Мы будем первыми! Путь к звёздам

– Завтра подъём в шесть утра, – грозился куратор. – А самых буйных я подниму в половине шестого!
– Нормально! Если не в самолёте, так в автобусе выспимся! – отмахнулся Абрамов, но встал с кресла и поплёлся в свою комнату.
Несмотря на позднее время, я ещё долго не мог уснуть, думая о ракете. Интересно, я полечу в космос на такой же?
 
Глава 4. Закрытый этап
   
Впечатления от поездки быстро забылись, когда навалилась учёба. Преподаватели даже не думали идти на уступки и считали, что их предмет – самый важный, поэтому приходилось разрываться на части и стараться успеть везде. Я потерял счёт докладам, лабораторным и практическим работам, которые подготовил за следующий месяц.
Незаметно подкралась середина ноября, а вместе с ней и время отправляться на заключительный этап олимпиады по инженерной графике. Буквально за пару дней до проведения закрытого этапа я с удивлением обнаружил, что он будет проводиться не в нашей академии, а в Казани. Если точнее, а Казанском национальном исследовательском техническом университете имени Туполева. От нашей академии на закрытый этап пробились только я, Оля Дорофеева и Руслан Силантьев.
На счёт Руса я здорово удивился, хотя парень давно развеял стереотип о «тупых качках» и показывал большие успехи в учёбе. В моих глазах он здорово поднялся после первого курса, когда зарекомендовал себя не только как способный студент, но и как верный друг.
Уже в среду перед тем, как собраться в лаборатории на занятия с «Десницей», как мы окрестили свою разработку, Быков собрал участников поездки в Казань у себя в кабинете.
– Так, орлы! Получаете освобождение от занятий в пятницу, но сильно не радуйтесь. В этот же день выезжаете в Казань. Билеты на поезд для вас я уже достал. Выезд тринадцатого числа в шесть утра. В Казани будете примерно в восемь часов утра субботы. Прямо на вокзале берёте такси и едете в КНИТУ, где проходите регистрацию и ждёте начала мероприятия. В десять часов вас соберут в большом зале, а затем распределят по аудиториям.
Новость была не самая приятная. Я бы с радостью пропустил русский или иностранный язык в понедельник, но пары в пятницу – святое, ведь в этот день у нас читали Рязанцев и Смирнов, а я никак не хотел пропускать лекции и практики по аэродинамике и другим предметам. Снова Абрамов оказался прав – когда развиваешься во всех направлениях, одно из них начинает мешать другому. Идея стучаться во все двери, авось где-нибудь и откроют, мне решительно переставала нравиться.
С другой стороны – тринадцатое число несчастливое для лётчиков, ещё и пятница. Учитывая этот факт, один раз пропустить пары будет даже неплохо. Но и тащиться в такую даль тоже рискованно. А есть ли выбор? Нет! На самолёт академия решила не тратиться, а мне билет не по карману. Если на плацкарте можно доехать до Казани почти за четыре тысячи рублей, то стоимость билета на самолёт начинается от двадцати тысяч.
– А вы с нами не поедете? – заволновалась Оля.
– Я пока не знаю кого отправят с вами – у всех в пятницу свои пары. Сегодня будем переносить занятия и определяться с сопровождающим, – признался Быков.
Мне показалось, Валерий Дмитриевич и сам не прочь поехать, он ведь большой любитель путешествий и всего нового. Но как решат наверху неизвестно.
Интрига решилась на следующий день. Утром, когда мы стояли с вещами у главного корпуса академии, к нам присоединился Роман Валентинович Пильщиков, читавший у нас материаловедение и сопромат. Конечно, мы не стали спрашивать о причине такого назначения, хоть и очень хотели видеть более жизнерадостного и общительного Быкова.
Правда, уже в поезде мы поняли, что нам здорово повезло с сопровождающим. Как только состав тронулся с места и вокзал Ворошиловграда исчез вдали, Роман Валентинвич преобразился. Казалось, это уже не шестидесятилетний старик, умудрённый сединами, а седой мальчишка-студент, едущий с учёбы домой.
