Бог войны. Назад в нулевые! (СИ)
Но, во-первых, сложно объявить виновником слабака, у которого даже нет магии. Это похоже на бред или на коллективное помешательство.
Во-вторых, малолетние простолюдины явно не отличались смекалкой. Они стали винить друг друга, забыв о моей скромной персоне. И теперь призывали училку порвать на куски своих новых врагов.
— Тихо! Тихо все, замолчите! Что за неугомонные… Всех после уроков оставлю! — опять завопила толстуха, понимая, что разборки устраивать бесполезно.
— Так! Кому надо к лекарю, те идите, — добавила дамочка чуть спокойнее.
— А кому умыться? — осторожно спросил кто-то.
— Умыться, Петров! Да лучше уж иди утопись! Ладно, кому умыться и привести себя в порядок, тем тоже. А с остальными открываем параграф четыре. Я сказала четыре! Семитская, это в самом начале! Куда ты в конец книги полезла, чуднАя… — стала тараторить училка, а я склонил голову и улыбнулся.
Тем временем, добрая половина класса свалила за дверь, остальные стали всеми силами изображать прилежных учеников. И учеба вошла в нормальное русло, если можно так выразиться.
Ну вот, проблему, которую Александр не мог решить месяцами, бог войны решил за пару часов. Но это не самое главное.
Ведь задерживаться в данном «благородном заведении» мне не стоит. Нужно вернуть былой статус, и как можно скорей поступить в Нормальную академию для дворян, где хотя бы учителя отличаются от дворового быдла. Хоть малость.
А пока, я продолжил привыкать к телу. Учился, общался, шатался по коридору, смотрел картинки на кнопочном телефоне, и жил жизнью обычного школьника.
После утренней битвы враги затаились. Еще бы, я б на их месте тоже впал в ступор.
Хотя, слухи обо мне носились роем пчел, многократно облетая всю школу. После третьего урока услышал, что я якобы избил пятерых этим утром.
В столовой говорили, что я кого-то там изнасиловал и пробил указкой насквозь. Странно, почему не изнасиловал указкой, а пробил насквозь членом? Так было бы веселее.
В общем, про меня в теле парня слагали больше преданий, чем, когда был великим Богом. И это было забавно.
Казалось, после уроков мне должны устроить адскую бойню. Но «крутые» бойцы всех мастей вдруг решили взять выходной, забыв о своих понятиях и понтах. Так что я спокойно покинул класс, не встречая не то что сопротивления, а даже жалких попыток мести.
Хотя нет, я соврал. Не успел прозвенеть звонок к окончанию всех занятий, как ко мне подошел одноклассник.
Это был довольно сильный блондин, считавший себя главарем в нашем классе. Он имел крепкое тело и довольно смазливый вид. Носил джинсовую куртку и странный браслет на руке.
А теперь его образ дополнят кусок пластыря, которым было заклеено ухо. Его, кажется, укусил Зайцев в пылу сражения или кто-то еще. Хотя, это сейчас и неважно.
Парнишка специально дождался, когда все пройдут. Оттеснил меня к стене в коридоре и злобно прошипел, глядя в лицо:
— Ну че, Светлый, чернокнижником стал? Думаешь я не видел, как ты Мешкову зомбировал? И этого Бздилу выбесил?
— Что? У меня-то и простой магии нет. Телепатией точно не обзавелся, — сказал, криво улыбаясь и насмешливо глядя на выродка.
— Кому ты лечишь, козел?! Говори, а то рожу сломаю! Что у тебя там такое? Артефакт? Амулет? Ты как драку устроил, гнида? — хрипит и толкает меня в грудь, пытаясь, что называется, посадить на очко.
Что ж, а я-то думал, удастся покинуть школу спокойно. Но война преследует меня всегда и везде. К этому за много веков уж привык.
— Ого, как ты угадал? Артефакт! Я правда использовал артефакт. Только он очень опасный, может в улитку тебя превратить, например, — говорю, кивая башкой и делая вид, что повелся.
— Вот, уже лучше, — улыбается чертов блондин. — Значит так, Светлый, теперь слушай сюда. Стой, какая нахрен улитка?
Пацан странно щурится, чувствуя явный подвох.
— Та, которая ползает по земле, оставляя сопливый след. Ты станешь такой улиткой, если не извинишься и не отвалишь, — говорю, отходя от стены и оттесняя блондина.
— Че блин? Ну все! Ты попал, Светлый, короче! — гневно выдыхает тот и замахивается кулаком, желая дать мне по морде.
