Ариэль. Другая история русалочки

Ванесса побледнела.
«Интересно, – подумал юноша. – Она прежде не задумывалась о возможных последствиях?» Или нет, она просто не ожидала, что Эрик станет размышлять о возможных последствиях. Ведьма сделала ставку на то, что его рассудок всё ещё затуманен действием её заклятья и, возможно, прежде всего на то, что сам он не особо умён. Принцесса была высокомерной эгоисткой, полагавшей, что все вокруг неё менее сообразительны, чем она. «В общем и целом неприятная личность, даже если не брать во внимание то, что она морская ведьма, у которой есть щупальца», – заключил Эрик. Как мог любой из тех вельмож и простолюдинов, которыми она манипулировала, мириться с этим? Разве они не видели её истинную сущность ненавидящей всех и вся злодейки? Что ж, возможно, причина крылась лишь в том, что люди были несовершенны как раса... Каждый из них хотел чего-то. Возможно, это было что-то такое банальное и «низменное», как золото, но, возможно, это было что-то столь сладостное и жизненно необходимое, как истинная любовь. Возможно, это был ребёнок, которого двое отчаялись завести, или чудесный способ спасти свою семью от голодной смерти. Возможно, кто-то нуждался в друге. Возможно, кто-то просто хотел верить в то, что всё это можно было получить в качестве безвозмездного дара от бога или духов. И тут появляется сладкоречивая ведьма, которая хороша собой и обещает дать тебе всё это. Очень легко не заметить её недостатки, когда исполнение твоего желания так близко... Возможно, только везение уберегает людей от того, чтобы их то и дело заставляли подписывать... О! Постойте-ка!
– Ванесса, ты не можешь причинить мне вред, – произнёс Эрик вслух, чувствуя, как его губы начинают складываться в улыбку очень в духе Принца не от мира сего. Он навис над ней: – Ты... подписала... контракт.
– Я этого не делала! Я бы никогда!
– Брачный контракт.
Выражение потрясения, проступившее на её лице, доставляло ему безграничное удовольствие.
– Принцесса Ванесса, вы подписали документ, в котором взяли на себя обязательство быть со мной, беречь и поддерживать меня, исполняя роль партнёра в нашем королевском браке.
Женщина выглядела плохо. Ей действительно поплохело. Лицо стало желтушно-зелёного цвета, рот открылся, словно собачья пасть. Она сглотнула пересохшим горлом раз или два. Стеклянными глазами принцесса смотрела сквозь него. Возможно, она вспоминала день их свадьбы. Всё это случилось очень быстро – спасибо её всепоглощающему стремлению обойти Ариэль. Там был состряпанный наспех торт, подогнанное на скорую руку платье и листок пергамента, на котором второпях нацарапал что-то один советник, оказавшийся в приморском дворце Тирулии. Который, справедливо будет отметить, никогда не думал, что ему придётся делать что-то настолько значимое и важное: большую часть его обязанностей можно было охарактеризовать как непыльную работёнку, – он занимался тем, что читал различные земельные документы и указы, прохлаждаясь на пляже. Мужчина умолял Эрика не жениться по крайней мере до той поры, пока об этом не сообщат королю с королевой, а семья Ванессы не будет проверена. Находясь под действием заклинания, принц лишь покачал головой. И всё-таки, даже находясь под давлением, советнику удалось составить вполне приличный маленький брачный контракт, который цитировал предыдущие контракты при помощи множества сносок, ссылок и примечаний. С самодовольной улыбкой Ванесса ловко поставила свою подпись, дополнив её, в качестве гербового знака, завитушкой, походившей на симпатичного маленького осьминога. Солнце село, они поцеловались, и для Ариэль и её отца всё было кончено.
Эрик снисходительно улыбнулся:
– Насколько я знаю вас, бессмертных созданий (а я знаю, поскольку являюсь Принцем не от мира сего, а также потому, что я женат на одном бессмертном существе и вожу дружбу с другим), для вашего народа контракты обладают ещё большей важностью, чем для нашего. И ты подписалась своей душой.
– Он не имеет законной силы. Не носит обязательный характер, – прохрипела женщина, пытаясь выровнять дыхание и совладать с тем, что походило на паническую атаку. – Подписан... Ванессой... не мной...