– Эх, вот какая жизнь пошла! – сетовал Пильщиков. – Вам ведь скоро твсем по двадцать лет, а мир вы в глаза так и не видели. Да что там мир, родной страны и то не знаете. Не застали вы хорошие времена, ребята. Помню, в мои студенческие годы путешествовать по всему Союзу можно было со стипендией в кармане. А сейчас? В одну сторону, может, и хватит, да и то если недалеко лететь.
– Да ладно вам, Роман Валентинович, всегда времена тяжёлые были… – отмахнулся Руслан.
– Не скажите, Силантьев! Я рассказывал как мы с товарищем в Москву за конфетами летали? Ах, да! Я ведь своей группе на кураторском часу пересказывал эту историю, а на парах я не позволяю себе тратить бесценное время на такие глупости. Ну, раз уж нам всё равно ехать почти сутки, слушайте!
Пильщиков оказался хорошим рассказчиком, и слушать его было одно удовольствие. Особенно было интересно мне, потому как я мог хоть немного узнать как жила родная земля в то время, которое я уже не застал в прошлой жизни и ещё не увидел в этой, будучи Михаилом Чудиновым. Погрузившись в собственные воспоминания, я упустил часть истории и опомнился только после того, как Роман Валентинович уже заканчивал рассказ:
– … и вот после пар мы с Сашей решили пройтись по магазинам. А наших любимых конфет «Красный мак» не оказалось на полках. И тут у меня родилась идея: не полететь ли нам в Москву? Почему нет, если можем? До аэропорта полчаса езды на автобусе. Если поспешить, то успеваем на вечерний рейс. Зато история на всю жизнь запомнится. Кто ещё мог слетать в Москву просто поесть конфет и вернуться домой? Ещё пятнадцать минут, и мы уже с билетами, а там и посадка на самолёт. В общем, в общежитие мы вернулись как раз к отбою с пакетом любимых конфет, которые разделили с соседями по комнате. А знаете какой курьёз с нами случился в конце середине восьмидесятых, когда я сам был студентом? Поехали мы, значит, на конференцию в Москву. А там ребята ленинградцы новый станок с ЧПУ привезли…
Да, эту поездку я точно запомню на всю жизнь. В Казань мы приехали, как и обещал Быков, в восемь утра. Сразу поймали такси и отправились в КНИТУ. Интересно, а если бы поезд задержался на пару часов, мы бы остались без олимпиады? Очень рискованно получилось. Да и отправляться сразу с корабля на бал было не совсем удобно. В поезде мне плохо спалось, и с утра я выглядел изрядно помятым.
– В три часа дня я буду ждать вас возле главного входа, – пообещал Пильщиков. – А пока пообщаюсь с коллегами. Интересно, какие у них методы преподавания. Удачи на олимпиаде!
Роман Валентинович удалился, а мы поднялись в зал, где на церемонию открытия уже собирались студенты. Нас оказалось около пятисот человек. Все, кто прошёл в финальную часть всероссийской олимпиады. От вида такого количества участников мне стало даже как-то не по себе. Со всей страны собрались лучшие студенты, разбирающиеся в инженерной графике. Попробуй тут обойди остальных!
Некоторые выглядели ещё детьми. Видимо, первокурсники, другие наоборот казались старше. Насколько я понимаю, олимпиады по инженерной графике проводятся для первых-третьих курсов, поэтому выпускников здесь нет. У старших курсов совсем другие олимпиады и тематики. Там студенты борются за победу, создавая научные проекты и изобретения, а мы пока привязаны к предметам.
Когда все гости заняли места, начался небольшой концерт, а после перед нами выступили ректор принимающей стороны и почётные гости из «Ростеха» и «Роскосмоса». В одном из гостей я без труда узнал Миронова, который присутствовал на нашей конференции в академии.
– Друзья, у вас есть уникальная возможность развиваться и покорять вершины, – произнёс Павел Евгеньевич. – Мы делаем всё необходимое, чтобы предоставить вам шанс проявить себя и всячески поддерживаем. Победители этой олимпиады получат не только дипломы победителей и денежные призы, но и доступ к ряду особенных функций, о которых расскажет мой коллега по цеху, глава государственной корпорации «Ростех» Игорь Волков.
  
– Благодарю за возможность выступить перед этим замечательным залом! – произнёс Волков и взял небольшую паузу, пока стихнут аплодисменты. – Мы подготовили для вас ряд онлайн-тренингов, доступ к которым получат все призёры, а также льготные условия для стажировки в нашей компании после обучения в вузе.