Ариэль. Другая история русалочки

– Некоторые из вас, кому довелось увидеть оперу, должно быть, уже знают о моём прошлом в общих чертах, – продолжила Урсула буднично, разглядывая кончики некоторых своих щупалец. – Я была... могущественной ведьмой в мире морском. Но, серьёзно, может ли могущества быть достаточно? Поэтому я стала могущественной правительницей на земле. И это было весело. Но затем я подумала... зачем выбирать что-то одно?
Время остановилось для Ариэль. Кровь шумела в ушах всё сильнее с каждым новым странно банальным вопросом, громко и зловеще звеневшим в воздухе. Что Урсула хотела этим сказать?
– Поэтому, – вздохнула ведьма, снимая цепочку и держа в ладонях стеклянную ампулу, – я не стану этого делать. Благодаря древней крови, теку-щей в жилах этого маленького приятеля, и... что ж, ещё большей крови – вашей крови, если быть точнее, – я вскоре стану той, кого вы, маленький народец, будете называть богом как Мира Суши, так и Подводного Мира. Теперь же не двигайтесь, хорошо? Обещаю, больно не будет...
  
Урсула
 
– Йа! Йа! Эгрси пхтакн! Бх’н’э вх ссрбюкл Ю’рюэл варротэл пхтакн!
Древние слова лились из её тела, словно чёрная музыка. Никто не произносил их уже три тысячи лет, а культура, породившая эту жрицу, давно сгинула в водовороте хаоса и агонии.
Вскоре древнейшие боги придут, чтобы забрать народ Тирулии в качестве подношения и напитаться душой Тритона. Взамен они подарят Урсуле немыслимое: власть над двумя царствами, двумя мирами, которые всегда существовали раздельно, согласно древнему, нерушимому закону. Она станет самым могущественным существом, которого когда-либо видела Гея, – или перед которым склонялась.
Жуткие вопли, доносившиеся откуда-то из-за звёзд, раскололи воздух, подготавливая дорогу, по которой спустятся певцы, издававшие их.
Толпа впала в исступление, которым женщина упивалась. В их уши вливалась будто бы песня русалки, но вывернутая наизнанку, а её искажённые стихи буквально раскалывали их черепа. Люди кричали, пытаясь заглушить звук ладонями. Они оседали на землю, и Урсула увидела, как драгоценные, ярко-алые капли крови начали просачиваться сквозь их пальцы.
– Что ж, ладно, я солгала, – признала она. – Это, должно быть, больно. Всего чуток...
  
Ариэль
 
– Нет!
Она закричала прежде, чем придумала какой-нибудь план.
Себастьян даже не одёрнул её. Он был слишком занят тем, что с ужасом смотрел на стонавших и кричавших вокруг него людей.
Урсула подняла глаза. Теперь обнаружить Ариэль было легко: она единственная из всех продолжала стоять на ногах. Ужасная песня на запрещённом языке не оказывала на неё такое же воздействие, как на людей. Эта песнь предназначалась не для неё, а лишь для несчастных жертв.
Ариэль протолкнулась в первые ряды.
«Представь, что это игра в коралли, – сказала она самой себе. – Что есть у меня такого, чего Урсула не ожидает? В чём слабость Урсулы?»
– Урсула! – снова закричала она. – Прекрати это! Я сдаюсь!
Медленная, уродливая улыбка растянулась от одного уголка рта морской ведьмы до другого. Что-то вроде облегчения и удовольствия отвратительным образом смешались на её лице: всё это время она действительно боялась, что Ариэль так и не покажется. Что она не станет свидетельницей триумфа Урсулы.
Жуткие вопли, доносившиеся из темноты откуда-то из-за звёзд, начали прерываться и постепенно затихли.
Теперь были слышны только стоны тирулийцев.
– А к чему мне, чтобы ты сдалась? – спросила сесаелия вальяжно. – Теперь у меня есть всё, чего я хочу. Суша, море, власть, своего рода шоу, кровь... С какой стати мне можешь быть нужна ты?
– Прошу, – взмолилась Ариэль. – Я знаю, ты хочешь отомстить мне и моему отцу. Но не вмешивай в это людей. Они никогда не делали тебе ничего плохого.
– Сиренетта? – послышался чей-то удивлённый шёпот.
– Она русалка? – спросила другая тирулийка, медленно распрямляясь и вытирая кровь со своего лица.
– Постойте, женщина-осьминог – тоже русалка?
 
