Ариэль. Другая история русалочки

Мужчина посмотрел на неё, часто моргая:
– Бретландия?
Она застенчиво посмотрела на кузнеца краем глаза, оценивая его реакцию. Эрик наблюдал за её дешёвым представлением с ужасом, к которому в то же время примешивалось восхищение.
– Вы желаете, чтобы мы... захватили Объединённые Королевства Бретландии? – ещё раз уточнил мужчина.
– Никогда не говори «никогда», – промурлыкала принцесса.
– Прошу прощения? Извините, ваше высочество, я не расслышал.
– Я сказала: «Никогда не говори «никогда».
– Что, простите?
Эрику хотелось вскочить со стула и объявить, что эта нелепая аудиенция окончена. Что у Ванессы не было никакого права предлагать невероятно глупую, неслыханную идею военной агрессии против одной из самых могучих держав мирному жителю, в особенности не обсудив это сперва со своим супругом.
Но...
Он был весьма опытным игроком в шахматы, и как-то раз мама сказала ему, что для победы важно помнить, прежде всего, следующее: ты никогда не можешь быть полностью уверен в своём противнике, поэтому делай ход только тогда, когда уверен в себе.
А сейчас он не был уверен. Пока что нет. Сперва ему нужно немного времени, чтобы всё обдумать и прикинуть, что к чему.
– Я думаю, эта тема требует дополнительных обсуждений, – громко сказал он.
Вероятно, за всё время он впервые произнёс столь длинную фразу, впрочем, его голос прозвучал так неуверенно, что никто не смог бы обвинить его в том, что он чересчур прямолинейно излагает свою точку зрения. Ванесса, конечно, бросила на него быстрый взгляд искоса, но за этим ничего не последовало.
– Ваши опасения касательно олова и, полагаю, алюминия будут приняты к рассмотрению. Благодарим вас за то, что нашли время посетить нас, джентльмены.
Мужчины, несколько обескураженные тем, что с ними заговорил принц, славившийся своей молчаливостью, дружно закивали, быстро поклонились ему, затем принцессе и прошаркали из зала. Старшина гильдии бросил на Эрика последний, оценивающий взгляд, после чего проследовал за остальными.
Эрик морально приготовился к неприятному обеду с принцессой в напряжённой обстановке.
Но в который раз принц был спасён.
– Милый, боюсь, эта мерзкая простуда вынуждает меня отправиться спать прямо сейчас. К недомоганию следует относиться с осторожностью, иначе оно может перерасти в серьёзное заболевание, – прошипела Ванесса, указывая на своё горло. – Сожалею, что вынуждена покинуть тебя.
– Ничего страшного. Очень надеюсь, ты вскоре почувствуешь себя лучше, – ответил ей Эрик. Юноша старался, чтобы его радость не была слишком заметной, когда он потянулся за куриной ножкой, заканчивая предложение.
Он был в высшей степени галантен.
  
Урсула
 
«Чудесно, юный Эрик проглотил враньё про простуду как миленький».
Она с важным видом прошагала по коридору и вошла в комнату. При виде неё Вариет и лакеи в коридорах начинали метаться, словно мелкие волны, рассекаемые чрезвычайно большим кораблём. В голове женщины проносились мысли: «Вот что значит быть королевой. Гм, принцессой». Вот что на самом деле значит править, обладать властью, принимать решения и добиваться своего. Истинные монархи не пасуют перед лицом неприятностей, они сражаются с ними лоб в лоб и либо подчиняют их себе, либо используют в своих дальнейших целях.
«Каждое препятствие – лишь новая ступень на пути к успеху». – Она усмехнулась про себя, припоминая, как впервые услышала эту пословицу из уст одного особо льстивого тирулийского вельможи. Тогда она не поняла её смысл, поскольку, если препятствие встречается вам в океане, вы, само собой, просто огибаете его и плывёте себе дальше.
Боковым зрением женщина оценила своё отражение в одном из больших зеркал, которые были вставлены в золочёные рамы и располагались вдоль стен коридора в восточном крыле дворца. Следить за правильностью походки было одной из самых тяжёлых задач, которые ставила перед ней жизнь на суше. Она должна была быть величавой, царственной, но в то же время кокетливой и женственной. Задним умом она сожалела о том, что не выбрала человеческое тело постарше и более солидных габаритов. Но, разумеется, олухи вроде принца могут влюбиться только во что-то молоденькое и смазливое. Где уж юнцу с таким вкусом по достоинству оценить зрелость и мудрость взрослой женщины. А также её привлекательность.
 
