Хагрид 2.0

— Сейчас-сейчас, — предвкушающе улыбнулся Хагрид так, что если бы эту улыбочку видел кто-то, кто с ним знаком, не поверил бы, а после еще бы неделю крестился и икал. — Сейчас я тебя угощу, ишь ты… какой… — он зашарил в роскошных карманах лесниковой дохи.
Обещание, данное самым лживым и медовым хагридовым голосом, насторожило бы кого угодно из живых, но даже одушевленный артефакт все же изначально был камнем, а потому…
Когда первая капля единорожьей крови капнула на проклятое кольцо, оно взвыло: резко, нечеловечески, словно тревожная сирена. И так же быстро смолкло. Андрей потряс головой, поковырял пальцем в ухе (заложило) и огляделся. До деревни было прилично, да и вряд ли кто сюда поторопится, после такого-то. Вот полчасика пройдет, и если все и дальше будет тихо, можно ждать посетителей, а пока можно не беспокоиться. В ушах все еще звенело, терять вроде было нечего, и он капнул еще раз. А потом с удивлением смотрел, как осыпается то, ради чего он сюда шел: тонкой струйкой песка воскрешающий камень покидал свое многовековое обиталище.
«Вот облом-то», — Андрей горестно вздохнул, понимая, что надеждам его, увы, не дано осуществиться. Терять было уже нечего, и он, совершенно по-мальчишески, как в детстве на уроке химии, достал фиал с молоком. Измываться так измываться, почему бы не капнуть и этого? Но, видимо, он настолько расстроился, что перестал следить за собственной моторикой, в результате чего рука дрогнула, и теперь в коробочке плескалось изрядное количество заветного сильномогучего волшебного вещества. По крайней мере, кольца было не видно. Утопил.
«Тьфу, кретин, добра-то сколько перевел», — выругал он себя, но тут в коробочке начали происходить странные вещи. Под ровной белой поверхностью возник маленький водоворот, и Андрей просто выпал из реальности, затянутый в него — то ли наяву, то ли в воображении. Его вертело, крутило, в конце концов выплюнуло, и он понял, что стоит, как стоял — точно в том же виде и на том же месте. Только дышать пришлось, как после спринтерской дистанции.
А потом белая поверхность пошла черно-фиолетовыми пятнами, зашипела, выцвела и… испарилась легким посверкивающим облачком. Андрей посмотрел на кольцо и воскликнул, посмеиваясь и сам себе не веря:
— И что это было, а главное, стало? Солнечный камень? — он поскреб камень ногтем, постучал по нему. — Ну надо же. Авантюрин, — второе название само прыгнуло на язык. — Да уж, самое то. Интересно…
«Ну ладно, рискну, если не сработает, значит, не судьба. Но это будет уже чистейшей воды авантюра. Но в конце концов, что мы теряем? Возможность договориться с василиском, а шкуру можно и старую взять — мы же в любом случае обдирать его не будем. Раковину я и безо всякого парселтанга отломаю. А в туннеле должны выползки валяться, и весьма впечатляющие, помнится. Больше нам от Тома ничего ведь не надо было? Ну, кроме того, чтоб тот снова не рванул по своей дорожке. Хотя… пусть только попробует!»
* * *
Когда все собрались в ритуальном зале, Андрей приготовился к тому, что хозяйка дома начнет долго и торжественно что-нибудь говорить, желательно на латыни, ожидал увидеть пентаграмму, даже собирался постоять на каком-то из ее лучей, но процесс, начавшийся безо всяких песнопений, пентаграмм и прочих предисловий, хотя какие-то рисунки вокруг котлов и между ними все же были, куда больше напоминал ему обычное приготовление обеда.
Снейп вместе с младшим Блэком плотно занимались двумя котлами, бросая в них, видимо, последние компоненты, Вальбурга с племянницей деловито наносили на черную книжицу какие-то символы, Сириус аккуратно пустил кровь жертвенному барану, подвесив его между тремя котлами за ноги, как на скотобойне — левитацией, конечно.
А вот последствия были куда интересней. От крови жертвы начало подниматься темное облако, медленно закручивающееся воронкой, и вот туда-то полетела сначала кость отца, потом «дамские пальчики», как это название прицепилось к добытым леди Блэк кусочкам плоти слуг. Андрей только подумал о том, что хорошо бы они палец Беллы все-таки не стали использовать, как Снейп отлевитировал к воронке пробирку с кровью директора и опрокинул ее.
 
