Тайные тропы (СИ)
А тут еще и Марго, издав победный вопль, вырвала-таки горло у своей противницы, после чего и та навеки покинула этот мир, тем самым лишив меня последней возможности узнать, кто же именно направил эту компанию сюда, в наш офис.
— Мерзавцы, — ворчал Модест Михайлович, озирая картину разгрома. — Негодяи. Мизерабли! Как посмели? Пойти против всяких правил, против установленного порядка! Куда это годится?
— Никогда не думала, что такое скажу, но, оказывается, среди нежити встречаются и весьма интересные личности, — с неожиданным кокетством заметила Дара и даже накрутила на пальчик кончик своей косы. — Неожиданно! Удивлена. Ладно, вы-то уже дома, пусть даже тут и редкостный срач стоит, а мне еще обратно ехать. Максим, отдай то, что обещал.
Кстати. А ведь запоздай я минут на пять-десять, и все. Сейфа нет, лежащего в нем венца, само собой, тоже, и моя репутация летит в тартарары по всем фронтам. Плюс долг перед Яромилой приобретает такой размер, что меня смело можно начинать называть ее крепостным.
Хотя это все так, ерунда. Геля. Я мог лишиться Гели. Хуже того — та дрянь могла ей подарить не смерть, а нежизнь, что совсем уже скверно. Так что очень вовремя я вернулся.
И все же жаль, что не осталось никого из этой компании. Очень уж мой счет к тому, кто этих головорезов сюда послал, увеличился. В подобных вопросах я всегда занимаю ту же позицию, что и ворожеи. То есть непременно плачу свои долги.
Я пнул ногой горку пепла, который недавно был вурдалаком, открыл сейф, достал из него продолговатый футляр и протянул его Даре.
— Держи. — Я помог подняться Геле, которая мигом уткнулась мне носиком в плечо и тихонечко заплакала. — Открой, убедись, что внутри находится обещанный мной предмет, а после свяжись с Яромилой.
— Ночь на дворе, — мотнула подбородком в сторону окна девушка. — Она уже спит, поди.
— Уверен, что нет, — возразил я, поглаживая свою помощницу по спине, — и тебе это прекрасно известно. Да и вообще, если честно, мне непонятно, для чего ты сейчас устраиваешь весь этот цирк. Дань традициям отдаешь, что ли? Так ты не ведьма вроде, это они без того, чтобы хоть где-то не схитрить, не обходятся.
— Сама не знаю, — призналась ворожея, доставая из сумочки, висящей на плече, смартфон. — Честно.
Как я и предполагал, Яромила ответила почти сразу.
— Футляр открой, — это было первое, что она сказала. — Поднеси к экрану поближе. Замечательно!
— Вот и славно, — подал я голос, как только понял, что верховная мать довольна увиденным. — Яромила, я выполнил обещанное?
— Да, — раздался голос из трубки.
— Полностью? Претензий и недовольства нет?
— Нет, — все так же лаконично ответила ворожея.
— Тогда мы в расчете, никто никому ничего не должен?
— Подтверждаю, — произнесла Яромила.
— Услышано, — сказал Модест Михайлович, с грустью смотрящий на обломки кресла.
Следом за этим Дара сообщила своей повелительнице, что немедленно отправляется в обратный путь, закончила разговор, убрала в сумку смартфон и футляр, махнула нам на прощанье ручкой и настолько стремительно покинула офис, что я еле-еле за ней поспел.
— Ты чего? — насторожилась девушка, увидев меня, спускающегося за ней по лестнице, и моментально засунула руку в карман своей легкой светлой куртки. — А?
— Хочу убедиться, что ты села в машину живой и здоровой. От греха, знаешь ли. Не ровен час, тебя кто по башке стукнет и сумку заберет, а мне потом доказывать твоей хозяйке придется, что я не при делах.
— Тогда ладно, — успокоилась Дара.
Сюрпризов никаких не последовало, хотя имелись у меня подозрения в том, что оставила покойная вурдалачка тут, на улице, кого-то из своих приспешников. Но даже если и так, то он себя никак не обнаружил, ни до того, как ворожея уселась в машину, ни после, когда я остался в темном дворе совсем один.
А в офисе тем временем Арсений взялся за дело. Меня не было-то всего-ничего, а он уже успел смести с пола пепел, оставшийся от незваных гостей, мебель на свои места вернул и даже Гелю к делу определил, заставив ее сброшенные с полок папки обратно в шкаф выставить, причем предупредив о том, что проверит, в том же порядке, что и раньше, они расставлены или нет.
