Ариэль. Другая история русалочки

Будет ли она способна наложить новые чары? Будет ли Эрик вновь погружён в туман забытья, подвергнут гипнозу и вынужден влачить полусонное существование? Будет ли он делать всё, что велит ему его ужасная супруга?
Юноша тяжело сглотнул, пытаясь унять начинавшуюся панику.
«Посконник – некоторые говорили, что он помогает при болях и коликах. Современные врачи были с этим не согласны. Волчий аконит. Наперстянка – симпатичный цветок, но опасный для животных. Также известный как дигиталис. Он содержит в себе вещество, разрушающее сердце – в буквальном смысле». – Эрик вспомнил, как отец наказал ему не подпускать Макса близко к этому растению, если оно встретится им в лесу.
Существование магии было под вопросом, но, что касалось ядов, их существование не вызывало у юноши абсолютно никакого сомнения.
На самом деле никто не верил в то, что смерть ибрийца наступила по естественным причинам. И здесь тому было какое-никакое доказательство: ямки в земле, из которых были вырваны некоторые из цветов. И затем использованы. Растение можно добавить куда угодно: в чай, в суп, в табачную смесь для трубки... Ванесса может перейти от угрозы к действию в любой момент. Гримсби упадёт замертво в результате сердечного приступа, и никто ничего и не заподозрит – это будет печальная, но совершенно естественная, предсказуемая смерть.
Эрик не сможет сделать ничего, чтобы убедить дворецкого оставить свой пост, разве что свяжет слугу и отвезёт на лодке в западные земли против его воли. Принц в замешательстве и растерянности провёл рукой по волосам.
Крупная птица приземлилась на памятник позади него, отбросив холодную чёрную тень. Принц обернулся, ожидая увидеть ворону или ворона, что соответствовало бы царившей в саду атмосфере.
Но это была чайка. В клюве у неё была какая-то коричневая верёвочка.
– Здравствуй, – вежливо поприветствовал её Эрик. – Тебя прислала Ариэль?
В качестве ответа птица бросила то, что держала, на землю. После чего издала крик.
– Спасибо?.. – Он поднял кожаный шнурок: тот самый, который Ариэль носила, обмотав вокруг запястья. Теперь, держа его в руке и позволяя ему струиться сквозь пальцы, он понял, что это была нитка от кулона, который прежде носила Ванесса, от того самого, что представлял собой раковину наутилуса.
Теперь принцесса носила золотую цепочку, спрятанную под лифом её наряда. Юноша не имел ни малейшего понятия о том, какая подвеска на ней висела, – вероятно, она была чем-то пугающим и зловещим.
К одному концу шнурка был прикреплён белый свиток, он развернулся в его руке сам собой. На нём золотым цветом была набросана следующая картинка: карета, из двери которой показалось нечто – наполовину осьминог, наполовину женщина. Ещё на нём было схематичное изображение короны, через которую проходило что-то вроде трещины или разреза.
Эрик ахнул, когда понял значение послания:
– Это была ловушка. Царя там не было! – Маленький свиток рассыпался, превратившись в блестящую пыльцу, после чего рассеялся окончательно, хотя Эрик и пытался поймать руками его частички.
Но если Ариэль наложила это милое маленькое заклинание, то, как понял принц, это означало, что она пребывала сейчас под водой. Что также означало, что она находилась в безопасности. Просто испытывала... разочарование и, вероятно, глубокое огорчение. Сердцем он был сейчас с несчастной морской царицей. Они оба так верили в то, что ещё чуть-чуть – и суровое испытание, выпавшее на долю каждого из них, будет окончено...
– Выходит, тогда мне предстоит вернуться к поискам царя во дворце? – спросил Эрик вслух, частично обращаясь к чайке. – Что ж, если это то, что мы должны сделать, так мы и поступим. Полагаю, будет лучше, если я расширю район поиска до всей территории замка, как ты на это смотришь, а? Надеюсь, ты сможешь мне помочь. Мне бы пригодилась ещё одна пара глаз. Такая, которую нелегко обмануть магическими штучками. Я бы хотел иметь друга из царства животных, который смог бы приглядеть за Гримсби по моей просьбе. Боюсь, Макс не совсем подходит для этой задачи.
 