Темный смерч крутился все быстрее и быстрее, и вот в него полетел дневник. Неожиданно все остановилось, потом тьма взметнулась, и… рука Хагрида сама бросила в нее добытое недавними трудами кольцо.
И ничего не случилось. Не рвануло, не взвыло, не… только Снейп подскочил и перевернул один из котлов — с зельем-стабилизатором, которое тихо зашипело, испаряясь, и в переплетающихся клубах пара, странным образом разделившегося на темный и светлый, почти белый, начала формироваться угловатая мальчишеская фигура.
Полупрозрачный мальчик или, скорей, все же подросток, медленно покачиваясь, прямо на глазах обретал плоть, словно проявляясь в реальности. Видимо, процесс был болезненным — его трясло так, что было слышно клацанье зубов, красивое лицо было перекошено от боли, тяжелое дыхание прерывалось стонами, и вот тонкие ноги подкосились, и он обессиленно опустился на пол. Тут же в него полетела мантия, задев зелье в одном из котлов и едва его не опрокинув, но мальчишка мгновенно схватил ее и накинул на себя, дрожа, как от холода.
Котлы быстро отлевитировали в сторону братья Блэк, а Снейп отправил порцию восстанавливающего зелья прямо в руки завернутого в мантию парня, который все еще тяжело дышал. Тот изумленно посмотрел на свои руки и то, что в них оказалось, а потом опрокинул зелье в рот, тяжело сглотнул и обвел взглядом собравшихся.
— Меня… убили? — голос возродившегося Темного Лорда был хриплым, ломким и совершенно мальчишеским. — Вы воскресили меня? Война закончилась?
Он увидел кивок Снейпа и облегченно выдохнул.
— Я… — он вздохнул еще раз, и плечи его поникли. — Томас Марволо Реддл, признаю Долг Жизни перед теми, кто вернул меня к ней.
И недоуменно обвел взглядом тихо ахнувших магов. Только Вальбурга и ее племянница смогли остаться внешне бесстрастными, так что он обратился к ним.
— Что я должен сделать для вас? И откуда у меня это? — он потряс рукой, на указательном пальце которой сияло то самое колечко.
Все покосились на Хагрида.
— Да ничего особенного, парень, — пожал плечами он и снова, чисто по наитию, добавил: — Только теперь не Реддл, а Гонт, фамилию можешь взять мамину, от нее ты взял больше.
— Откуда вы?.. — Том даже не смог договорить.
Буря чувств и мыслей завладела им так, что горло перехватило. Удивление — кто все эти люди? Настороженность — где он? Зачем они его спасли, для чего возродили? Страх — как он умер — тогда, в первый раз? Опасение — что с ним будет теперь? А в глубине души согревала теплом законная гордость: у него все-таки получилось с дневником! Все получилось!
— А какой сейчас год, спросить не хочешь? — отмер Снейп, глубоко потрясенный только что приобретенным Долгом Жизни. И от кого, что главное. И покосился на своего «коллегу по змее и черепу» — чувствует ли он что-то?
Регулус Блэк изучающе смотрел на возрожденного. Кланяться перед парнем парой лет младше ему как-то даже в голову не пришло, несмотря на то, что он прекрасно сознавал, кто перед ним. Но это был не Лорд, хотя метка пульсировала, словно сердце — мягко, спокойно… странно. Она никогда так себя не вела — либо обжигала болью, либо холодом… Он заметил вопросительный взгляд Северуса и кивнул.
— Может, сначала одеться? — спросила Андромеда, брезгливо морщась.
— Дети, займитесь, — распорядилась Вальбурга. — После мытья отправьте его в комнату, которую приготовили вчера.
 
Она повернулась к Тому:
— Пока ты можешь жить здесь.
— Где — здесь? — встрепенулся тот. — Что я за это буду должен?
— Ничего особенного, — повторил Хагрид, пока благоразумно не уточняя сопутствующих обстоятельств и не обращая внимания на испепеляющий взгляд Вальбурги, которую он имел наглость перебить. — Просто поработать переводчиком.
— В родовом доме Блэков, — Вальбурга не сочла нужным тратить время на невежу и обратилась к Тому, словно тут больше никого не было. — Ты точно никого тут не узнаешь?