Семь ступеней Храма (СИ)

— Не переживай, — ответила Поэна, чье строгое лицо не осветила и тень улыбки. — Проклятие Уно обратимо, и она сама поможет тебе, как только мы вернемся в замок. Уверена, Уно не сможет отказать ангелу смерти, а, если попытается, у меня есть методы воздействия на ее разум.
Поэна выпрямилась и кивнула Аврелиану, растворяясь прямо в воздухе. Видимо, границы облачной тюрьмы, созданной Ллойдом, оказались для нее легким препятствием.
— Когда же это закончится? — устало задал вопрос Аврелиан, опуская голову и прижимаясь своим лбом к моему.
— Скоро, — пообещала я любимому с улыбкой.
Сейчас прохлада облачной тюрьмы и запах озона казались мне приятными, потому что рядом сидел Аврелиан и казался таким настоящим: собранные в низкий «хвост» волосы, озабоченное выражение красивого мужественного лица, обод, который привычно поблескивал драгоценными камнями и улыбка, ставшая такой родной. Я осмелилась провести пальчиком по губам Аврелиана, и он прикусил мой мизинец зубами, сверкнув янтарем глаз.
— Не сейчас, Арина, — усмехнулся Аврелиан, покачав головой, — боюсь, что на тебе нет живого места.
Он посуровел, отводя взгляд и сжимая челюсти так сильно, что желваки заиграли на его лице.
— Спускаясь к ужину, я уже все решил для себя. — Сказал он тихим задушенным голосом. — Поэна — отличная замена мне, несмотря на ее высокий статус. Она и сама мечтает оставить подпространство и вернутся к прежней жизни. На Олимп ей путь заказан, но Храм Семи Ступеней всегда открыт для тех, кому нет места нигде.
Слова Аврелиана отдавались внутри меня тягучей болью и, вместе с тем, гордостью за то, что он не сломлен, несмотря на все беды, выпавшие на его долю. И Аврелиан способен понимать других, кому выпала столь же тяжкая доля, как и его собственная, и помогать им.
— Поэна справится? — спросила я любимого, самостоятельно допивая из кубка остатки снадобья. Оно помогало мне отстраниться от боли и внимательно слушать рассказ Аврелиана.
— Трудно жить с меткой ангела смерти, но ей уже никогда не избавиться от нее. Она согласилась принять мои полномочия и, боюсь, только это сейчас интересует меня больше всего на свете. Даже Загорн, который объявится в Храме со дня на день, не вызывает во мне столько переживаний, сколько скорое освобождение от ненавистной мне должности.
— Куда же ты пойдешь? — спросила я Аврелиана, поднимая на него взгляд и на мгновение теряясь от мысли, что он уйдет один, оставив меня в Храме, но Аврелиан отреагировал молниеносно.
— Куда пойдем мы, ты хотела спросить, — сурово ответил он, и я невольно расплылась в улыбке, тут же утвердительно кивнув головой. — Как насчет путешествий по мирам, созданным высшими? Когда-нибудь приходилось посещать подобные экскурсии?
— Нет, — покачала я головой, робко улыбнувшись. — И к Злате?
— И к ней, — решительно кивнул Аврелиан. — Мы обязательно навестим твою сестру, когда ты будешь к этому готова.
Я хотела возразить, но Аврелиан наклонился и ласково поцеловал меня в губы.
— Шшш, тебе нужен отдых и, отныне, только в моих покоях. Я больше ни на шаг не отпущу тебя от себя, любимая.
— Согласна, — прошептала я, проваливаясь в сон. — Все, что угодно, лишь бы рядом с тобой, — прошептала я еле слышно, и Аврелиан поднял меня на руки, чтобы унести с собой.
  
Глава XXIV
 
Новые грани дружбы
(Арина)
— Тебе разрешили прогуляться с нами! — ворвалась к Аврелиану в спальню Нобис, бросая на кровать ворох одежды и аккуратно вешая на спинку стула плащ, отороченный мехом. — Вставай же, соня, пора собираться! Майкл раздобыл твои вещи.
Недовольно проворчав что-то в полусне, я перевернулась на бок и встретилась с ее горящим лихорадочным взглядом. Черные волосы, убранные в высокую прическу, и бледный вид делали Нобис похожей на Белоснежку, и я невольно заулыбалась, радуясь ее присутствию.
— Майкл, говоришь? И с каких пор у него есть доступ в мою спальню?
Нобис покраснела, а я погрозила ей пальцем. Пусть пользуется своими способностями, сколько хочется, но это не значит, что Майклу разрешается рыться в моих вещах.
 
