Нить судьбы-нить войны (СИ)

Брат стал переводчиком с немецкого и польского языков. Когда подписала последние бумаги. Фотограф быстро отснял их. 
- Ещё кадр остался. Пойдём я тебя сфоткаю.- говорит парень фотограф.
- Пошли.
Мы вышли и он меня сфотографировал в героической позе. Мы возвращаемся в контору.
- Яков, ты смотри не забудь ей фото отдать, а то она может голову отвернуть. Тебе долго ещё?- говорит капитан.
  
- Сейчас эту обработаю и часа через два я готов.- говорит фотограф.
Тут на столе зазвонил полевой телефон. Лейтенант поднял трубку и выслушав положил трубку.
- К нам едут три сотрудника НКВД на мотоцикле. Точно не местные. Местные знают, что до 25 этот район закрыт.- говорит лейтенант.
- Ласка, работаем. Снаружи внимание на тех, кто у мотоцикла, по возможности тихо и не на смерть.- говорит капитан. 
Я пристёгиваю глушитель, опускаю маску и выхожу. При выходе встречаю майора НКВД и козырнув выхожу. Перебегаю открытую площадку и залезаю на крышу сарая. Меня не видно с въезда и из конторы. С конька смотрю через прицел на парочку у мотоцикла. Один сидит в коляски и как бы от скуки крутит пулемётом. Вот он привстал и прижал приклад. Беру его плечо на прицел и стреляю. Пулемётчик валится из коляски. Передёрнув затвор прострелилила плечо второму. Выскочившим со склада бойцам жестами показываю связать и обыскать. Никитин сообразил первым.
Спрыгиваю с сарая и тихо вхожу в контору. Показываю капитану большой палец и без разговоров бью майора прикладом в голову. Тот падает.
- Не наши это.- говорю я и начинаю стягивать с майора гимнастёрку, а потом сапоги.
Под сапогом нож в ножнах закреплённых на ноге.
- Я себе возьму?- почти утвердительно спрашиваю капитана.
Он и лейтенант сажают лже майора на стул и привязывают.
- Так с чего взяла, что не наш? Может просто дурак?- говорит лейтенант.
- Сапоги глянь и гвозди со своими сравни. Плюс его люди уже собирались ребят на складе из пулемёта покрошить.- говорю я.
- Шляпки квадратные. Что с остальными?- кивает лейтенант.
- Пулевые ранения плеча. Говорить смогут, стрелять вряд ли. Это похоже старший, или тот где то рядом. Надо этого колоть.- говорю я рассматривая нож.
Лейтенант наливает стакан и плещет в лицо лжемайору.
- Да вы, все с ума посходили. Да я вас в лагерную пыль. Да я вас к стенке поставлю.- начал он разорятся.
- Осилка нет, нож подправить?- спрашиваю я спокойно.
- За баком для воды посмотри.- говорит капитан.
- Вы, меня не слышите?- разоряется лже майор.
Я выхожу.
- Слушай сюда, пока она ножом занята, тебе лучше говорить начать. Потом она тобой займтся и мы даже мешать не будем. У неё всю семью в Польше немцы убили, на её глазах. Я её еле удержал тогда, так она ночью отделение, что их убило, вырезала. Знаешь, что она мне в подтверждение принесла? Их глаза. Просто в платочек завернула. Обычно спокойная девочка, но как немца или их агента чует, всё считай человека нет, мы обычно добиваем из сострадания. И что поразительно, не ошибается никогда.- говорит лейтенант.
- Вы издеваетесь?- спрашивает лжемайор.
- Да я всё б отдал, чтоб она нормальной стала. Так, что у тебя минуты две. Потом лично я у ребёнка игрушку забирать не буду. А ты?- спросил он капитана.
- Мне её жалко. Она как их агента на лоскутки порежет, спит спокойно и даже улыбаться начинает.- отвечает капитан.
“Ну клоуны. Не молодцы, лихо придумали, если лжемайор не начнёт говорить, то как я войду испугается точно.”- ухмыляюсь я про себя, правя нож.
“Майор похоже им не поверил, сейчас подыграем”.- улыбаюсь я.
- Он вам ещё нужен? Мне нож проверить надо. Я ему пока только одно ухо отрежу, у него всё равно их два.- говорю я входя в помещение и подходя сзади к лжемайору.
Он напрягся. Я спокойно оттягиваю ухо и прикладываю нож.
- Ты фартук накинь, опять измажешься и стирать придётся.- говорит капитан безразлично.
