Избранные романы. Компиляция. Книги 1-16 (СИ)

Веселье разгоралось, барабан гремел, Франк Мак-Гарви чаще, чем когда бы то ни было, импровизировал разные «штучки», пары кружились все быстрее, неистовее. Все были так довольны тем, что молодой мистер Стэнли «нашёл время прийти». Да ещё привёз с собой мисс Лауру! Стэнли Миллингтон был популярен в Ерроу. Отец его умер несколько лет тому назад, когда Стэнли было всего семнадцать лет, и он ещё учился в Сент-Бэдской школе. Таким образом Стэнли прямо с школьной скамьи, румяным и стройным молодым атлетом с только начинающими пробиваться усиками явился на завод, чтобы знакомиться с делом под руководством старого Генри Клегга. Теперь, когда ему было уже двадцать пять лет, он сам управлял заводом и, неутомимый энтузиаст, всегда стремился «поступать правильно». Все соглашались, что Стэнли — человек «с устоями» («вот что значит хорошая школа»).
Основанная за пятьдесят лет перед тем группой богатых северных купцов-диссидентов, школа св. Бэды за короткое время своего существования успела приобрести все традиции классических закрытых учебных заведений. Здесь также на старших учениках лежит обязанность поддерживать дисциплину, а младшие всячески угождают старшим; также делаются вылазки в одну любимую кондитерскую, также царит «esprit de corps», практикуется хоровое пение для поднятия духа, — словом, можно подумать, что доктор Фулер, директор Сент-Бэдской школы, обошёл все старые школы в Англии и сеткой для бабочек ловко вылавливал в каждой школе наилучшие из её традиций. Спорту в школе придаётся громадное значение. Знаки отличия даются щедро. В них сочетаются красивые цвета: пурпуровый, алый и золотой. Стэнли, питавший горячую привязанность к своей школе, остался верен её цветам: он всегда носил что-нибудь — галстук, запонки, подтяжки или подвязки — этих знаменитых цветов: пурпурового, алого и золотого, как бы отдавая дань уважения истинно-спортсменскому духу, который был девизом школы.
Этот, так сказать, «спортсменский дух» мистера Стэнли и побудил его явиться на вечер в клубе. Он хотел «поступать, как полагается приличному человеку». И вот он пришёл, был в высшей степени мил, пожимал мозолистые руки и в промежутках между вальсами с Лаурой танцевал несколько раз с тяжеловесными супругами своих старых служащих.
Вечер проходил, и радостная улыбка, которой расцвело лицо Дженни при виде «нашего мистера Стэнли» и Лауры Тодд, стала чуточку натянутой; её журчащий смех, который раздавался всякий раз, когда она скользила в танце мимо этой пары или мимо одного из них, звучал уже чуточку искусственно.
Дженни сгорала от желания «быть замеченной» мисс Тодд, ей до смерти хотелось, чтобы мистер Стэнли пригласил её танцевать. Но, увы, ни того, ни другого не случилось. Как обидно! А тут ещё Джек Линч не спускал с неё глаз, ходил за ней следом, ища случая пригласить её танцевать.
Джек был парень неплохой, но вся беда в том, что он был пьян. Все знали, что Джек любит выпить рюмочку, а в этот вечер, он, шмыгая всё время из клуба в соседний трактир «Герцог Кумберлендский», проглотил изрядное количество таких рюмочек. На прежних балах Джек обыкновенно стоял у дверей зала, блаженно кивая головой в такт музыке, а к концу вечера уходил домой, нетвёрдо ступая своими кривыми ногами. Но в этот вечер злой демон Джека парил близко.
Когда заиграли последний вальс перед ужином, Джек поправил галстук и важно подошёл к Дженни.
— Пойдём, милочка, — сказал он со своим протяжным тайн-сайдским акцентом. — Мы оба — ты и я — покажем им…
Дженни презрительно вскинула голову и с злым выражением устремила глаза куда-то в противоположный конец зала. Сидевший рядом с ней Джо сказал:
— Уходи-ка ты прочь, Джек. Мисс Сэнли танцует со мной.
Джек, пошатываясь, возразил:
— А я хочу, чтобы она танцевала со мной.
И с неуклюжей галантностью протянул руку Дженни. В жесте Джека не было ни капли враждебности, но в эту минуту он покачнулся, и его громадная лапа невольно опустилась на плечо Дженни.
Дженни драматически взвизгнула. И Джо, вскочив, с внезапной яростью нанёс Джеку ловкий удар прямо в подбородок. Джек во всю длину растянулся на полу. Шум в зале сразу утих.
