Теория заговора (СИ)

Дядька припечатал к блюдцу десюнчик и коротко бросил:
— Томатный.
Равнодушная продавщица в бело-сером чепце забрала монетку и бросила в выдвижной ящик под прилавок.
— Извините, — пожалуй, слишком громко сказал я, и все присутствующие посмотрели на меня с удивлением.
В расслабленном покое этого фруктового уголка мой голос прозвучал излишне резко.
— Не разменяете пятнадцать копеек? — попытался я сбавить обороты. — Если можно медью, копейками и двушками.
  
— Деньги не размениваем, — недовольно ответила продавщица и отвернулась.
Она неторопливо взяла с подноса перевёрнутый мокрый стакан и подставила под один из четырёх конусов с жидкостями разных цветов. Повернула кран и пустила густую красную и очень медленную струю. Я обернулся и глянул через витрину на улицу.
После провала миссии, нападавшие на меня разбойники в этот момент наверняка летели, куда подальше, но напряжение пока не отпустило. Продавщица, наконец поставила на прилавок стакан и молча повернулась к пацанам.
— Два молочных коктейля, — попросил один из школьников и опустил на блюдце несколько монет.
Я сжал зубы. Тётя Мотя едва шевелилась. Я выругался про себя и метнулся в другой отдел, где безо всякой очереди купил коробок спичек и выпросил на сдачу семь двушек. Потратив впустую несколько драгоценных минут, я вернулся к таксофону. Покрутил головой, посмотрел по сторонам и, не заметив ничего необычного или опасного, сделал звонок.
Подробности я не передавал просто оставил сообщение для «Ивана Сергеевича», что не смог приехать из-за внезапной простуды, и затребовал альтернативное место встречи, сказав, что уже здоров и готов подъехать в любое другое место в ближайшее время. Мне предложили перезвонить через полтора часа.
Я вернулся к машине. Заехал в закоулок и залепил отверстия от пуль кусками синей изоленты, найденной в багажнике. Адреналин отхлынул, я почувствовал опустошение, но зато немного успокоился.
Решил возвращаться в общагу. Убивцы, скорее всего, знали, где меня искать, но сейчас я был настороже, и они это понимали, а, стало быть, вряд ли сразу после сорванной операции помчали бы туда. Только если горело и вопрос нужно было решать срочно и безоговорочно. Но в общаге и рядом с ней всегда было много народу, место не самое удобное для ликвидации.
Я запарковался чуть в стороне от главного входа и, убедившись, что всё чисто, пошёл к себе. До звонка оставалось около часа. Отсутствие мобильной связи, честно говоря, впервые начало раздражать, но изобрести и начать коммерческий выпуск мобильных телефонов я был не в состоянии.
Нужно было бы запросить себе передвижной радиотелефон в тачку. «Алтай» уже существовал, машины с длинными хлыстами антенн редкостью не были. Единственное, связь была не защищённой, слушай на здоровье, был бы приёмник.
В общежитии жизнь кипела. Народ, вернувшийся из села, наслаждался благами цивилизации. В моей комнате готовили ужин для узкого круга. В сковородке шкворчало сало, Славкина зазноба Лена, соломкой резала картошку. Плейбой Ромка Вершинин возился с видавшей виды катушечной «Нотой», пристраивая кусочек ваты, для лучшего прижима головки.
— О, наконец-то! — воскликнул он, обернувшись. — Явился симулянт!
Все засмеялись.
— А молодого коногона несут с пробитой головой, — пропел толстенький Костя Катков.
Блин, движуха мне сейчас была вообще не нужна…
— Я уж думала, ты опять на несколько дней ушёл, — с обидой произнесла Зоя и нахмурилась.
Я молча ей подмигнул и сел на кровать, устало откинувшись назад и опираясь о стену.
— Всё нормально? — прищурилась она и, наклонившись, тихонько добавила. — Ничего не случилось? Ты сам не свой…
— Комсомолка, красавица, а ещё самбистка и психолог, — улыбнувшись, сказал я. — Вы уже все с Зоей познакомились?
— А ты время зря не теряешь, — подмигнул мне Ромка и чуть кивнул в её сторону.
Она нахмурилась и отошла к стене.
— Привет, ребятушки, — улыбнулся я. — Рад, что вы выжили и вернулись с победой.
