Бог войны. Назад в нулевые! (СИ)
Бог войны. Назад в нулевые!
Глава 1
Я не буду больше терпеть, с меня хватит! Их много, а я один? Наплевать! Они насмотрелись «Бригады» и думают, что все можно? Пусть подавятся, сволочи! Они — дерзкие и сильные отморозки, а я…
Вот же угораздило встрять. Зачем поперся на эту чертову дискотеку? Гулял бы у себя на районе, и горя б не знал. Хотя нет, черта с два! Надоело быть терпилой, как остальные: прятать глаза и бояться, что к тебе «подойдут», спросят мелочь или закурить.
Это не их клуб, они не имеют права всех строить. Я буду ходить сюда, когда захочу. Если переживу эту ночь…
Да уж, хорошая картинка выходит, как в дешевом боевике на том диске. Старый дом культуры, стоящий посреди ПГТ. По стенам здания ползут глубокие трещины. Лужи по углам, хотя дождя давно не было. Из ободранных окон слышится:
Знаешь ли ты-ы,
Вдоль ночных доро-о-о-г
Шла босиком,
Не жалея но-о-ог.
В огнях примитивной цветомузыки кружатся пары, слышны пьяные вопли. Кому-то уже хорошо. Кто-то вошел в нирвану, причем сразу неоднократно.
А я стою за углом, как дебил, в окружении местных придурков, напоминающих стаю гиен из мультика про льва Симбу. Они ржут, скалят зубы и угрожают; такое чувство, что вцепятся в меня зубами, потеряв остатки людского облика.
Но нет, план у этих гадов другой. Рослый здоровяк в спортивном костюме выходит немного вперед, пялится на мигающее окно ДК, потом на меня. Фамилия парня вроде Куронов, известный мудак на районе.
Он конопатый и слегка узкоглазый, похож на чела из видео, которого на спор погрызли пчелы. На вид полный олух. Но кулак у бугая тяжелый, и злобы хоть отбавляй. Так что мне сейчас не до шуток. И Куронов это хорошо понимает.
— Короче так, чушпан, с тебя тридцать рубликов пацанам. Гони, а то на счетчик поставим, — грубо бросает Куронов (или как его зовут — Кур) глядя на меня, словно на кусок падали.
Другие дружно поддакивают, начиная противно галдеть. Ну вот… доказал, называется, «не зассал». Сходил на дискотеку в райцентр, в одиночку.
Придется заплатить этим милым парням, и убраться подобру-поздорову. Иначе из меня сделают сочную отбивную. Так говорит здравый смысл, но его перекрывает чувство собственного достоинства и, как бы пафосно не звучало, желание справедливости.
Странные эмоции берут верх, подавляя противный холодный страх, и заставляя твердо сказать:
— Нет. Я не буду.
Что вызывает бурную реакцию толпы недоделков.
— Чего ты не будешь, петух? — визгливо орут мне из темноты.
— А хрен сосать будешь аха-ха-ха???
— Заткнитесь! — бросает Кур своим шавкам, шумно втягивает сопли и плюет в сторону, после чего обращается ко мне снова.
— Я не понял. Ты в себя что ль поверил, задохлик? Короче, с тебя сорок рублей и извинения за твою борзоту. Нет бабок, тогда завтра полтинник. Не отдашь, останешься без зубов. Понял, нет??? — рычит говорящая куча дерьма, скаля зубы и гневно пуская слюну.
Может всё-таки заплатить? Ага, как Михон, который думал, что стал своим для этой поганой стаи? Потом его так отпинали, что в лекарне неделю лежал. Или Славик, которого вообще заточкой пырнули.
Платить, значит показать свою слабость и позволить себя унижать! К тому же я вечно «плачу», всем и каждому. Пусть даже не деньгами, но все же…
Так, надо показать свой характер, но при этом не лишиться зубов. Я должен что-то придумать. Найти отговорку… не знаю. Но как? Когда на тебя прет свора местных ушлепков.
— Ну! Че замерз? Тебе втащить или как?! — вопит Кур, начиная выходить из себя.
— Да пошел ты! — резко бросаю ему.
Как, зачем, почему? Я не знаю. Просто вырвалось само, да и все.
Громила заорал как припадочный, обалдев от такого ответа. Я понял, что это конец, и совершил роковую ошибку, последнюю за этот проклятый вечер.
