В оковах Судьбы I (СИ)

Потратив около недели на размышления, я решил поступить хитрее. Просто накачать энергией некий базовый предмет, затем принудительно сформировать в нём ядро управления, а затем уже запрограммировать. Сказано-сделано. Экспериментальный артефакт, созданный по новой схеме и, точно так же как и первый, создающий свет, включался и выключался по моей команде — сигналом служила передаваемая ему частица энергии.
  
Однако, с формированием барьеров и щитов дело обстоит сложнее, а сами они требуют куда больших сил, нежели банальный осветительный прибор. Отсюда и риск отхватить проблемы того же типа, что были во время опытов со статуэткой, которую никто так и не стал искать.
Решение пришло из моего же опыта — импульсный щит. Был у одного ушлого пирата корабль «Звездный Странник». Возраст этой посудины затруднялся определить и сам владелец. Однако, она отличалась не только этим — высочайшая эффективность и экономичность систем. Самым же интересным элементом были щиты. Они формировались сегментарно перед летящим к корпусу лучом турболазера или кинетическим снарядом и, выполнив свою задачу, исчезали. Всё это достигалось за счет использования алгоритмов анализа и прогнозирования центральным компьютером, куда стекалась информация с радара, датчиков на обшивке и систем наружного наблюдения.
Если использовать похожий алгоритм, но указать в качестве целей домовиков, добавив функции щита ещё и отбрасывание, а так же удар чем-то вроде молнии, то можно добиться неплохого эффекта. В случае же аппарации, благодаря которой домовики могут оказаться сразу внутри охраняемого периметра, артефакт их попросту оглушит и примется выкачивать имеющиеся в них энергии.
Алгоритм выявления и структура как такового барьера в книге имелись вместе с описанием заклинаний и ритуалов, дающих подобный результат… Хорошая книга, в общем.
— Что ты там задумал? — поинтересовалась Гермиона, когда мы в очередной раз пришли в выделенное для самостоятельных занятий помещение.
Дин уже привычно начал ставить щиты, а Симус произносить заклинания выявления домовиков. По их словам, они подобным образом и тренируются в тяжелых, требовательных к личной силе и концентрации, техниках, и отрабатывают полезные заклинания. На будущее, так сказать.
Процесс постановки защит и запирания дверей стал у нас этаким обязательным ритуалом перед тренировками. Опасались мы не только и не столько домовиков, сколько Уизли. Учитывая их количество, весовую категорию и куда более широкий набор знаний, лучшей тактикой для нас было забаррикадироваться и ждать помощи. Тем более, что уходя из спальни мы ставили аналогичные щиты. Оставив сквозь них допуск Невиллу. Если уж он и решит нам нагадить, то мы сразу поймем кто виновник. Мальчик, видимо, тоже это осознавал и ничего против нас не предпринимал.
— Артефакт. Защитный, — усмехнулся я, — А что?
— Опять? –повернулся ко мне Дин, — Надеюсь…
— Всё просчитал заранее, — усмехнулся я, протягивая Гермионе листы со схемами алгоритмов работы запланированного артефакта, — Проверяйте.
Девочка мгновенно схватила исписанные мною пергаменты и принялась изучать их содержимое. А я поставил перед собой заготовку — самый обычный стальной гвоздь, найденный в этом же помещении среди хлама, валявшегося в паре шкафов. На мой взгляд — идеальный вариант. Совершенно неприметный предмет, небольшого размера, который легко спрятать. К тому же, в мои планы входило добавить в ядро управления создаваемого артефакта несколько элементов, которые на переданных Гермионе листах не указаны. А именно — структуры, которые будут скрывать данное помещение от заклятий и артефактов, предназначенных для прослушивания и визуального наблюдения. Информацию о таких «игрушках» здешних одаренных мне удалось найти совершенно случайно — в книге «Безопасность вашего дома», которую мне с кривой усмешкой выдала Пинс.
Видимо, для женщины, наблюдающей за тем какие именно темы я вдумчиво изучаю, моя логика была ясна. Защитные заклинания, домовики, руны и артефакты, средства безопасности особняков, алхимия и магическое материаловедение, артефакторика… Правда, последнюю тему приходилось изучать через случайные источники, которые затрагивают её косвенно, в срезе каких-то других направлений и вопросов.