Я действительно был этому рад, но мысли мои крутились вокруг происшествия. Я перебирал немногочисленные карты из тех, что были мне известны, и не мог понять, кому могла быть выгодна моя безвременная кончина. Кто это организовал и зачем…
— Они вернулись с картошкой! — возразила Лена. — И меня сразу запрягли, кстати. Эксплуататоры!
— Потому что ты, Лена, уродилась девицей, — обосновал Ромка
— Что?!!!
— И, к тому же, не участвовала в добыче этого ценного и питательного продукта из земных недр. Теперь мы на тебе будем отыгрываться. Ты должна отработать. По-моему, всё честно.
— Она вон тоже не участвовала, — ткнула Лена ножом в сторону Зои.
Она что-то почувствовала, увидев меня. Или… или знала заранее. Но нет, Сёмушкин рассчитывает на сотрудничество, зачем бы ему? Вася Сомов? Ну, это смешно. У него кишка тонка, да и посылать ассасинов, чтобы рассчитаться за служебный факап?
— Правда? — удивился Вершинин. — Значит, она тоже будет отрабатывать, заверил Лену Ромка.
— Обойдётесь, — упёрла руки в бока Зоя.
— Но, что именно она будет делать, скажет Стрелец. — усмехнулся он. — Давай, Гриш, что делать этому фанту?
— Сейчас прямо, — сверкнула Зоя глазами. — Только попробуй!
— Зоя у нас сегодня будет… — задумался я, внимательно её разглядывая. — Она будет весь вечер ласково мне улыбаться!
— Ничего себе! — возмутилась Лена. — Поулыбаться и я могу! Не честно!
— Что поделать, — развёл руками Роман. — Твой повелитель решил, что от тебя больше толку на кухне, а повелитель Зои…
— Что?!!! — хором закричали девчонки.
— Осторожно, они сейчас сексуальную революцию устроят. Долой власть мужчин!
— Так, ребя, пожалуйста, давайте только не шуметь, не курить и не привлекать внимания, — попросил Славка. — Комендантша Гришу выселит, если накроет нас с плиткой и всем этим развратом.
Комендантша-комендантша… она, кстати, сдала назад и не появлялась на горизонте. Значит, ей сказали отстать, да?..
— Ну, хоть выпивать не запрещает, — засмеялся Костя. — Что там с магнитофоном, Ром?
— Да, вроде сделал.
— Ну врубай.
— А что за музыка?
— «Супермакс» принёс. Это вообще самый писк сейчас. Новьё. Смесь диско, рока, регги и африканского фольклора.
Ромка нажал на «воспроизведение» и комнату наполнили вязкие, томные звуки и низкий, немного хриплый и чуть-чуть гнусавый голос исполнителя.
Если тебе нужен любовник на одну ночь просто звони 7−6-5−4-3−2–1, потому что любовь, которую я дам тебе слаще, чем что бы то ни было…
Поскольку текст был на английском, мало кто понял, но Зоя, кажется, поняла и усмехнулась, чуть качнув головой.
— Улыбайся, душа моя, — подмигнул я. — Весь вечер.
Кто-то толкнул дверь, но она была заперта.
— Тихо! — махнул рукой Славик. — Тихо!
В дверь настойчиво постучали.
— Открывайте! — закричали за дверью. — Мы слышали, вы там.
— Это чайки летят, — помрачнел Костик. — На нашу картошечку.
— Мы не пустые!
— Ладно, открывай, — махнул рукой Ромка. — Уже все знают, что мы здесь.
Славик открыл дверь и на пороге появился Юрка Радов с гитарой и… Ляля…
— О, Юрик! — обрадовались все.
— Ну что, Ленок, — подмигнул Ромка, — придётся тебе ещё картошки почистить.
— Нет!
— А у нас тушёнка! — засмеялся Юрик и вытащил из карманов лёгкой куртки две жестяные банки.
Юрка Радов, гитарист и хулиган, чернявый, тощий, с кривым носом, похожий на цыгана, был желанным гостем на всех тусовках. Играл он и пел отлично. А ещё говорили, что он дружит и даже иногда поддаёт с артистами с Таганки и старыми кавээнщиками. Сам он никогда не подтверждал и не опровергал эти слухи, отчего его фигура казалась многим таинственной и интересной.
  
— Глушите шарманку, — распорядилась Ляля. — Юрка петь будет.
Она скользнула по мне взглядом, но не остановилась. Я усмехнулся. Хорошо бы, чтобы она пришла не ради повторных попыток задружить, вернее овладеть мной. Только… Только я слишком хорошо её знал. И вот этот демонстративно незаинтересованный взгляд…