  
— Что всё это значит? — мистер Стэнли пробирался сквозь толпу к тому месту, где стоял Джо, геройски выпятив грудь и одной рукой обнимая бледную, испуганную Дженни. — Что тут у вас случилось? В чём дело?
У храброго Джо сразу душа ушла в пятки. Он с добродетельным видом пояснил:
— Он пьян, мистер Миллингтон, мертвецки пьян. Должен же человек соблюдать меру и уметь вести себя! — (В прошлую субботу Джо вместе с Линчем участвовал в великолепной выпивке, и обоих вывели из трактира «Ампир», но сейчас он уже не помнил об этом, достоинство не позволяло ему вспомнить.) — Он напился и приставал к моей знакомой, мистер Стэнли. Я только хотел её защитить.
Стэнли посмотрел на стоявшую перед ним пару: хорошо сложённый юноша… оскорблённая красавица. Затем, нахмурившись, перевёл взгляд на лежавшего на полу пьяного.
— Пьян! — воскликнул он. — Нет, это уже слишком, право, слишком. Я здесь таких не потерплю! Мои рабочие — приличные люди, и я хочу, чтобы они могли прилично развлекаться. Уберите его отсюда, пожалуйста! Вас, мистер Клегг, попрошу за этим присмотреть. И скажите ему, чтобы он завтра пришёл в контору за расчётом.
Джек Линч за непристойное поведение был выведен вон. На следующий день его уволили с завода. Стэнли, отдав распоряжение, снова обернулся к Джо и Дженни. Улыбнулся в ответ на широкую улыбку Джо и трогательную прелесть Дженни.
— Всё в порядке, — сказал он успокоительно. — Вы Джо Гоулен, не так ли? Я вас отлично знаю. Я знаю всю нашу молодёжь, поставил себе это за правило. Познакомьте же меня с вашей подругой, Джо. Здравствуйте, мисс Сэнли. Мы с вами должны потанцевать, мисс Сэнли, чтобы загладить эту маленькую неприятность. А вас, Джо, разрешите представить моей невесте. Может быть, вы потанцуете с ней, а?
И Дженни в экстазе упорхнула в объятиях мистера Стэнли, держась самым великолепным образом, выпрямив по последней моде локоть, сознавая, что все глаза в зале устремлены на неё. А Джо неуклюже и торжественно выступал с мисс Тодд, которая, видимо, забавляясь, поглядывала на него с некоторым интересом.
— А ловко вы его ударили, — сказала она с характерным для неё слегка насмешливым подёргиванием губ.
Джо согласился, что удар был первоклассный. Он чувствовал себя героем и вместе с тем ужасно конфузился.
— Мне нравится, — небрежно пояснила мисс Тодд, — когда человек умеет за себя постоять. — Она снова усмехнулась. — Да не смотрите же так, словно вы вдруг вступили в орден праведных тамплиеров!
Стэнли, мисс Тодд, Дженни и Джо ужинали вместе. Дженни была на седьмом небе. Она улыбнулась, показывая красивые зубки, обворожительно опускала тёмные ресницы; желе она ела вилкой и от каждого блюда неизменно оставляла немножко на тарелке. Она была несколько шокирована, когда Лаура Тодд, взяв апельсин, преспокойно надкусила кожицу своими белыми зубами. Ещё больше потрясло её то, что Лаура без церемонии попросила у Стэнли его носовой платок. Но все, всё было упоительно, упоительна каждая минута. И в довершение всего, когда вечер кончился, Джо, искупая свою давешнюю вину перед ней, с царственной щедростью нанял кэб. В последний раз обменялись любезностями, прокричали «до свидания», усердно помахали платками. Шурша юбками, трепеща от возбуждения, Дженни вошла в позеленевший от плесени экипаж, пахнувший мышами, похоронами, свадьбами, сыростью извозчичьего двора. Вязаные шарики её капора исступлённо качались. Она откинулась на подушки.
— О Джо! — захлёбывалась она. — Как чудно было! Я не знала, что вы так хорошо знакомы с мистером Миллингтоном. Почему вы не говорили мне об этом раньше? Я понятия не имела… Он премилый. И она тоже, разумеется. Красивой её назвать нельзя, вид у неё, я бы сказала, болезненный. Зато как изящна! Платье, что было на ней сегодня, стоит не один десяток фунтов, можете мне поверить, — последнее слово моды, уж я-то знаю! А между прочим, заметили вы, как она надкусила апельсин? А носовой платок?! Я чуть в обморок не упала!.. Никогда я бы себе не позволила сделать такую вещь. Это так не женственно! Вы меня слушаете, Джо?