Так или иначе, но пока никто не успел что-то сказать, я принялся за дело, погрузившись в транс. Плавно заполняя металл взятого в руки гвоздя, начал формировать в центре ядро, куда вложу все необходимые алгоритмы и структуры, которые артефакт станет реализовывать…
* * *
Каждый день общения с Гарри, Дином и Симусом давал Гермионе пищу для размышлений. Мальчики оказались совершенно не похожи на её прежних одноклассников. Причем, они и друг на друга не походили своими привычками и характерами. Дин — весельчак и любитель пошутить, подколоть… Симус легко вскипает и готов броситься в драку. Гарри — вечно спокойный и собранный. Причем, из этой троицы мальчиков его выделял взгляд.
Такой Грейнджер видела у отца, что когда-то служил в морской пехоте Её Величества… Холодный, оценивающий… Иногда в Гарри даже проскальзывали некоторые вещи, что Гермиона видела у себя дома — входя в помещение, мальчик всегда его очень быстро осматривает, словно бы что-то выискивая взглядом. Что ещё удивительнее, он мгновенно запоминает что и где находится в том месте, куда он зашел. До мельчайших подробностей. Стоит же какому-то предмету оказаться не на своем месте — сразу же реагирует на это.
Ещё одна странность — хладнокровие, рассудительность и та глубина логики, что другим ученикам, ни в Хогвартсе, ни в прошлой школе свойственна не была. Любую информацию Гарри предпочитает проверить в двух-трех источниках, а затем, удостоверившись в её подлинности, тщательно проанализировать, составить список вопросов, а затем начать искать ответы уже на них.
Что ещё более странно, он всюду ждет подвоха, ищет двойное или тройное дно, ожидает обмана или проблем… Любые вещи, люди, события или даже существа магического мира изначально рассматриваются им как потенциальный источник угрозы. Позднее он смягчается и уже не столь категоричен, но эта его первая реакция…
Ещё хуже то, что у Поттера всегда есть логичное объяснение собственным взглядам и суждениям. Он может обосновать каждое своё слово, приведя примеры из жизни и книг. Гермионе, что не привыкла к людям подобного склада в своём окружении, приходилось очень сложно. Ей категорически не хотелось менять свои взгляды и привычки, но… Чем дальше, тем сложнее девочке становилось отрицать правоту своего нового друга.
Это пугало первокурсницу и, что удивительно, завораживало.
Дин и Симус, постоянно находясь рядом с Гарри и наблюдая за ним, постепенно становились такими же. Они уже не столь добродушны и доверчивы как в начале учебного года. У мальчиков появилась привычка перемещаться по замку периодически оглядываясь, а перед тем как пройти перекресток или завернуть за угол — приостанавливаются и прислушиваются к своим ощущеним, как делает Поттер.
Надо сказать, что несколько раз девочка пыталась повторить за ними, но смогла уловить лишь нечто непонятное и отдаленное. Мальчики же словно что-то понимают во всем этом и делают какие-то выводы. Правда, несколько раз их поведение оказывалось оправданным и помогло избежать проблем. Например, встречи со старшекурсниками со Слизерина, что в изрядно подпитом состоянии возвращались с матча по квиддичу, на который ни сам Поттер, ни его друзья попросту не пошли.
Как именно друзьям удалось своевременно заметить приближение слизеринцев Грейнджер не могла понять. Верить в то, что какие-то медитации, о которых рассказывал их друг и сокурсник, могут помочь в развитии магической силы не хотелось совершенно. Разум девочки отказывался это принять.
Как не могла первокурсница согласиться со многими высказываниями их Гарри, касающихся отношений между волшебниками. Даже имея не самый приятный опыт столкновения со шлкольными хулиганами и конфликтов с коллективом соучеников, девочка категорически не желала принимать многие вещи. Для неё важной частью жизни была похвала старших. И не важно — родителей или учителей. Да и мнение этих же людей тоже всегда стояло выше того, что высказывали ровесники.