***
Отряд пауков-мутантов, каждый из которых больше двух метров, направляется к мирному поселению с Запада от Горелого леса. Полчище гигантских жуков атакует с Востока… Чудовища несут ужас и смерть, сметая все на пути. От них никому нет спасения.
Если ты не бог войны Маргус, он же Марс, Арес и так далее. Таким богом, кстати, был я. Потому у проклятых вторженцев возникли «легкие трудности». Максимум, что они теперь могут сделать, ждать своей страшной участи. Мой гнев настигнет каждую тварь, где бы та не скрывалась!
Я спокойно следил за нашествием монстров, восседая на клокочущем грозовом облаке. Ночь была светлой, лунной, мне даже не пришлось применять Зрение Истины.
Божественной силы хоть отбавляй. Боевой дух выше горы Олимп. Так чего тогда попусту медлить? Применяю разящую практику к паучьим отрядам. Их накрывает огненный вихрь, который превращает зловещих существ в мелкий пепел за считанные секунды.
Те громко визжат, пытаясь как-нибудь улизнуть. Но моя сила достает беглецов, не оставив шанса спастись.
— А-ха-ха, Легион! Твои монстры слабеют с каждой атакой! Зря ты вторгся в наш мир. Твоя участь предрешена. Наше измерение тебе точно не по зубам, во имя Центра Вселенной, — говорю, почесывая кудрявую черную бороду, и пристально смотрю вниз, принимаясь за адских жуков.
Моя правая рука, закованная в прочную броню, совершает магический жест. И группа уродливых насекомых получает освежающий душ… из камней. С неба валятся большие булыжники, которые давят мерзких созданий. Оторванные лапы и головы летят куда попадя, на выжженной земле остается кровь насекомых, похожая на мерзкие сопли.
Хм, проще простого! Жалким слабакам не тягаться с богом Войны, управляющим энергией Хаоса. Да, только Темный Легион бьет количеством. Богов не хватает, чтоб защитить каждое поселение.
Да и вернулись мы слишком поздно, когда половина планеты была уже уничтожена.
Потеряв последних адептов в средние века, боги Олимпа покинули мир людей. Мы вынуждены были скитаться в низших мирах, чтобы выжить.
А когда в нас снова поверили и призвали, Апокалипсис был неминуем. Вторжение Легиона уже свершилось. Мы сделали многое, чтоб спасти человечество. Но этого все равно недостаточно.
Если б повернуть время вспять… Но на дворе десять тысяч пятисотый год с момента сотворения Пантеона и две тысячи пятисотый с момента рождения посланника Абсолюта, которого некоторые народы называют Иисусом Христом.
Так что ничего не исправить. Планета наполовину погибла. И да, боги не могут управлять временем, вопреки многим мифам. Даже бог Времени творит только легкие фокусы. Но переписать историю он не в силах.
Возможно вселенский Абсолют с этим справится. Но какое ему дело до крошечной планеты с несколькими параллельными мирами, что вращается вокруг неизвестной звезды…
Чудо ждать не приходится. Хотя нам оно и не нужно. Выжившие люди верят в меня с удвоенной силой. Что дает неимоверную мощь, позволяя уничтожать адских тварей, таких, как те каменные великаны правее.
Демоническая Тьма оживила скалы, пытаясь меня уничтожить. Три громилы выше десятиэтажного жилища поднялись в полный рост и стали махать длинными кривыми руками, сделанными из огромных булыжников.
Они топали так, что земля вокруг содрогалась. А от их воплей взрывало уши, так, что мне пришлось ставить магическую защиту.
Хотя, такой фокус все равно слишком жалкий. Применяю хитрый маневр, изменяя курс облачной колесницы. Пролетаю между рук уродливых великанов, глаза и рты которых горят оранжевым светом.
Бросаю в громил разрывные заряды в виде красных сияющих шаров, внутри которых сверкают яркие молнии. Первое попадание, и великан с ревом лишается огромной руки. Второй удар, и половина каменной башки рассыпается прахом. Еще залп отрывает гигантскую скалу-ногу, заставляя громилу упасть с адским грохотом.
— На колени, презренный червь! Твой хозяин — никчемный слабак, как и ты! — победно провозглашаю я, добивая чудовищ, которые могли легко уничтожить армию Сопротивления смертных.