Маленькая голубка (ЛП)

— Держись.
Даже несмотря на его предупреждение, я вскрикнула, когда спинка скамьи откинулась назад.
Максимо даже не пытался подавить свой смех. Обхватив меня за плечи, он прижал меня к себе так, что моя голова оказалась у него на груди.
— Если это зона для сна, то на этом курорте действительно есть все.
— Подожди минутку.
— Минутка — это все, что мне нужно, чтобы заснуть.
Не успела я сомкнуть глаз, как музыка стала громче, а на потолке замигали огни лазерного шоу. Музыка сменилась на песню Фрэнка Синатры "Fly Me to the Moon", и я была совершенно очарована. Лазеры в форме Луны и Солнечной системы двигались и менялись в такт словам.
Музыка переходила от классики к классическому року. С первых же аккордов я узнала песню CCR "Bad Moon Rising".
Когда мы жили в Нью-Йорке, Шамус был приверженцем классического рока. Он слушал Спрингстина до тех пор, пока я не пожалела, что родилась не для бега. И только когда мы переехали в Вегас, он переключился на "Rat Pack", чтобы соответствовать своим приятелям-мафиози.
Как только музыка стихла, скамейка вернулась в нормальное положение, и медленно включился свет.
— Как тебе? — спросил Максимо, прижимаясь губами к моей голове.
— Мы можем посмотреть это еще раз?
— Дай мне секунду, — он встал и подошел к панели управления на стене. Не прикасаясь к ней, он достал свой телефон и что-то набрал, прежде чем сказать мне: — Приятель Шамуса просрал свои деньги и ушел.
Я была уверена, что это совпадение, но подтверждение было обнадеживающим — особенно после возможного появления Магси ранее.
Максимо убрал телефон в карман и нажал пару кнопок на панели управления. Через несколько секунд свет померк, и зазвучала классическая музыка. Он сел и устроил нас как раз перед тем, как скамейка снова опустилась.
В воздухе снова заиграла песня Синатры, и лазеры начали танцевать. На этот раз я заметила больше деталей, которые пропустила при первом просмотре.
Так погрузившись в происходящее, я не обратила внимания, когда рука Максимо переместилась с моей задницы на спину под свитером. Он замер, и его голос стал хриплым:
— Что на тебе надето под одеждой, голубка?
— А-а-а…
Его рука провела по кружевной ткани, после чего он приподнял меня с себя и встал. В темноте я не могла разглядеть, что он делает, и мое сердце заколотилось в предвкушении.
Через несколько мгновений шоу и музыка резко оборвались, и в зале зажегся свет. Максимо распахнул дверь и выжидающе уставился на меня.
— Пойдем.
Я не шелохнулась. Я просто смотрела, как он проводит татуированной рукой по своей челюсти, а затем большим пальцем по нижней губе.
— Сейчас, Джульетта.
От такого тона я подскочила. Но это не помешало мне пробормотать:
— Я иду, иду. Черт возьми.
— Если я не могу оттрахать тебя здесь, то это не значит, что я не смогу перегнуть тебя через скамейку и отшлепать по твоей сладкой попке.
— Ты не будешь трахать меня здесь? — не то чтобы я ожидала этого, но, похоже, он твердо решил этого не делать.
— Только не с камерами.
— Но ты бы отшлепал меня по попке, если бы охрана видела?
— Я знаю, где находятся камеры. Я бы закрыл твое тело и оставил джинсы, — сказал он так, будто это улучшило ситуацию.
На самом деле, так и было.
Я подумала о том, чтобы бросить ему вызов и посмотреть, что из этого выйдет.
Но Максимо, должно быть, знал, о чем я думаю, потому что в его глазах вспыхнуло вожделение, когда он поправил выпуклость на своих брюках, пытаясь скрыть стояк.
Удачи ему в этом.
— Не смотри на меня так, иначе я не буду отвечать за свои поступки.
То, как он на меня смотрел.
То, как он выглядел таким красивым, но таким диким.
Угроза и обещание — в его словах…
Все это действовало на меня. Мои соски были болезненно твердыми, мое тело было покрасневшим и нуждающимся, и я была мокрой.
Полностью.