В ту же секунду блондин получает по корпусу и теряется. Следом мой кулак бьет козла по лицу, разбивая нос и вызывая кровотечение.
Пацан обливается слезами и кровь, стонет, закрывается руками и отходит назад. Одна легкая подножка, и выскочка падает на пол.
А я топаю возле него ногой, что есть силы, делая вид, что сейчас размозжу белобрысую голову.
— Нет, ай, не надо! Ты че? Тебе хана, отвечаю, — хрипит и пытается отползти, чтоб не лишиться башки.
При этом парень оставляет кровавый след и протирает джинсовой курткой грязные доски пола.
— Ну вот, а ты мне не верил. Ползи, улиточка моя, не стесняйся. Да прибудет с тобой сила земли, гордое насекомое! — насмешливо говорю я, переступаю через поверженного врага и направляюсь прочь бодрым шагом.
Пока разбирался с блондином школа почти опустела. Мои шаги отдавались ударами молота в коридоре и на бетонной лестнице.
Быстро вышел на улицу, спустился по изуродованному крыльцу, где недавно насылал проклятье на предприимчивого гопника. И вот, передо мной возникла та девушка, которую целовал у всех на виду этим утром.
Ленка встала впереди, уперла руки в бока и преградила дорогу. Что ж, хоть у кого-то в этом мире есть яйца. Ленка решила мне отомстить, и это было вполне достойно.
Правда, она забыла, что за последние месяцы унизила Светлова куда больше, чем я ее за минуту поцелуя. И да, негоже самому Марсу сражаться с какой-то школьницей. Так что надо придумать новую хитрость, чтоб отвадить чертовку.
— Ну привет еще раз, Светлов, — дерзко сказала она и уперлась в меня гневным взглядом.
— Привет, коль не шутишь. С чем решила пожаловать? — улыбнулся, делая вид, будто ничего не случилось.
— Да так, хотела спросить. С каких это пор ты стал таким охреневшим? — спросила, прикусывая губу и немного щурясь.
— С недавних, а что? — игриво ответил ей.
— Что ж, тогда, думаю, надо бы извиниться… — проговорила она, явно немного смутившись.
— Ладно. Прости, что бросил тебя на землю сегодня. А в остальном, ты сама заслужила, — сказал я, рассматривая груди, аппетитно обтянутые кожаной курткой.
— Хех, ды не. Это я должна извиниться. Зря считала тебя полным олухом. А падать мне не впервой. Раз с девчонками на заброшку пошли. У Маринки фотик цифровой появился. Хотели пофоткаться там, типа Чернобыль. Ну я так на кирпичи долбанулась… и ничего, — странно протараторила Ленка и вдруг неожиданно улыбнулась.
Чего? Либо я за тысячи лет плохо выучил психологию смертных, либо она ко мне явно клеилась. То есть, ее насмешки были не только насмешками. Просто неопытный парень не понимал намеков, и сам себя подставлял.
А если Ленка действительно меня любит, то я буду только за. Мне необходимо получить больше информации о нулевых, да и общение с подростками тоже не помешает, чтоб самому влиться в их общество.
Плюс юному мужскому телу, разумеется, нужно юное женское тело. И симпатичная дерзкая неформалка может помочь снять напряжение, если что.
Конечно, она не идеал учтивости и манер. Но и я пока дворянин только лишь на бумаге. Так почему бы и нет?
— Да уж, интересная история получается, — дружелюбно произнес я. — Можешь рассказать по подробнее, когда вместе пойдем домой?
— О, а ты тоже уходишь? — удивилась Ленка, не подумав, что занятия кончились, и все идут по домам. — Раз так, можно и прошвырнуться. И да, не бесись, что я тебя доставала. Просто ты был таким…
— Лохом? — хихикнул, идя вперед и увлекая бунтарку вслед за собой.
— Не! В смысле я не это хотела сказать, — смущенно проговорила Ленка.
— Ладно, забыли, — успокоил ее, и как бы невзначай коснулся тонкой обтянутой черной кожей талии. — Лучше скажи, кто такой этот бог африканцев?
— Кто???
— Ну этот твой Черный Быль.
— Аха-ха, ты чего? Я про Чернобыль вообще говорила! Это город такой уже бывший… В украинском автономном княжестве вроде бы. Там станцию магическую испытывали, где радиацию вместе с магией совмещали. Она взяла вот и долбанула тогда! Ну, ты чего? Про Чернобыль что ли не слышал?