Кодекс Наемника. Том 6 (СИ)

Но, наконец, им снова пришло сообщение от их давнего знакомого. И снова пришлось придумывать целую операцию, чтобы попасть на планету, опять в тот же самый бар, где встречались до этого. И снова пришлось проходить через бюрократический ад, чтобы согласовать программу одиночных тренировок с отработкой аварийного приземления на неизведанной местности.
И всё же у них получилось сделать всё необходимое, чтобы попасть на планету. Да, это затребовало сил, времени, нервов, но они были снова в баре после четырёх часов напряженных боёв с элементами симуляции реальности. И снова они сидели, напротив них сидел Роберт, который на этот раз немного нервничал, так как знал нрав старшего брата, плюс видел до сих пор в его глазах недоверие.
Джек же обоснованно пытался найти в этой ситуации двойное дно. Он не понимал, зачем такая скрытность, вечно выглядывал среди присутствующих возможных боевиков, предателей… но его глаза не были такими цепкими, как у его командования, он не умел читать людей, как они. Он умел воевать, он умел управлять корветом. И делал он это достаточно хорошо, чтобы быть тем, кто обучает новобранцев, чтобы быть тем, на кого должны равняться.
— Ну и где он? — довольно гневно и несдержанно спросил старший брат, перестукивая пятернёй по металлическому столу. — Мы спешили, рвали задницу, чтобы сюда попасть, а в итоге сидим и просто теряем время, нарываемся оказаться под куполом наблюдения спецслужб из-за странных авантюр, в правдивость которых мне до сих пор не верится.
— Скоро он будет тут, — Роберт пытался делать максимально правдивый вид, чтобы ему поверили, но Джек даже не смотрел на него, даже не повёл взглядом, просто слушал, игнорируя все тактильные сигналы. — Последнее, что я от него получил, что ему пришлось делать крюк на пути следования сюда. Причин не назвал, просто отписался и пропал.
— Словно какой-то бандит… — нахмурился старший брат, машинально дёргая ноздрёй. Это была его характерная особенность, ну или изъян, по которому его можно было прочитать, таким образом он показывал, что думает про мнение окружающих, что частенько этих самых окружающих в некоторой степени злило.
Время шло. В бар набивалось всё больше и больше работников, которые отмечали очередной завершённый день строительства. Было шумно, играла на полную катушку какая-то жёсткая музыка, которая отдалённо походила на некое подобие панк-рока. Старшему брату не нравились такие песни, а вот младший, прикрыв глаза, медленно покачивал головой в такт мелодии.
Спустя два часа, как бар набился под завязку, объявился и отец двух братьев. Он был в том же рванье, что и в прошлый раз, но под ним проглядывалась весьма интересная броня, которой ранее никто из братьев не видел. И это порождало новые вопросы, но они пока откладывали их, так как на первые заданные так и не получили ответы.
— Что тебя заставило так задержаться? — уточнил старший брат, опять приняв роль ведущего, кем уже и привык быть после смерти своего отца. — Я думал, что это мы задерживаемся из-за того, что бюрократия потратила слишком много времени. Но нет. Опоздал в итоге ты, что за тобой раньше никогда не было.
— Возникли определённые… — нахмурился отец, а потом подозвал официантку, так и не закончив фразу до конца, — Воды, пожалуйста, — потом он снова повернулся в сторону детей. — Прошу прощения. В горле сильно першит. Возникли определённые трудности, которые заставили сменить маршрут. Мне казалось, что за мной следят и хотят прикончить.
— Скрываешься от кого-то, словно дикий пёс, — а это уже был младший. — Па, ты же герой войны, ну практически. У тебя медалей была целая куча, тебя уважали, даже хотели уже на должности командиров ставить. Что произошло? Ты куда пропал? Почему тебя столько лет не было?
— А есть определённые причины, которые вам, скорее всего, не сильно понравятся, — хмуро проговорил он, и именно в этот момент подошла девушка, принеся ему стакан воды. — Спасибо, — с улыбкой сказал он и тут же выпил залпом, после чего отдал его ей и лишь затем, когда официантка отошла, продолжил. — Я оказался предан. Там была очень запутанная история, в которой я сам до самого конца не разобрался. В итоге я угодил в ловушку. Очень хорошо продуманную и спроектированную ловушку.
