Теперь я не Адвокат 2 (СИ)

Добрался, к счастью, без происшествий. На одном из лестничных балконов заметил трёх алкоголиков с бутылкой, пластиковыми стаканчиками и банкой консервов, но они были настроены дружелюбно. И это хорошо, потому что со мной уже был мой «пятисотый». Он у меня «два в одном» — и бабахнуть так, что быка с ног собьёт, и рукояткой по голове вместо дубинки.
  
У Клинта Иствуда в культовом фильме «Грязный Гарри» был револьвер калибра 44-магнум, который преподносился как чудовищное по мощности оружие, но мой «пятисотый», в зависимости от патрона, может быть втрое сильнее.
Поэтому лучше не просить у меня закурить и не интересоваться, с какого я района.
Вот она, знакомая дверь. Когда-то я две недели за ней жил. Было весело. Насчёт женщин мне, конечно, есть что вспомнить.
Звонок, и дверь распахнулась.
— Ты совсем не изменился, — усмехнувшись, сказала Юля, стройная двадцатитрёхлетняя девушка с очень короткой стрижкой, хмурым, но очень симпатичным лицом и серёжкой в правом ухе. Одета она была в чёрные кожаные штаны и майку-безрукавку. Я не видел Юлю пару лет.
— Ты тоже, — сообщил я традиционный в таких случаях ответ (он был, кстати, абсолютно верен), и тут же осёкся, посмотрев на её руки и шею.
— А где… татуировки?
— Потом объясню, — хмыкнула Юля. — Заходи.
В её квартире царил бардак, но он был, что называется, чистый. Ни пыли, ни грязи, зато множество ноутбуков, электронных плат, видеокамер, микрофонов, паяльников, проводов и ещё тысячи наименований из этого списка. На окне — тёмные шторы, за столом — три одновременно работающих огромных монитора.
Юля — хакер. Наверное, один из лучших в Москве. Во всяком случае, так о ней отзывались. Говорили, что она может взламывать компьютер взглядом.
Этим она и жила. Брала заказы от самых разных людей, безразличная к тому, законно это или нет. Внешний мир Юлю интересовал мало. Деньги у неё были, переехать в какое-нибудь элитное жильё в центре города она могла давно, но смысла в этом не находила.
Какая разница, где сидеть перед экраном ноутбука — в пятистах метрах от Красной площади или в доме на забытой богами окраине. Когда ей становилось скучно, у неё появлялись мужчины. Я был одним из них.
— Так что же у тебя случилось? Почему вдруг вспомнил обо мне? — спросила Юля, усадив меня в кресло и протянув банку безалкогольного пива. Сама она уселась на другое кресло, напротив.
— В меня стреляли.
— Весело, — вздохнула Юля. — Давно?
— Нет, только что.
— Ты вроде живой и не раненый.
— Я выстрелил первым, — ответил я. — И попал. Вот из этого.
Я показал ей «пятисотый», зная, что она любит оружие. У неё самой было несколько «стволов», правда, нелегальных.
— Тогда понятно. Из этой штуки слона убить можно. И что нужно сделать, чтоб ты был в безопасности?
— Заменить мне мозги, — развёл руками я.
— Давай попробуем, — пожала плечами Юля. — Гарантий дать не могу, но вдруг получится.
— Шутка.
— Жаль, мне было бы интересно.
— А на практике для начала взломать систему наблюдения в гаражном кооперативе и установить несколько видеокамер.
— Всего-навсего… сделаю. Для тебя — всё что хочешь.
— У тебя-то как жизнь? — спросил я, довольный тем, что она на меня не обиделась, потому что инициатором расставания был я.
— Всё нормально. Без новостей и происшествий. А это главное. Я свободный человек и делаю, что хочу. Ты знаешь, что такое свобода?
— Немного… По телевизору как-то в новостях её показывали… Ну а всё-таки… что случилось с твоими татуировками?
Раньше она выглядела, чуть ли не как боевик «якудзы». Узоров не было только на лице. Руки, ноги, спина, грудь, живот, даже немного шея — Юля напоминала живую картину.
Действительно живую, потому что татуировки были магические, двигались и будто существовали сами по себе.
Когда мы лежали в постели, я любил играть с ними. Поцарапаешь легонько ногтем дракона, а он тебя будто за палец хочет цапнуть.