— У тебя есть пять секунд, чтобы подойти сюда, — продолжал он, — или я трахну тебя на скамейке. К черту камеры.
Я поспешила за ним, молча пробираясь по длинному коридору с картинами и возвращаясь в основную зону.
 
Когда звуки казино заполнили пространство, я не смогла удержаться и не помучить его так же, как мучили меня его непристойно сладкие слова. Не сводя глаз с его лица, я сказала:
— Кажется, я хочу сесть на твое лицо.
Обычно невозмутимый Максимо внезапно остановился посреди прохода и чуть не вызвал столкновение.
— Джульетта, — предупредил он.
— Ты говорил, что рассказывать о своих желаниях очень важно, папочка. Так вот, я сообщаю о своем желании покататься на твоем лице.
— Господи, — теперь он посмотрел на меня по-другому. В его взгляде было предупреждение о том, что накажет меня самым лучшим образом.
Мы снова начали идти, пробираясь сквозь толпы людей, пришедших поиграть в субботу. Наши шаги замедлились, когда в зал вошла толпа людей со своими радужными накидками, блестящими пластиковыми тиарами и здоровенными коктейлями.
Идеально.
Воспользовавшись случаем, я наклонила голову и посмотрела на него.
— Думаю, я хочу попробовать отсосать тебе, пока буду кататься на твоем лице. Как ты думаешь, это сработает или я слишком маленького телосложения?
— Мне плевать, что мне нужно сделать, но я сделаю так, чтобы все получилось.
Что ж, это очень плохо работает.
Кажется, я завелась больше, чем он.
Я молчала, пока мы пробирались сквозь тусовщиков. Когда мы оказались в более просторном месте, я спросила:
— Как ты думаешь, есть ли предел тому, насколько мокрой может стать женщина, прежде чем она рискует обезвожиться? Потому что если есть, то я, наверное, близка к этому.
— Господи, Джульетта. Ты со своим грязным ртом сама напрашиваешься на неприятности.
— Ура.
Забавно, что после всего остального, что я сказала, мое "ура" заставило его рассмеяться.
Взяв меня за руку, он ускорил шаг, и я практически бежала трусцой, чтобы не отстать. Словно бегун, стремящийся к финишу, он ловко маневрировал в толпе, не сбавляя скорости, пока мы не оказались у его лифта.
Он открыл его отпечатком большого пальца, втащил меня внутрь и нажал на кнопку, ведущую в пентхаус. Не успела дверь закрыться, как я оказалась в его объятиях, прижалась спиной к стене, а его губы приникли к моим.
Я обхватила его за плечи и обвила ногами его талию, принимая все, что он давал.
Благословенно быстрый лифт звякнул, и Максимо отнес меня в спальню, а затем поставил на пол. Я едва держалась на ногах, пока он стягивал через голову мой свитер. Его взгляд пробежался по кружевному топу, одетого на мне.
— Господи, Джульетта, если бы я знал, что на тебе это, мы бы не вышли из этой чертовой комнаты.
— Сюрприз, — вздохнула я.
— Ты полна ими.
— Это хорошо?
Его греховной улыбки было достаточно, чтобы перехватить дыхание и сделать меня опасно близкой к возгоранию.
— Просто отлично, блядь.
Определенно неудачный результат помучить его так же, как он меня.
— Снимай штаны и туфли, Джульетта.
Я знала, что как только я разденусь, Максимо прикоснется ко мне. И как только он это сделает, у меня уже не хватит самоконтроля, чтобы дразнить его. Это была моя последняя возможность, и я ею воспользовалась.
Сняв туфли, я медленно расстегнула пуговицы и молнию на джинсах.
Максимо скрестил руки, но не проронил ни слова.
Покачивая бедрами — как для привлекательности, так и потому, что джинсы действительно были узкими, — я спустила их с задницы на бедра. Я повернулась к нему спиной, согнувшись в талии, чтобы спустить джинсы дальше по ногам.
Это было так далеко, как мне удалось.
Максимо подошел ко мне сзади и подтолкнул вперед, пока я не перегнулась через кровать. Отведя в сторону тонкую ткань, прикрывающую мою киску, он провел пальцем по моей щели. Несмотря на то, что его опытный палец дразнил именно меня, стон издал именно он.