Возвращение (СИ)

А с тренировками вышло занятно: купцы «глупостями не страдали», а их охранники или занимались своими обязанностями, или делали вид, что занимаются (непосредственно на Диастристе это так и было). Далее, тренировочный зал на Диастристе есть, команда даже им пользуется, но…
— Стрельбищем я и так пользуюсь, само собой. А зал для тренировок, который они называют гимнастическим, только для бега и прыгания годится. Тренироваться не с кем, — развела девица руками.
— Так пользуются же.
— Только атланты — придурки, — махнула Зое рукой.
И рассказала, что контактный бой атланты вообще не рассматривают как «бой». То есть есть у них борьба, даже бокс… И всё, этого, согласно атлантского «этоменталитета», хватает для защиты в редких случаях, когда такая защита понадобится. Всё остальное — дальнобойное оружие и мистические проявления различных видов и типов.
И, кстати, некоторую «общую» правоту этого признавал и я, и даже искусственная память. Из неё даже всплыла смешная поговорка, про воинов её мира, что некое холодное оружие, именуемое почему-то «лопата», понадобится воину в том случае, если он потерял или потратил весь боеприпас и оружие, да ещё и чрезвычайно удачливо нашёл на поле боя подобного себе раззяву.
Но это — «в общем», если оперировать понятиями «крупных воинских групп». Да и не учитывать мистические проявления, которые того же Сэру с Лакотта, с его смешной рапирой, делали очень опасным противником, несмотря ни на какую метлу или иное оружие. В общем, выходило, что атланты просто игнорируют рукопашный бой, кроме как кулачный, а Зое нужна практика с клинками, простым и метательным.
— Естественно — тренировочным, рассчитываю, что и ты не будешь использовать боевое оружие. Какой ты воин, я не знаю, но трактаторы у тебя точно есть. Кстати, почему не носишь? — заинтересованно уставилась она на меня.
А до меня не то, чтобы дошло, но дошло: отливающие металлом трактаторы поверх костюма механика окружающие воспринимают как элемент гардероба. Тяжести я трактаторами носил на глазах троицы из экипажа Диастриста, а больше никто их не видел.
— Есть. И на мне, — помахал я парочкой трактаторов, больше напоминающих хлысты из стали, чем приличные механику манипуляторы с сочлениениями…
И удивился: на мое желание трактаторы отозвались, сформировав из себя трёхсуставчатые механизмы с клешнёй-захватом. Полиморфический металл, подвластный моей воле — примерно так выходит. Хотя я ОЧЕНЬ хотел бы с мастером Крепом или иным заслуживающим доверия мистиком проконсультироваться. Потому что то, во что превратила и без того нестандартные, питающиеся от мистической энергии трактаторы моя мистическая часть — ОЧЕНЬ странно и непонятно.
— Странные они, — констатировала Зое очевидный факт, смотря на трактаторы с прищуром. — Хотя наш Лонг… боевой инженер, — пояснила она, — говорил, что каждый мастер делает их под себя. Идём?
— Давай попробуем, — поднялся я.
Вообще, общение на «ты» и прочее — не вполне по-джентельменски… Но иначе с Зое не выходило: она задала такой тон общения, что будь я галантен и вежлив, это бы звучало как издевательство и оскорбление. А так, она всё же — не леди, так что общение как с приятелем, если сама так себя поставила, выходит вполне уместным.
Провела меня девушка по коридорам с лестницами, и мы оказались в довольно просторном, с искусственным освещением, зале. И он действительно был гимнастическим — чем-чем, а гимнастикой в Приюте нас исправно нагружали. Правда, натурфилософ в свое время, будучи немного выпивши (точнее, пьян до заплетающегося языка, но язык хоть и заплетался, а слова выдавал понятные), рассказал, что поговорка «в здоровом теле — здоровый дух» не полна. И имеет совсем иной смысл, который вкладывал наставник гимнастики, звуча так: «В здоровом теле здоровый дух — редкая удача». Ну да не важно, быть здоровым и ловким лучше, чем больным и неповоротливым, так что гимнастические занятия шли на пользу.