Ещё раз крикнув, птица тряхнула хвостиком. Почти как если бы она говорила: «Идёт, но что можешь сделать ты?» – после чего уселась чистить пёрышки.
Рассмеявшись, Эрик протянул руку, чтобы почесать чайке шейку, как он делал с Максом. Казалось, такую ласку птица нашла чрезвычайно приятной.
  
Ариэль
 
«Я это заслужила», – думала Ариэль, сообщая о своём провале снова, и снова, и снова. Разумеется, большую часть населения её новость огорчила. Как и ожидала, девушка столкнулась с осуждающими взглядами и театральными слезами, стекающими по щекам нескольких подданных.
Рассказать о случившемся сёстрам было тяжелее всего. Их слёзы были искренними, и они негодующе размахивали хвостами взад-вперёд. А затем уплыли прочь: все, кроме Аттины, которая быстро обняла сестру, прежде чем последовала за остальными.
Члены царского совета также были разочарованы, хотя и не сильно удивлены. Они отметили факт преданности Ариэль своему народу и быстро перешли к обсуждению дальнейших планов, прикидывая, сколько последующих попыток по освобождению царя должно быть предпринято.
– Нам следует снабдить ногами и отправить наверх русалочью армию для осады замка, – предложила капитан русалочьей стражи. Глаза женщины при этом горели, а её напарник, гигантская голубая рыба, с готовностью кивнул. – Это будет в духе былых сражений, меч сойдётся с мечом! Мы вернём царя с триумфом и напомним людям о нашем могуществе!
– И в то время, пока вы будете размахивать своими блестящими мечами, люди будут палить по вам из своих ружей, – возразила Ариэль устало. – Вот почему я хотела провернуть это в одиночку и скрытно. Чтобы сократить возможное число жертв.
– Забудьте про армию. Используйте силу моря, – предложил русал, занимавший должность сенатора. – Используйте ваш трезубец и преподайте людям урок!
– Да, – ответила Ариэль, откидываясь на спинку трона. – По правде говоря, я об этом думала. Я могла бы уничтожить замок со всеми его жителями одной мощной волной. Убийство Урсулы именно таким образом дало бы следующее преимущество – мой отец и все остальные узники ведьмы приняли бы прежнее обличье незамедлительно после её смерти и были бы возвращены прямиком в море.
Флаундер и Себастьян обменялись удивлёнными или, скорее, даже шокированными взглядами. Неужели Ариэль и впрямь рассматривала такую возможность?
Девушка подняла глаза наверх, к сверкающему куполу морской воды, чтобы не смотреть на лица своих друзей. Да, она действительно думала об этом.
Если её цель и вправду заключалась прежде всего в том, чтобы вернуть отца и отомстить Урсуле, вероятно, это был самый короткий и эффективный путь к её осуществлению. Гигантское цунами, сносящее дворец и всех, кто находится внутри его... Кто-то назовёт это стихийным бедствием, но будут и те, кто заподозрят правду и станут передавать легенду из уст в уста. Возможно, люди вновь начнут относиться к морю с должным почтением. Возможно, они перестанут опустошать его своими сетями и сбрасывать в него свой мусор.
И, с точки зрения художника, как апокалиптически это будет смотреться: уничтожить врага и вместе с тем, вероятно, своего возлюбленного. Очень в духе древних богов. Песни о ней будут петь веками.
Уголок её рта приподнялся в кривой улыбке. Прежняя Ариэль и думать бы не стала о таком, она бы немедленно отогнала эти мысли от себя, сочтя их пугающими и совершенно непозволительными.
Теперь же девушка могла рассмотреть и такую возможность. Она лишь не могла ею воспользоваться.
– Нет, друзья, – произнесла она вслух. – По правде говоря, я не собираюсь убивать всех жителей замка, наслав на него приливную волну разрушительной силы.
Себастьян и Флаундер выглядели обескураженно, поскольку девушка прочитала их мысли, но в то же время в их глазах появилось выражение облегчения.
– Ваше величество, я должен посетить собрание Комитета по внутренним вопросам жизни планктона, – произнёс дельфин Клиос извиняющимся тоном, кланяясь правительнице. – Я продолжу размышлять о нашей проблеме по спасению царя. Но в данный момент меня ждут другие обязанности.