Доктора Звягина вызывали? (СИ)

– Ну я немного… Михаил Алексеевич, не могу я бросить! – покраснев как школьник ответил пациент, – ну вот никак!
– От этого и обострение, – вздохнул я, – так, сейчас выпишу вам направление в областной центр к пульмонологу. Думаю, вас положат в пульмонологическое отделение на пару недель. А пока распишу вам лечение.
Я расписал необходимые препараты и записал пациента к пульмонологу. Состояние у него не критичное, в экстренной госпитализации он не нуждается. А планово ему полежать в стационаре надо. К тому же хотя бы там он курить не будет!
Пациент ушел подписывать направление, а я продолжил прием. Людей сегодня было особенно много, поэтому закончил я минут на пятнадцать позже окончания приемных часов.
После приема меня к себе внезапно вызвала Тамара Павловна, заведующая терапевтическим отделением поликлиники. Довольно странно, планёрки сегодня быть не должно, да и никаких проверок в ближайшее время тоже. Не добраться мне до главного врача прям сегодня!
– Добрый день, Тамара Павловна, вызывали? – спросил я, заходя к ней в кабинет.
– Вызывала, Михаил Алексеевич, – кивнула та, – что ж вы так?
– В каком смысле? – не понял я. Слишком расплывчатая фраза для обвинения.
– Опаздываете, так ещё и хамите другим сотрудникам. Я о вас лучшего мнения была, – вздохнула заведующая, – что можете сказать на это?
– Ничего, – пожал я плечами, – а что я должен говорить?
– Как это что? Оправдаться как-то или как минимум извиниться, – ответила Тамара Павловна.
– Мне не за что оправдываться, – усмехнулся я, – а кто вам это передал?
– Это неважно, – отрезала женщина, – главный врач просил передать вам, что вам объявлен выговор с занесением в личное дело.
Интересный поворот! Почему же Сергей Георгиевич сам мне не сообщил, а передал через заведующую? Если совсем недавно мы с ним были в хороших отношениях, разговаривали по душам и прочее. А тут вдруг объявляет мне выговор с занесением в личное дело, за первое в моей жизни опоздание, и передает это через Тамару Павловну.
– Выговор с занесением за опоздание? Первое за полгода? – уточнил я.
– Я тоже удивилась. Но всё так, верно, – кивнула Тамара Павловна.
– Тогда я пойду, а то заработаю выговор за опоздание на адреса, – усмехнулся я, выходя из кабинета.
Всё, пора весь этот цирк заканчивать. Я достал телефон и набрал номер полицейского Дани. Решим ситуацию по-другому.
– Привет Даня, – проговорил я в трубку, – поможешь мне с одним делом?
  
Глава 16
 
Решать запутанную ситуацию с препаратами я решил с помощью Данилы.
– Привет, Миш! – радостно откликнулся полицейский, – что за дело?
– У нас в больнице проворачивается какая-то очень запутанная схема с препаратами, – начал объяснять я, – и мне одному в ней не разобраться.
– Так, видимо рассказ долгий будет. Слушай, давай ты ко мне заглянешь после работы, и всё обсудим? – предложил Даня.
– Отлично, где-то через пару часов буду. Адрес тогда сообщением скинь, – согласился я.
После разговора я решил отправиться на адреса. Разговаривать пока ни с кем больше не буду, лучше сначала обсудить ситуацию с Даней, чтобы случайно не спугнуть всю эту шайку.
Быстро объездив адреса, я оставил Свету заполнять журналы и отправился к Дане. Он жил, к моему удивлению, буквально в соседнем дворе от моей служебной квартиры.
– Так мы ещё и соседи, выходит? – усмехнулся я, входя в квартиру к полицейскому, – я и не знал.
– Да с нашей работой это и неудивительно, – усмехнулся тот, – проходи на кухню и рассказывай. Алкогольного ничего не предлагаю, я ещё на больничном. А вот кофе сейчас сварганю.
Я пустился в длинный рассказ про препараты, льготную аптеку, мои подозрения, разговоры с главным врачом и главной медсестрой и всего прочего, произошедшего за последние дни.
Даня молчал, лишь иногда вставлял какие-то вопросы по теме.
– Ну так вот, а сегодня утром по пути на работу до меня докопались трое мужчин, – перешёл я к самой интересной части, – недовольные, что я лишаю их наркотиков. Я с ними поговорил, и один признался, что подослала их Софья Александровна.
  