Но, по правде говоря, у неё было не так уж много тел, из которых она могла выбирать. Прежняя владелица этой жалкой оболочки человека с роскошными тёмными волосами, которую сейчас носила морская ведьма, хотела стать с океаном единым целым... И Урсула была только рада дать бедняжке желаемое.
Изменение в её внешности было довольно стойким и незаметным для всех, кроме самой женщины. С её стороны было мудрым решением носить с собой оборотное зелье все эти годы. Возможно, кто-то сказал бы, что у неё имелась склонность к накопительству, но сама Урсула знала, что всякая вещь рано или поздно пригождается. Она хранила свои бутылочки и баночки на случай непредвиденных обстоятельств или, как говорят жители суши в свойственной им дурацкой манере, «на чёрный день».
Ванесса поправила палантин. Он был неудобным, неприятно колол кожу, из-за него она потела и наверняка уже покрылась сыпью. Человеческая кожа такая чувствительная. Подвергаясь воздействию воздуха, она то слишком влажная, то слишком сухая, то её обветривает, а ещё на ней вскакивают прыщики и другие высыпания, к тому же она шелушится... Неужели от этого страдают все создания Мира Суши? Или только те из них, кто смертен?
«Урсула, соберись».
Войдя в спальню, женщина направилась прямиком к туалетному столику, здесь она скинула с себя дурацкий палантин прямо на пол. Ринувшись вперёд, Вариет немедленно подняла платок и принялась отряхивать его от пыли. Кашляя, морская ведьма лёгкими движениями наносила на свою шею пудру шёлковой пуховкой. Закончив поправлять макияж, она ухмыльнулась своему отражению в зеркале. С секунду она практически видела настоящую себя. Женщина осклабилась, довольная тем, что освежила в памяти свой образ.
– Сколько лет, сколько зим, крошка, – промурлыкала она своим настоящим голосом, наслаждалась звучанием каждого слога. – Расскажи-ка мне, где сейчас эта дерзкая девчонка. Она уползла обратно в море или слоняется по суше, надеясь, что ей выпадет шанс воссоединиться с её болваном принцем?
Любой сторонний наблюдатель этой сцены увидел бы в зеркале лишь отражение Ванессы, которая разглядывала свои зубы и поправляла прическу, проводя рукой по волосам.
Её превращение, последовавший за ним приворот и чары, затуманившие память людишек, были самыми сложными и интересными заклинаниями, которые она когда-либо накладывала. За три дня, в течение которых Ариэль развлекалась на суше, она выжала из своего колдовского мастерства максимум. Ей было чем гордиться. И всё-таки её действия были довольно скоропалительными, а состряпанный наспех план, как выяснилось теперь, имел слабое место, касающееся предания воспоминаний участников истории забвению.
И что насчёт Эрика? К нему возвращается воля? За обедом он вёл себя немного странно, но порой сложно разобрать, что к чему, когда дело касается людей. В особенности таких недалёких.
Но если воспоминания о дне свадьбы действительно начали проясняться в головах тех, кто стал свидетелем этого события... что ж, Урсула достаточно хорошо разбирается в людях и русалках, чтобы понимать, что это не изменит ровным счётом ничего. Русалки? Ведьмы? Морские божества? Об этом уже сочинили одну оперу, ради всего святого! Люди, которые видели постановку, начнут смешивать реальность и вымысел, а те из них, кто лично не присутствовал на корабле в тот день, станут считать, что любой, кто утверждает обратное, тронулся умом. Да, насчёт работников дворца, слуг, крестьян, знати и черни Урсула может быть спокойна.
Чего не скажешь про Эрика и Ариэль.
Вспышка ярости пробежала по её лицу, на мгновение спутав его черты в один жуткий клубок из губ, глаз и зубов.