- Точно, я сейчас. Ты никуда не уходи у меня на тебя планы, Гансик.- говорю я выхожу за дверь.
- Не отдавайте меня ей, я всё расскажу. Мы узнали, что НКВД закрыло этот квадрат и поехали проверить. Наш командир сказал при возможности захватить. Но основная цель провести разведку.- говорит он быстро.
- Численность группы?- спрашивает лейтенант.
- Моя вся тут.- говорит он.
- Врёт, у них минимум пять человек. Так, что пара наблюдателей они оставили. Где?- ору я ему в ухо.
- На бугре, у входа в лес. Не режь меня. Я не хотел, меня заставили.- бормочет он.
- Опять врёшь. Не заставляли тебя, сам пришёл. Я таких как ты за версту чую, от вас мертвечиной прёт.- шиплю я ему на ухо.
- Да сам, а что вы краснопузые сделали. Коров забрали в общий хлев. Ещё и мать старшей над доярками поставили. Хорошо батька потравил их всех. Так вы батьку к стенке. Вот я к немцам и сбежал. Они мне хутор и коров обещали.- скулит он.
- Врёшь. Ты такой же крестьянин как и я. Папка поди полковник у белых был, про поместье и деревеньку часто рассказывал. Про балы ресторации. Вот и захотел ты вернуть всё. Только плату с тебя предательством России взяли. Подобных тебе на Руси просто вешали, не смотря на звание и чин.- говорю я ему в ухо.
- Ласка, возьми Никитина и уберите наблюдателей. А мы тут потолкуем с ихблагородием. Тела привезите.- говорит капитан.
Я выхожу и подзываю Никитина, объясняю задачу и мы на мотоцикле диверсантов едем на опушку. У шлагбаума уточняем откуда эти приехали. Не доезжая опушки осматриваю холмы. Спрятались они хорошо, не вижу пока.
- Видишь?- шепчет Семён.
- Там четыре куста удобных не шевелятся хрен увидишь и не обойдёшь. А давай в театр сыграем? Ты на мотоцикле к опушке подъедешь и как бы свалишься. Мотоцикл их форма похожа, а голову мы тебе бинтом замотаем, типа раненый. Им информация нужна, они и ломанутся.- предлагаю я.
Мы заматываем ему голову и он подъезжает к границы леса и остановившысь сваливается с матоцикла. На бугре появились двое в камуфлированных костюмах и бегом стали спускаться. Ловлю заднего в прицел и стреляю. Потом перевожу прицел на первого и стреляю, он тоже падает. Подхожу к Семёну.
- Цел?- спрашиваю я. 
- Цел, как там?- встаёт он.
Мы на мотоцикле подъезжаем к первому, из револьвера делаю контроль. Закидываем тело в люльку. Повторяем это же со вторым. Едем к их лёжке, находим там пулемёт ДТ, вещмешки и рацию. Грузимся и едем на склад. Часовой пропустив нас и закрыв шлагбаум исчез в кустах. На складе скидываем тела и выгружаем добычу.
- Никитин, ты, ранен?- спрашивает старшина.
- Никак нет, это мы вытаскивали этих, хорошо спрятались. Вот Ласка и придумала.- доложил Степан.
Осматриваю тела. Форма НКВД почти настоящая, вытаскиваю документы на первый взгляд не отличишь от настоящих. Подхожу и обыскиваю раненых, форма как на мёртвых, документы такие же. Возвращаюсь в контору. Лжемайор похоже уже отведал кулаков лейтенанта, судя по его сбитым костяшкам.
- Тебе головы нужны или так поверишь. Тела привезли, рубить лень.- говорю я.
- Не надо. Пусть валяются. Устала, сестрёнка?- говорит капитан.
- Немного. Что молчит? Так давай я пообщаюсь.- говорю я и сажусь на корточки перед избитым лжемайором.
Внимательно осматриваю его лицо. 
- Что, ты, задумала?- начинает трястись он.
Я продолжаю его изучать. 
- Дай карандаш.- протягиваю я руку.
Капитан протягивает мне карандаш. Я начинаю водить грифелем по его лицу. 
- Я реально не знаю, где штаб командира.- кричит он.
- Когда сеанс связи?- спрашиваю я.
- В 18:20.- чуть не плачет лжемайор.
- Он скорее всего реально не знает, они по связи и задания, и места встреч получают. Это одноразовый материал. Те кто выживет, может учить начнут. Так, что можно вешать.- говорю я.
  
- Блин, она права. Смысл посылать в непонятное место группу профессионалов. Сойдёт и подобный сброд. Теперь когда группа не выйдет на связь отправят уже спецов.- говорит капитан.