– Это та самая русалка из оперы?
– Она красивая...
– Урсула, я знаю, это не то, чего ты хочешь на самом деле, – решила рискнуть девушка. – То, чего ты хочешь на самом деле, – править Атлантикой, показать всему русалочьему племени, как ты поступаешь с теми, кто плохо к тебе относится. Народ, которым ты хочешь править и который хочешь поработить, должен знать, кто ты есть в действительности. А люди и понятия об этом не имеют! – Она махнула руками в сторону толпы: – У них нет представления о том, что случилось с тобой сотню лет назад. Твоё торжество над Миром Суши бессмысленно, поскольку его жители не знают даже того, кто такая Урсула. В то время как под водой это знает каждый.
– Не указывай мне, чего я хочу! – резко ответила Урсула.
Но на её лице читалось сомнение.
– Только не говори мне, что тебе и в самом деле здесь нравится, – не отступала Ариэль. – Здесь так сухо и всё такое тяжёлое, эти люди проживают такие короткие, уродливые жизни...
– Мои ноги меня просто убивали, – признала Урсула.
– Подумай о том, что делаешь. Подумай о силах, к помощи которых прибегаешь. Ты действительно хочешь призвать древнейших богов, когда в этом нет серьёзной необходимости? Ты не хуже меня знаешь, что они не всегда следуют правилам смертных и не всегда соблюдают условия сделок, – добавила Ариэль. Морская ведьма выглядела сейчас явно неуверенно. Ариэль было нужно заманить её в ловушку и покончить с этим поскорее. – Хорошо, положим, просто править Атлантикой – это не то, чего ты хочешь на самом деле, – произнесла она, пользуясь возможностью. – Но как насчёт этого? – Девушка достала из своих волос гребень. Он сиял в солнечных лучах, отличаясь куда большей яркостью и количеством деталей, чем обычно ожидаешь от такого маленького предмета. Гребень вдруг замерцал, расплавился и трансформировался в могучий золотой трезубец, ослепительно сверкающий на солнце.
Толпа ахнула; даже у Эрика перехватило дыхание от такого волшебства и красоты. Глаза Урсулы округлились при виде подобного зрелища, она глядела на него заворожённо.
– Просто... оставь народ Тирулии в покое. Ты можешь заполучить Атлантику и меня...
– И твоего отца? – властно спросила Урсула.
Ариэль сглотнула.
Причина, по которой она здесь... Её единственное постоянное желание на протяжении последних пяти лет...
Готова ли она обменять его древнюю жизнь на спасение города людей? Некоторые из которых убивали её рыбу... и один из которых любил её?
Девушка кивнула. Всего раз.
– Ариэль, нет! – взвыл Себастьян.
Урсула издала победоносный смешок:
– Что ж, идёт! Я всегда могу воспользоваться сиркуексом в другой раз. И у меня по-прежнему останется Тритон! Иди сюда, красотка-русалочка! Ты заключила сделку!
Тирулийцы неловко расступались перед девушкой, освобождая ей путь к помосту. Дойдя до него, она поднялась вверх по ступеням.
– Ариэль, – прошептал Эрик. – Спасибо. От моего народа. Мне... очень жаль.
Она ничего не ответила.
Флаундер выпрыгнул на край фонтана.
– Прощай, старый друг, – прошептала она, подходя к нему, чтобы поцеловать.
– Ариэль, не делай этого, – взмолился он.
– Мне жаль, Флаундер. – Она потрепала его по плавнику. – Но став царицей, ты усваиваешь один урок... никогда не верь слову морской ведьмы!
Произнеся это, она позволила своей руке упасть в морскую воду, которой был наполнен фонтан...
...а другой рукой направила трезубец в сердце Урсулы и выпустила молнию.
  
Эрик
 
Секунда ушла у него на осознание того, что произошло.
Всего секундой раньше любовь всей его жизни сдалась сама, сдала своё королевство и своего отца злой морской ведьме, чтобы спасти его народ, и печально прощалась со своим другом-рыбой.
Затем в её глазах внезапно вспыхнуло пламя, и она принялась метать волшебные молнии в Урсулу.