— Прости, вынужденная мера, — извинилась она, — меня не должны видеть в Стрельной. Башня предназначена только для архангелов.
— Ну да, ну да, — покивала я головой, пряча улыбку. — Спасибо, что позаботилась об одежде, иначе пришлось бы разорять гардероб Аврелиана.
Нобис сделала «большие глаза», и мы обе рассмеялись.
Я жила в долине Поднебесья почти четыре месяца, но за это время ни разу не посетила Облачный парк развлечений, не считая облачной тюрьмы, в которой меня запер Ллойд. Суд над ним и Уно состоялся практически сразу же, как меня доставили в Храм. Я еще неделю провалялась в кровати, следуя четким указанием Поэны и глотая ее лечебные снадобья, а в это время замок гудел от новостей и сплетен, буквально трещал по швам от обилия произошедшего.
Загорн лично присутствовал на суде, явившись, подобно раскату грома, среди бела дня. В золотой карете, запряженной белоснежными пегасами, высший бог Олимпа спустился в долину Поднебесья в сопровождении архангелов, каждый из которых своим ликом походил на сурового воина.
Как жаль, что я наблюдала за всем из окна спальни Аврелиана. Он не согласился выпустить меня ни под каким предлогом, боясь не только за мое здоровье, но и за мою жизнь.
— Чем закончился суд над Ллойдом? — задала я вопрос, собираясь расспросить о подробностях, но Нобис замахала руками.
— Ты не представляешь, что там творилось, — возбужденно тараторила Нобис, предвосхищая мои вопросы. — Столько народу в Сумрачном зале, что яблоку негде упасть! И Ллойд никогда не вернется домой.
Ее голос упал до шепота, а я напряглась, готовясь к худшему.
— Но Аврелиан добился для него пожизненной ссылки в иные миры в должности хранителя. Ллойд слишком талантлив, а Загорн ценит талантливых, хитрых и изворотливых…
Нобис резко оборвала себя, а я выдохнула, едва сжав дрожащие пальцы в кулаки. Она имела право считать Ллойда злодеем, но я бы никогда не смирилась с более жестоким приговором, благодаря Аврелиана за то, что он вступился за Ллойда.
— Он ничего не рассказывает мне, — пожаловалась я Нобис на своего возлюбленного, а она лишь покачала головой.
— Это и понятно, на него столько всего свалилось, что в стенах своей спальни, рядом с тобой, он просто отдыхает. Или вы заняты чем-то иным? — лукаво усмехнулась она, покраснев, а я показала на свои все еще дрожащие руки.
— Вряд ли у нас есть возможность, — отшутилась я, ссылаясь на свою слабость.
Нобис пробралась в спальню Аврелиана тайком, воспользовавшись своими способностями, а я не возражала. Чувствуя себя виноватой, она явилась сразу же, как только Аврелиан отлучился по делам, и плакала, умоляя простить ее. Всю неделю она кропотливо ухаживала за мной, пока никто этого не видел, и мы сблизились настолько, насколько это вообще возможно при нашей разности.
— Ты испугалась? — ласково спросила я Нобис, держа ее за руку.
— Конечно, я испугалась, — прошептала она, прикусывая губу и резко бледнея. — Последний раз, когда я видела Загорна, он кричал, что казнит моих родителей.
— Но ведь они живы? — с надеждой в голосе спросила я.
— Кто знает, — глухо ответила Нобис, едва не плача.
Мы обе старались избегать подобных тем, но сегодня Поэна впервые разрешила мне выйти на прогулку в Облачный парк развлечений, и Нобис воспользовалась этим, явившись ко мне с утра пораньше. Она принесла одежду и ждала, пока я приведу себя в порядок, но пауза затягивалась. Я чувствовала, что девушка хочет мне о чем-то рассказать, но не знала, стоит ли надавить.
— Майкл сам не свой, — поделилась, наконец, Нобис, поднимаясь на ноги и нервно расхаживая по спальне ректора. Она чувствовала себя здесь, как дома, обходя предметы мебели и легкими касаниями оглаживая барельефы камина, а я часто с улыбкой думала, что бы сказал Аврелиан, знай, кто посещает его спальню каждый день по нескольку раз.