 
– Скажем так, дело в том, что ты выглядишь в точности как Ванесса, – возразил Эрик, приподнимая подбородок и делая вид, что внимательно её разглядывает. – Думаю, что даже кто-то настолько неискушённый в правовой терминологии, как я, вероятно, всё же способен доказать, что до тех пор, пока ты выглядишь, как Ванесса, живёшь на суше, как Ванесса, и не имеешь щупальцев, как Ванесса, ты, скажем так, на сто процентов являешься Ванессой. Хотя Ванесса, конечно, может оказаться странноватой девушкой, считающей себя подводной ведьмой, которая наполовину осьминог. О, кстати говоря: в королевских брачных контрактах всегда есть пункт, касающийся впадающих в слабоумие супругов, в особенности жён. Не думаю, что тебе понравится, что там написано.
Хотя Урсула всё ещё не смотрела на него, глаза женщины округлились, когда до неё дошло значение его слов.
– И раз уж мы заговорили о жёнах, я бы также добавил, что в стандартных королевских контрактах есть и другие, более неприятные маленькие оговорки. Пережитки прошлого, вроде того, что случится, если тебе не удастся произвести на свет наследника мужского пола. Но, надо сказать, даже в наш современный век астрономии и паровых двигателей Тирулия, боюсь, всё ещё немного отстаёт в этом плане. Всё, что тебе принадлежит, технически является моим, любое решение, касающееся покупки или транспортировки товаров, образования детей, увольнений или найма домашней прислуги... всё это. Главным образом. Моё. – С каждым следующим словом он подходил к ней всё ближе, глядя на неё сверху вниз с ухмылкой.
Наконец глаза Ванессы прояснились, и она посмотрела на него с лютой ненавистью. Эрик отразил её взгляд лучезарной улыбкой.
– Видишь ли, – добавил он почти виновато, – у вас, бессмертных созданий, есть ваши силы, ваши обещания, ваши исполнения желаний и ваши контракты, это так. Но у нас, людей, есть юристы.
Рот Ванессы растянулся в улыбке, похожей на оскал. Медленно выпрямившись, женщина поправила платье:
– А ты не такой туповатый, каким тебя все считают, – наконец произнесла она.
– Только ты, – заметил Эрик. – Все остальные думают, что я рассеянный и творческий. Только ты думаешь, что я и в самом деле туп.
– Справедливо, – согласилась Ванесса. – Я всегда знала, что играть с людьми будет весело. Но с вами куда больше веселья, чем я представляла. Поистине поразительна склонность людей к злу, ко-торой обладает даже самый никчёмный из вас. Подумать только, я считала, что это я мастер составления хитрых контрактов, имеющих силу. Очевидно, мне ещё учиться и учиться. Как там говорят? «Дьявол кроется в деталях?» Ты наводишь меня на мысль, что это люди изобрели дьявола.
Эрик ничего не ответил. Он не был, как она сказала, глупым. И с предыдущего раза принц стал чуточку мудрее. Пока что ещё не пришло время праздновать его победу над ней. Нечто настолько ужасное и древнее, как Урсула, вне всяких сомнений, припасло в рукаве ещё один козырь (вероятно, все семь козырей). Дёрнув плечами, Ванесса вновь приняла подобающую принцессе позу, чопорную и элегантную.
– Ну что ж, тогда, принц Эрик, сохраним партнёрство. Ради Тирулии. По крайней мере до тех пор, пока один из нас не придумает, как... его ликвидировать.
– Всё, что меня заботит, – моя страна, – произнёс юноша с чувством. «Не думай о ней. Не думай об Ариэль. Не думай о том, как продолжаешь помогать ей, ища её отца». Хотя он не был уверен в том, могла ли ведьма читать мысли, было очевидно, что Ванесса могла читать лица и не преминет это сделать. – И её народ. До тех пор, пока им ничто не угрожает, они счастливы и живут в достатке, мне нет дела до того, какими безумными мелкими заклинаньицами, или чем бы там ни было, ты занимаешься на стороне.
– Какое щедрое предложение. Спасибо тебе, мой принц, – поблагодарила его она, делая подчёркнуто вычурный поклон – не реверанс. – Безумные мелкие заклинаньица, в самом деле. В былые времена я бы превратила тебя в усоногого рака за такие слова