Что любопытно — Марго он из офиса гнать не стал, а ведь до того он ее, мягко говоря, не жаловал, как и положено домовому. Они считают нежить побочной ветвью эволюции, а та, разумеется, платит им той же монетой.
Видимо, он занес мою кровососущую приятельницу в свой личный список исключений, в который до того входил лишь Модест Михайлович, к которому Сенька испытывал немалое уважение, граничащее с чуть ли не благоговением.
— Одно не понимаю — как они сюда смогли попасть? — сказал я, войдя в офис. — Почему ловушки и обереги их не остановили? Да хрен с ними, с ловушками. Вурдалак не может попасть в дом без приглашения, это один из немногих подлинных фактов в книжках об этой братии, которых развелось без счета.
— Или если это не его дом, — поправил меня Модест Михайлович, прислонившийся к подоконнику.
— Этот вариант тут явно исключен, — хмыкнул я. — Разве нет?
— Просто Гелька — дура, — подал голос Арсений, который сгребал в совок землю и осколки горшка. Алоэ, которое в нем находилось до потасовки, он выбрасывать не стал, а осторожно положил на стол.
— Сам ты знаешь кто! — надула губы девушка. — Мог бы и предупредить о том, что это не доставка суши, а…
— Стоп-стоп-стоп! — остановил я ее. — Какая доставка? О чем ты?
— Эти сказали: «Мы суши привезли», — пояснил домовой. — Видать, разговор подслушали ее или курьера, который сушу эту сюда вез, спымали да сожрали. Вот тоже не понимаю — как вы за эдакую отраву столько деньжищ платите? Рис непроваренный да рыба сырая — что ж в том хорошего? Да еще жижа черная, вонючая, куда вы это макаете… Брр!
— А ларчик просто открывался, — рассмеялся Модест Михайлович. — После Геля открыла дверь и сказала: «Входите». Да?
— Причем во множественном числе, — поддержала его Марго. — Нет, ты просто девушка вежливая, к незнакомым людям всегда обращаешься на «вы», но любое слово при желании можно трактовать так, как заблагорассудится. В данном случае это было расценено как предложение войти в дом всем тем, кто стоял за дверью.
— Как всегда, — не глядя ни на кого, буркнула девушка. — В первый раз, что ли?
— Так — да, — потер я лоб. — Воистину, на каждого мудреца довольно простоты. Я строил крепость, а она оказалась домиком из соломы. Но только все равно не сходится. Она же не хозяйка этого дома? Если вообще офис можно считать домом.
— Почему ж нельзя? — возразил мне Сенька, высыпая мусор в корзину, застланную пакетом. — Вы тут и едите, и пьете, и ночуете. Я тут есть, чтобы за порядком глядеть. Значит, это дом, самый что ни на есть. А она в нем быт ведет, с тобой, хозяином, постель делит. Стало быть что?
— В самом деле? — заинтересовалась Марго, глянув сначала на меня, потом на Гелю. — Вы что, того? А я думала — нет. Вот ведь, ошиблась! Старею…
— Ты не стареешь, ты на это неспособна! — зло зыркнула сначала на нее, а потом и на Сеньку моя помощница. — Мертвые не потеют и не стареют!
И вот тут очень кстати подал голос мой смартфон. Обычно он трезвонит не ко времени, но все же случаются и исключения, вот как сейчас.
— Кому не спится в ночь глухую? — изобразил удивление я и глянул на экран. — О как. Неожиданно. Да, Аркадий, слушаю вас.
— Тысячекратно извиняюсь, Максим Александрович, — раздался в трубке привычно-смущённый голос помощника Шлюндта. — Понимаю, время очень позднее… Я же вас, наверное, вообще разбудил?
— Нет-нет, — успокоил его я. — Не разбудили. Я только собирался отходить ко сну, так что не переживайте.
— Просто я буквально час назад получил инструкции от… Ну, вы поняли кого?
— Понял, понял. И?
— Да-да, — заторопился Аркаша. — Мне было велено составить вам компанию в командировке, причем в качестве личного помощника. То есть именно я буду решать все вопросы, связанные с какими-либо бытовыми моментами вроде заказа билетов, бронирования отеля и так далее.