Мастер третьего ранга (СИ)

Михаил стал чувствовать источники силы и способностей заседателей круга. Самым мощным источником была Настя. Она, и еще профессор в ходе экспериментов с кругом, успели набрать достаточно много различных способностей, от облученных жителей поверхности.
Оказалось, большинство, обитателей Озерного были одаренными.
Когда они разобрались в сути, установки, и том, что она несколько отличается от Обительской, то Михаил занялся отловом облученных. С каждой следующей, приобретенной способностью, его жажда новых сил только усиливалась, и он требовал запускать «круг» все чаще. Он был ненасытен. И сейчас он с дрожью желал таинственные способности Ивана, а после и Марьи. Источник ее сил был даже более мощным, чем у наставника.
Он мельком взглянул на Настю. Она была в его планах следующей. Слишком много брала на себя эта Ковыряловская подстилка. С такой смазливой мордашкой, способности ей ни к чему.
— Иван, — позвал бывшего наставника Михаил. — Ты готов?
— Да, — из последних сил вымолвил он.
— Отвечай, ты добровольно отдаешь мне свои способности?
— Да. Забирай уже, — взмолился мастер, чувствуя, как начинает буквально рвать тело чешуйка в груди.
Михаил расслабился, и с довольной ухмылкой, собрался принять в себя поток силы, которая должна была добавить в его копилку новые способности.
Но что-то пошло не по плану.
Он почувствовал, как в зале нарастает сила и ее поток вот — вот вольется в него. Поток пролился, но вопреки ожиданиям, не от наставника к нему, а от Насти к Ивану. И поток этот был настолько мощным, что Михаил, онемел от удивления, и не сразу нашел силы закричать: «Стоп».
Мужчина у пульта в спешке активировал протокол аварийного отключения, но было поздно.
Куб останавливал свое вращение, а пристегнутый к креслу Иван кричал, извивался, суча ногами. Все тело пронзила нечеловеческая боль, источником которой была пульсирующая чешуйка на груди.
— Отстегивай, — в панике кричал Михаил, видя, как изменяется лицо наставника.
— Время, — истерично пискнул мужчина у пульта, — Еще шесть секунд.
Кожа на оголенных руках и лице Ивана стала лопаться, полилась кровь. Лицо вздулось, словно собралось лопнуть. Оковы затрещали и разлетелись прежде, чем должны были открыться.
Крик мастера перешел в жуткий рык. Он опустился на четвереньки, и заскреб по полу удлиняющимися когтями. Кожа ссыпалась клочьями с увеличивающегося тела, оголяя острую, окровавленную чешую.
— Стреляйте, мать вашу, дебилы! — срывал голос Михаил дергая пристегнутыми руками.
Зал потонул в грохоте автоматов. Зажужжали пули, отскакивающие в стороны от крепкой костяной брони. Один из ассистентов откинул голову, в которой зияла окровавленная дыра. Юра упал плашмя на пол. Сделал он это вовремя, поскольку стоявший за его спиной обалдевший охранник, тут же перегнулся от полученной в брюхо пули пополам и рухнул парню на спину.
— Отставить! — возопил Михаил, у которого, наконец, освободились руки.
Он соскочил с кресла, и в воцарившейся тишине попятился от тупо смотрящего маленькими, злыми глазками, чешуйчатого монстра.
Тварь, которой стал Иван, будто и не заметила, что в нее только что, стрелял десяток автоматов. Она хрипло дышала, стоя на четырех лапах и поводила заостренной, клыкастой пастью от Марьи, в ужасе забившейся в кресло с ногами, к спокойно стоящей Насте.
— Настя, — ошарашенно позвал Михаил. — Что это? Как? Что за хрень?
— Что, как, что, — передразнивала колдунья мастера, без страха направляясь к монстру. — Надоели вы мне, вот что, — продолжила она, проведя по крепкой роговой броне, рукой, а после указала пальцем на Михаила. — Взять!
Монстр, сорвался с места и сминая броней металлические кресла, задел своей тушей пьедестал. Разметались по плитке оторванные провода, брызнули ослепительные икры, пьедестал накренился, куб закачался и с грохотом рухнул рядом с Марьей. Разбилась вдребезги хрустальная вершина.
— Чего сидишь, дура? — обратилась Настя к Марье. — Беги! — посоветовала она, отвернулась и пошла к выходу.
Монстр атаковал Михаила в лоб, но тот воспользовался одной из отобранных у зараженных способностью. Выставив руки, перед собой создал крепкий энергетический щит. Ударившись об преграду, монстр откатился, помотал головой, и схватил замершего рядом охранника.
 