– Стоп-стоп, как именно ты с ними поговорил? – подозрительно прищурился Даня.
– Безопасно для их здоровья, – усмехнулся я, – но очень действенно. Один из них по всем признакам был наркоманом в ломке. Они сказали, что поликлиника является для них одним из поставщиков товара, но работают они не напрямую, а через посредников.
– Но конкретные имена естественно не сказал? – предположил полицейский.
– Да, не сказал. Потом я вернулся в поликлинику, и меня тут же поймала на первом этаже главная медсестра, угрожая объявлением выговора. И потом заведующая действительно передала от главного врача выговор. И я позвонил тебе, – закончил я, отпивая большой глоток кофе.
– Погоди, а как вообще медсестра может объявить выговор? – удивился тот, – да и не так это происходит обычно…
– Ну бумаг я никаких не подписывал, всё только на словах, – пожал я плечами, – плюс я узнал, что Софья Александровна любовница нашего главного врача. Думаю, она может найти на него рычаги давления.
– Ага, знаю я эти рычаги, – усмехнулся Даня, – а теперь подожди, мне надо подумать.
Даня замолчал, уткнувшись взглядом в стену. Я за это время успел допить кофе и даже помыть за собой кружку.
– Значит так, – произнес, наконец, полицейский, – здесь у нас всё намешано в кучу. Надо подключать и прокуратуру, и наркоконтроль. И нас, само собой.
– И с чего начать? – поинтересовался я.
– Начнем с опрашивания пациентов, не получающих необходимые им препараты. Ты предоставишь мне список, а я их опрошу. Ну, когда ты меня выпишешь, разумеется. А ты пока ни с кем больше на эту тему не разговаривай, а то они затаятся – и доказательств не будет, – проговорил полицейский.
– Понял, хорошо. Кстати больничный у тебя по завтрашний день, как себя чувствуешь?
– Да всё отлично, – отмахнулся Даня, – хотя ты меня загрузил, конечно. Но это даже хорошо, раскрытие таких дел очень приветствуется нашим начальством.
– Отлично, – кивнул я, – у меня завтра выезд в село. Я тебя к Дарье Юрьевне записал, на 10 часов утра.
– Без проблем, – кивнул тот, – тогда будем на связи.
Мы попрощались, и я отправился домой. Дело запущено, остается самая неприятная часть – просто ждать. 
Дома после всех вечерних ритуалов я ещё долго думал про эту ситуацию. Говорить действительно пока ни с кем не нужно. Но очистить больницу от этой коррупции и темных делишек надо обязательно. И дело не только в том, что страдают пациенты. Это просто дело принципа.
С таким настроением я и лег спать. Утром мне предстоял очередной выезд в село. Ехали мы на этот раз в Красную Звезду, где имелся фельдшерско-акушерский пункт. Поэтому на этот раз ехали мы не на комплексе, а на обычной машине скорой помощи.
Кроме меня и Светланы с нами снова ехала гинеколог Елена Вячеславовна и новенькая медсестра из профилактики, Олеся. В поликлинике много раз шутили, что в профилактику набирают медсестер только с созвучными именами: Алина, Алёна, Олеся.
Олеся была молодой женщиной лет тридцати пяти, статной и темноволосой. Работу свою она выполняла хорошо, пререканий с ней ни у кого никогда не было.Может именно на этой почве они очень хорошо общались со Светланой, похожей по характеру.
Владимир загрузил нас в машину, и мы отправились в село. 
Село Красная Звезда было сравнительно большим. Здесь была и школа на девять классов, и детский сад, и даже дом культуры. В ФАПе работала довольно молодая фельдшер, Ирина Львовна, всегда содержащая все документы в порядке. Она отлично справлялась со своими обязанностями, вызывая меня только в крайних случаях. 
К нашему приезду она подготовилась основательно, в выделенном мне кабинете уже лежали списки пациентов, которые должны были прийти на диспансеризацию. Помимо этого, планировалось посещение амбулатория.