 
Дальше мужчина замолчал. Он словно погрузился в себя. Был мрачнее самой тёмной тучи, иногда на его лице дёргалась та или иная мышца, но он не давал понять, что с ним не так, вообще никак не реагировал на внешние раздражители. Посттравматическое стрессовое расстройство налицо, точнее, одна из форм его проявления.
— То было на вражеской планете, — начал он свой рассказ, медленно, размеренно, стараясь говорить так, чтобы слышали только окружающие его люди. — Нас отправили на задание по захвату станции связи подразделений клана Грей. Мы были разведывательным отрядом, и нам нужно было понять, что именно затевает враг. А без частот, без квантовых передатчиков, по которым передавались основные приказы, сделать этого было невозможно.
— Дред, ты с ума сошёл⁈ — тут же возмутился Роберт. — Это же государственная тайна, особенно с учётом специфики твоего подразделения!
— Больше пяти лет прошло с того дня, — хмуро проговорил седой мужчина. — Так что это уже не считается секретом. Плюс, кто поверит старому безумцу, которого все считают погибшим? М-м-м? Даже вон, — кивнул он в сторону старшего сына. — Мои дети не верят, что я — это я. Думают, что это какая-то подстава. Я вижу это в их глазах, я сам их этому научил… и я рад, что они живут по таким принципам, ибо это правильно. Доверие нужно заслужить, а я… я пока его не заслужил, так как пропал на довольно большой срок…
И снова отец двоих братьев завис, снова он начал вспоминать те дни, когда он активно воевал, когда выполнял различные операции. Война всегда на человеке оставляет неизгладимый шрам. Он может быть даже не физическим — ментальным, психологическим… и с ним ничего не сделаешь. Он может не беспокоить множество лет, а неправильно воздействуешь на него… и боли снова дадут о себе знать, ибо структура уже нарушена, хоть и восстановлена.
— К операции мы готовились экстренно, опасались того, что противник нас обнаружит. Мы только-только высадились на планету и смогли оборудовать временный лагерь, — продолжил говорить старик более бодрым тоном. — Просто… приказ есть приказ. Но, пока шла наша отправка в тот мир, слишком долго провозились, из-за чего было потеряно драгоценное время.
— Бюрократия, — фыркнул старший брат, откидываясь на спинку дивана. — Как везде. Ладно, хоть у нас она сведена к минимуму. Её много, когда пытаешься что-то изменить, особенно среди запланированного. Так что… возможно, мы встречаемся с тобой в последний раз.
— Не перебивай, пожалуйста, — вздохнул Дред. — Ты с детства был импульсивным и любил перебивать старших. Сам вырос, а твои детские привычки у тебя остались. Странно, как тебя твоё начальство ещё не прибило за такое… поведение.
— А он молчит почти всегда при них, — усмехнулся Дэн. — Тут, кстати, командиры действительно хорошие. Они, когда ставят приказы, пытаются обеспечить всем: от информации до имущества. Так что у Джека даже причин возмущаться обычно нет. Просто слушает, пока ему объясняют, а потом выполняет, получая достаточно хорошие деньги.
На лице отца двух братьев появилась некоторая досада. Они не поняли, в чём заключалась причина такой эмоции, но не стали показывать, что заметили мимолётное изменение в его выражении, тем более говорить об этом, всё же они хотели дослушать историю этого человека до конца.
— Буквально через три часа после приземления мы выдвинулись вперёд, — спустя пару мгновений раздумий продолжил Дред. — Состояние у нас было отвратительное, челнок подбили, мы чудом спаслись. Но всё же не стали отступаться, раз мы взялись за это дело, значит, должны были довести до конца, — немного кровожадно улыбнулся старик. — По пути мы прикончили скрытно несколько патрулей, разобрали по кусочкам целый блокпост, рассчитав время так, чтобы до нашего прибытия на станцию с ними не связались гарантированно. Ну а вот дальше всё пошло так, как я не ожидал.