Орущий охранник полетел в мастера. Громко хлопнула каска и треснули ломающиеся о щит кости. За ним уже летел следующий палящий в воздухе из автомата во все стороны боец.
Охранники, вспомнили, наконец, что у них в руках тоже есть оружие, началась суматоха и стрельба.
Пригибаясь и взвизгивая от свистящих над головой пуль, Марья добежала до барахтающегося под тяжелым трупом охранника подмастерья, помогла выбраться, и они вывалились в коридор.
— Настя, что за фигня с Иваном? — воскликнул Юра, заметив устало облокотившуюся о стену колдунью.
— Рано или поздно, это должно было случиться, — равнодушно пожала плечиками она. — Так пусть лучше здесь, чем там. — Указала она пальцем в низкий свод.
— Что с ним? — рванулась Марья к Насте, но натолкнулась на невидимую стену, — Отвечай!
— Да ничего, страшного. Хватит истерить.
— Едрит, вашу за ногу, — пощипал себя за щеку Юра. — Я не хочу тут быть. Я хочу в другую сказку!
— Кстати, интересный вышел, поворот. Рыцарь, пройдя все испытания, дошел, до заветной башни, превратился в дракона и… сожрал принцессу, — захохотала Настя. — Уже порядком приелось это «долго и счастливо», а так хоть какое-то разнообразие.
Марья затравленно посмотрела на веселящуюся девушку. Поджилки тряслись, сердце выпрыгивало, а растерянный разум, отказывающийся верить в происходящее, панически вопил: «беги».
— Не бойся, — благожелательно улыбнулась ей колдунья. — Я не дам ему этого сделать.
— Да кто же ты такая, Настя? — психанул Юра, и с кулаков его неожиданно сорвались разряды.
— Позже, Юрочка, — отмахнулась она. — Помогите лучше Полыни, — указала колдунья себе за спину, где тоже разгоралась стрельба и раздавались крики, которые заглушал рев беснующегося в зале Ивана.
— Идем отсюда, — потянул Марью за собой подмастерье.
Монстр, рыча от злости, без особого успеха колотил кулаками и кромсал когтями щит Михаила, но все чего он этим добился, так лишь того, что оттеснил мастера к стене. Он не замечал отскакивающих градом пуль и желал только одного: во что бы то не стало, добраться до бывшего ученика.
Отскочив в очередной раз от энергетической преграды, монстр наступил на один из искрящих кабелей, и взревел от боли. В горячке не разобрав, кто и чем его ужалил, он накинулся на уцелевших бойцов.
Пока монстр, рвал на куски орущих охранников и раскрашивал ими стены, Михаил воспользовался передышкой, и изменил тип защиты. Щит превратился в энергетический кокон, что покрыл все тело. Вздулись вены, силой налились мышцы. Мастер разом немного покрупнел.
Когда шлем с оторванной головой последнего бойца покатился в сторону пульта, монстр снова повернулся к мастеру.
— Ну, что наставник, поборемся, как в старые добрые времена, а? — гортанно взрыкнул изменившийся Михаил.
Монстр пошел в атаку, но тут же был сметен ударом кулака в голову. Откатившись в сторону, он вскочил на лапы и снова ринулся в бой.
Михаил подхватил искрящий кабель и сунул его концом в оскаленную, пасть бронированной твари. Монстр взревел от боли и ошарашенный ударом тока, растерялся, замотал головой. Кабель обвился вокруг толстой шеи. Михаил навалился на тварь, и, сипя от напряжения, стал затягивать петлю.
Тварь не сдавалась, стала брыкаться, силясь стряхнуть с себя врага.
 
Мастер ткнул концом кабеля в бронированный бок. Пробило. В стороны брызнул фонтан искр, запахло горелой шерстью, монстр повалился на бок и, рыча, стал сучить лапами.
Так он бил тварь высоковольтным разрядом раз за разом, пока рык не перешел в полный боли вой, и он снова принялся затягивать удавку. Ошарашенный монстр, захрипел. Чешуя поддавалась, а удавка жала все сильней. Тварь пыталась поддеть кабель когтями, но тот уже скользнул под чешую и впился в плоть.