— Никуда они не делись, — пожала плечами девушка. — Всё на месте.
— Я всё-таки не слепой и память у меня не отбита. Помню, что они были для тебя очень важны. И если их сейчас нет, значит, что-то всё-таки произошло.
Юля откинулась на спинку кресла и заулыбалась.
Только она умела так улыбаться. Уголком рта, но могло показаться, что она хохочет.
— Мне скучно, поэтому смотри.
Она встала и сняла майку. Никаких лифчиков она не носила, поэтому я увидел её грудь, небольшую, упругую, которую когда-то так не хотелось выпускать из рук, плоский живот… и никаких татуировок.
— Повернись, — сказал я, нахмурив брови и сделав физиономию учёного-испытателя.
Юля послушно повернулась. Игра ей явно доставляла огромное удовольствие.
Спина тоже была чистая.
— Нету, — коротко сообщил я. — Ты не поверишь, но они отсутствуют.
— А здесь?
Юля одним движением сняла штаны вместе со стрингами и замерла передо мной абсолютно голая.
— Повернуться?
— Да, повернись, пожалуйста, — попросил я, чувствуя, как у меня пересохло в горле.
Однако я увидел кожу без малейших признаков татуировок.
— Нету! Клянусь психическим здоровьем Императора, ничего!
— Подойди ко мне, — загадочным голосом пригласила меня Юля.
Ну как отказать в этом красивой обнажённой девушке?
Подошёл.
— Кусай меня за грудь, — сказала Юля. — Смелее.
Я почувствовал, как застучало сердце.
— Как прикажешь!
Я несильно прикусил её зубами за левую грудь и увидел, как на левой части её тела, до бёдер, появились знакомые рисунки. Вот, дракон, цветы, птички. Теперь мне стало всё понятно.
— Магия? — спросил я.
— Она самая. Теперь другую грудь.
Я послушно выполнил просьбу, для мести сильнее сжав зубы. Юля чуть-чуть вздрогнула, изогнулась, но теперь картинки появились и справа.
Эффектно, что и говорить.
— Теперь живот.
Я поцеловал её в живот, подумав, что хорошо бы на нём и остановиться.
Татуировки появились и на ногах.
— Я же говорила, что они никуда не делись, — победно сказала Юля. — Но они теперь только для любовников.
Я промолчал, потому что сказать было нечего.
— А теперь раздевайся и ты. Покажу ещё один фокус.
И я начал снимать с себя одежду. Хотел что-то сказать, пошутить, но ничего остроумного не придумал. Я всё-таки живой человек, а в отдельные моменты контролировать себя очень тяжело.
Такова нелёгкая частного сыщика, подумалось мне. Много девчонок, и все красивые.
— Дай руку, — сказала Юля.
Я протянул ладонь, она положила на неё пальцы, и через них на меня потекли тонкие живые линии татуировок. Перейдя на моё тело, они крутились, сталкивались, разветвлялись и застывали причудливыми картинами. Другими, не теми, что были у Юли. Её татуировки никуда не делись. На плечах у меня появились кельтские узоры, на груди — оскаленная морда льва.
— Не бойся, не останутся. Они ненадолго.
Юля подошла ко мне ближе.
— Теперь моя очередь кусать тебя, — улыбнулась она. — Бойся!
Она слегка прикусила мне губу, как вампир, перешла на шею, затем на грудь, опускаясь всё ниже и ниже, пока не стала на колени и не обхватила меня за бёдра, оказавшиеся почти на одном уровне с её лицом. В этом положении она решила задержаться, и я забыл обо всём на свете.
— Сколько, всё-таки, видеокамер надо? — спросила Юля.
Она лежала в постели, перевернувшись на живот, а я в это время играл со змейкой, уютно свернувшейся на её левом бедре. Поспать я змее не давал, тыкал в неё пальцем, отчего она недовольно разевала пасть.
— Думаю, три.
— Хорошо. А что ещё?
— Взломать видеонаблюдение, чтобы я мог подключиться к гаражным камерам.
  
— Тоже можно. Всё?
— Установить какую-нибудь программу, чтобы она сообщила мне о появлении нужного мне человека. Я не могу сидеть постоянно перед монитором.
— Ещё что-то?
— Да… можно подменить картинку с нескольких камер, чтобы они не показывали сторожу, что проник на территорию?