на моем рукаве, я задержался на минуту. Дверь распахнулась, и гроза существования участка прошла в проем.
Агент Созэ, Внутренние дела. Я не знал его имя. Не хотел его узнавать. Мне хватало знать, что он был самым скользким злом, и его устраивали все методы злодея, пока он мог скрыть их за видом правосудия МП, и у него был тоталитарный контроль над участком и всеми агентами.
Если казалось, что я преувеличивал его качества, я мог представить Дело А: около недели назад он воскресил древнюю возможность МП позволять убирать целую гильдию. Он не справился — хотя был близко — но то, что его устраивало массовое убийство, было бесспорным фактом. А еще он почему-то нацелился на «Ворону и Молот».
За ним в кабинет прошел один из его взаимозаменяемых прихвостней, которых он брал для поддержки его захвата участка. Сегодня это был агент Каде, сильный и тихий, чуть за сорок, с плечами полузащитника, вечной щетиной и стрижкой Брюса Уиллиса. Его нам представили как волшебника, но он выглядел так, словно полагался на кулаки, а не магию.
Агент Виньо повернулась к Созэ, едва он появился.
— Агент Созэ! Я требую объяснений!
Я скривился от ее агрессивного тона. Это плохо для нее обернется.
— В чем проблема, агент? — спросил сухо Созэ. Он не понизил голос, потому и прибыл в кабинет, а не встретился с агентом Виньо наедине: он намеревался подать пример всем.
Агент Виньо понимала это, или злость мешала ей думать?
— Вы уничтожили расследование шести месяцев! — она почти кричала. — Мы с моей командой были в неделях от победы над целой цепочкой преступной активности!
Обычный шум в кабинете драматично пропал, все агенты делали вид, что не смотрели на зрелище. Мы все знали о подпольной сети преступников, выполняющих незаконные задания в Ванкувере, и она медленно, но верно распутывала сеть — пока Созэ не остановил это ранее утром.
 
— Вся незаконная система наград имеет один фиксатор — одна личность действует как банк и брокер, — кипела агент Виньо. — Мы знаем от нашего информанта, что фиксатор записывает всех пользователей, клиентов и убийц. Если его поймать, будут улики на десятки преступлений, может, сотни.
Созэ глядел на нее, словно она была тупой собакой, слюна которой капала на его ковер.
— У вас огромные стремления для дела, основанного на безосновательных заявлениях непроверенного информанта. Вы не только потратили полгода своего времени, но направили целую команду на эту глупую погоню.
— Глупую… — она яростно запиналась. Было странно видеть агента Виньо, обычно похожую на воспитательницу в садике, такой сорвавшейся. Созэ так влиял на людей.
— Я забрал власть над этим участком с одной ясной целью, — сказал он, оскал проник в его мертвый голос. — Убрать неэффективность, неумение и коррупцию среди агентов тут. Мои подчиненные в процессе определения, какие грехи относятся к вашему расследованию, агент Виньо.
— Вы… издеваетесь? — Виньо сжала кулаки. — Это безумие! Вы намеренно блокируете мое расследование, да? Почему?
Темные глаза Созэ сузились.
— Сомневаетесь в моей честности, агент Виньо?
— Именно так, — закричала она, шагнула к его лицу, ее голос стал рычанием. — Я сомневаюсь в вашей честности, в вашей этике и в вашей адекватности!
— Ох, блин, — буркнул Винни.
— Звучит ужасно похоже на непослушание, — отметил Созэ. Он оглянулся на своего лысого напарника. — Агент Каде, отведите агента Виньо в камеру.
Виньо отпрянула, гнев тут же сменился шоком.
— Вы меня арестовываете?
Созэ изогнул губы в слабой и склизкой улыбке.
— А вы сопротивляетесь аресту?
Агент Каде вытащил наручники и надел их на запястья Виньо. Она не боролась, была слишком потрясена для этого. Кабинет был таким тихим, что металлические щелчки наручников звенели эхом в пространстве.
С тех пор, как Созэ захватил наш участок, все агенты были на взводе. Даже агенты, которые поддерживали Созэ — о таком никто, правда, не говорил открыто — не были расслаблены. Но в этот миг у всех давление поднялось. Наверное, таким и был план Созэ.
— Я дам вам время в камере обдумать вашу позицию в вашем прекращенном расследовании, — Созэ говорил с Виньо, но обращался ко всем нам. — Если мы не договоримся, я лично разберу все ваши дела. Я проверю историю работы, вашу личную историю и историю вашей семьи, пока не будут раскрыты все ошибки, поражения и грехи. Это ясно?
Просто.
Диктаторский.
Кошмар.
Виньо не ответила, стиснула зубы.
Созэ кивнул Каде, и тот увел агента в наручниках к двери, за которой был лифт — а дальше были камеры. Они ушли, и я заметил капитана Блит, прислонившуюся к стене у дверей лобби, скрестив строго руки.
Она все это видела, но, как и мы, ничего не могла поделать.
Созэ окинул кабинет взглядом, словно правитель, обозревающий сжавшихся вассалов, удовлетворенно кивнул и пропал зловеще, как появился. Тихий гул разговоров растекся по кабинету без него.
Я обмяк на стуле, уставший от очередного морального поражения.
Винни с дрожью выдохнул. Хоть кошмар прошел, он не освободил стул моей напарницы.
— Что будет? — тихо спросил он.
Я покачал головой. Я знал не больше него. Будущее нашего участка было таким же ясным, как грязные воды, потревоженные кормлением пираний.
— Наверное, нам стоит работать, пока Созэ не решил, что отлынивание — главный грех, — я с неохотой сел ровно и взглянул на Винни. — Над чем ты нынче работаешь?
Он пожал плечами, избегая моего взгляда.
— Над мелочами.
Не ответ в стиле Винни. Обычно он хвалился о важных делах, которыми занимался вместе с опытным старшим агентом, Бреннаном Харрисом. Винни начал в МП в одно время со мной, и он каждый день носил шорты на работу. Но с тех пор, как он встал в пару со своим кумиром, его гардероб резко изменился в сторону строгих костюмов, какие предпочитали старшие агенты, как Харрис.