А в гимнастическом зале Диастриста были гири, площадка для поединков — боксёрских и борцовских, как я понимаю. Круговая дорожка для бега: короткая, но круговая, так что сколько кругов пробежишь, так и побегаешь. Ну и свободное место было, так что встали мы с Зое друг напротив друга. Правда, меня смущал один момент: она говорила про тренировочное оружие… Который вскоре разъяснился: в ножнах у девицы был затупленный тренировочный клинок, как и в ножевых перевязях. Очевидно, подготовилась заранее, идя на встречу со мной. Ну а я просто не стал доставать ножи для трактаторов: и не пользовался ими после того, как проснулся, и не тренировочные они.
  
А Зое перешла в атаку, демонстрируя скорость и прыть не хуже, а то и получше лючитонов. И в первые же секунды я получил несколько неприятных ударов: костюм механика смягчил их силу, но всё равно чувствительно. А девица, не став продолжать избиение, отскочила и фыркнула:
— Раззява! — и язык показала.
И не просто, а длиннющий и извивающийся. Видимо, от змеи-оборота достался, таким языком только и дразниться! Хотя… впрочем, не до того. И права Зое — раззява, собрался я, встряхнулся, помотал трактаторами и подготовился.
И уже не дал себя безнаказанно тыкать тренировочным мечом, отражая атаки. Девица оскалилась, отскочила, дёрнула руку к ножнам, но тут уже я не зевал: один нож отбил трактатор, а я бежал в ближний бой. И через секунду зафиксировал девицу, удерживая захватами.
— А неплохо, — улыбалась она. — А если так?
И обернулась. Мистическим образом, без переходных стадий: вот была девица, удерживаемая трактаторами за плечи и бедра, а вот — длиннющая змея, покрытая недлинной и густой шерстью. Правда, с двумя руками, да и морда этой рептилии (хотя с учётом меха и заметных, хоть и небольших молочных желез — сложно сказать, рептилия ли это) имела явные черты девицы.
Но главное: трактаторы просто клацнули захватами, потому что ни плеч, ни бёдер просто не было. Правда, меч я успел выбить из рук оборотня рукой — руки в обороте у Зое были намного тоньше и очевидно — слабее, чем у человека. А она рывком стала опутывать меня, слегка сжимаясь. Но тут полиморфная природа трактаторов очень помогла: став металлическими бичами они оберегли моё тело, а через секунду Зое отпрянула.
— Горячо! — возмущённо заявила она, а я понял — они раскалились, то ли отвечая на моё неосознанное желание, то ли обретя такое свойство.
— Не обжёг? — уточнил я.
— Не слишком, — фыркнула девица, опять без перехода обернувшись, оказавшись в одежде и с аксессуарами, как и была до оборота. — Странный ты механик, Фиктор. По-моему ты — магер. И трактаторы у тебя магерские, — прищурилась она.
— Необученный, — не стал скрывать я. — И в чём-то это так и есть. Но тренироваться лучше в виде человека и с оружием: так и тебе толк будет, и мне.
— Уговорил, — подмигнула девица. — Как с револьвером управляешься — покажешь?
— Да и сам не против проверить — я, как и ты, после травмы, — признался я.
После чего девица провела меня в стрельбище: длинное, не меньше двадцати ярдов, узкое помещение. Сама она продемонстрировала заслуживающие уважение навыки стрельбы, от бедра и на диво точно. А я, похоже, её удивил. Да и себя, если начистоту: раньше трактаторы использовались мной для стрельбы как вспомогательный инструмент, помогавший погасить монструозную отдачу метлы и помогавшие целиться, как опора. А сейчас выходило, что мои попытки наводить дробовик… им мешают. На курок я нажимал сам, но трактаторы, прямо ощущалось, прекрасно наводились на цель, да ещё и поправляли мои недочёты. Вряд ли собственный разум появился у этого инструмента, но то, что они взаимодействуют со мной ОЧЕНЬ тесно и мистически — неоспоримый факт.
Расстались в приятельских отношениях, договорившись о совместных тренировках. Что приятно разбавляло мои занятия, да и в целом — девицей Зое оказалось приятной, несмотря на совершенно непристойное, по меркам Британики, поведение. При этом мои мысли о флирте остались мыслями: лишённая «девичьего стыда» оборотень никак не выражала стремления к сближению в постельном плане. Что меня, в общем, тоже устраивало.