На поводке за счастьем (СИ)

Ко мне тут же подоспела охрана, но девушка, подала им знак и отвела меня в сторону.
— Мы не можем знать куда уехала госпожа Филатова, — воровато озираясь начала девушка. — Она просто выселилась час назад и села в такси. Вызывала она его через свой мобильный телефон, поэтому мы ничем не можем Вам помочь, к сожалению.
Я скупо поблагодарил администратора и в чём был выскочил на улицу. Глупец. Час прошел. Что я там хотел увидеть? Даже след от машины давно занесло снегом, который, словно, в сказке украсил город волшебным серебром. Но мне сейчас было не до этого. Я не знал, что делать, куда бежать? Клубы пара валили изо рта, оповещая о низкой температуре на улице и слишком высокой внутри меня.
  
— Долго бежал, Ромео, — послышалась где-то за спиной поганая ухмылка. — Уехала твоя Джульетта в закат, — иронично развел руками Зотов.
На его пьяной роже красовались богровые следы, как от ногтей. Женских разумеется. Губа разбита. И тут в голове всплыло: «Что тут происходило? Драка?»
— Сука, — прорычал я и бросился к Зотову.
Сходу зарядил кулаком в рожу, как и мечтал со вчерашнего дня. Адреналин разгонял кровь и туманил и без того неясный разум. Удары градом сыпались на пьяного Зотова. Но не чувствуя отдачи и сопротивления, мой запал быстро утих.
— Что ты с ней сделал, урод? — тряс я его за грудки. — Что? Ты? Сделал?
— Сделал ты, а не я. Придурок… — сплёвывая густую кровь, нёс какой-то бред Зотов. — Я лишь сказал, где ты, а главное — с кем.
Подонок разразился болезненным смехом, а я замер. Даже сделать вдох казалось невозможным, пока в памяти мелькали картинки: Наташа в моей рубашке, стук в дверь, необычные, слишком панибратские фразы, будто между мной и Натальей что-то было…
Чёрт.
34
Валерия
— Настя, — проскулила я, заикаясь от истерики.
— О Боже, Лера! Что случилось? — тут же среагировала подруга.
— Я уехала из отеля…
— Куда?
— На вокзал.
— Какой еще вокзал? — не понимала Настя. — Так, иди в какое-нибудь кафе поблизости и жди нас там, — строго сказала она. — Сбрось мне геолокацию. Мы скоро будем, — судя по звукам, которые я едва могла услышать сквозь собственные всхлипы, Настя уже была в пути.
— Тут снег, — зачем-то добавила я.
— Ну и прекрасно, — голос подруги стал прерывистым, она явно бежала к машине.
— Д-дорога скользкая, — всё-таки оформила я свою мысль.
— Ах, ты об этом. Ну тогда не волнуйся. За рулем будет Андрей.
— Тогда я спокойна, — сказала на выдохе я и снова разразилась громким плачем.
— Лера, беги скорее в кафе! Не мёрзни! Поняла меня? — я услышала хлопок автомобильной двери на том конце провода и приглушенный мужской голос.
— Ага…
Настя говорила со мной по телефону, пока я выползала из здания вокзала и плелась в первое попавшееся кафе. Было сложно тащить чемодан по заметённой снегом дороге и держать у уха телефон, но подруга категорически отказывалась завершать разговор. Лишь иногда давала указания и отвечала на вопросы своего жениха. И только когда я вошла в помещение, она соизволила оставить меня в покое, но потребовала сейчас же сбросить координаты.
В кафе было уютно, тепло и слишком ярко. Я прищурилась и попыталась разглядеть свободный столик сквозь опухшие веки.
— Девушка, Вам помочь? — прозвучал совсем близко встревоженный голос официантки.
— Да, — охотно согласилась я. — Мне нужен свободный столик.
— Пойдемте, я Вас провожу.
Девушка провела меня к столику. Видимо он и был предназначен для таких как я. Маленький круглый стол стоял в углублении. Он был, словно, отрезан от общего зала, но рядом было огромное окно, сквозь стекла которого можно было любоваться красивым пейзажем. Жаль только мне сейчас было не до этого.
— Возьмите меню, как будете готовы…
— Девушка, — я прищурилась пытаясь сфокусировать болезненный взгляд на бейдже. — Надежда, — я приняла это как знак. — Наденька, принесите мне что-нибудь на Ваше усмотрение, — попросила я, вернув ей меню.
— Горячий чай? — участливо спросила она, а я скривилась. — Кофе? — её голос стал вкрадчивее, я же покрутила головой из стороны в сторону. — Коньяк? — на что я сжала губы и пару раз качнула головой, соглашаясь. — Я сейчас, — бодро воскликнула она и упархнула.
Я тяжело вздохнула и, умостив чемодан напротив себя, села на стул. Боль в груди никуда не делась, даже наверное с каждой минутой становилась сильнее, твёрже, ощутимее. Руки дрожали, а глаза нестерпимо хотели закрыться.
Я сходила в уборную. Умылась. Холодная вода приятно остудила разгорячённую кожу. И только после этого я набралась смелости посмотреть на своё отражение.
Мать моя женщина. Вид у меня был, как у побитой собаки. Вспомнив о четвероногих друзьях по сердцу растеклось тепло. Нужно всего лишь добраться до Виты. С ней мне станет легче. Наверное…
Плеснув ещё несколько раз холодной водой на лицо, убрала остатки косметики, коснулась шеи. Весь грим был давно испорчен мной и Зотовым, поэтому там снова ярко горели следы от страстных губ Кирилла. Горячие слёзы вновь прочертили полосы на охлажденной коже. Сердце сдавило болью и разочарованием.
Как же так, Лера? На что ты надеялась вообще?
Дыхание снова сбилось, а к горлу подступила тошнота. Через силу сделала глубокий судорожный вдох, опять умылась и поплелась к столику. Там оглядывалась, очевидно, в поисках меня, Надежда. Увидев свою пропажу, она искренне улыбнулась и расслабилась. В центре стола гордо стоял большой бокал с коньяком в компании блюдца с дольками лимона. Немного в стороне ютился десерт, намекая, что сегодня можно и ночью сладкого поесть.
— И вот ещё, — Надя достала из кармана фартука мою любимую шоколадку и положила её на стол.
— Это лишнее, — попыталась возразить я.
— Нет-нет. Возьмите, — выставила вперёд руку она, не желая забирать шоколад. — Меня клиент угостил, а я не ем. Аллергия, — пожала она плечами.
Я скептически посмотрела ей в глаза. Ну врёт и не краснеет. Ладно, возьму. Не проверять же её. А вдруг и правда аллергия.
— Спасибо, — улыбнулась я и тут же почувствовала, как лопнула пересохшая от моих истерик губа.
— У Вас, — она показала пальцем на свою губу. — Кровь.
Я промакнула салфеткой, присела и бросила напряженный взгляд на бокал. Раньше я такого не делала. Пить коньяк, да ещё и в одиночестве. Хотя почему же в одиночестве.
— Наденька…
— Нам нельзя, — сходу поняла она, что я хотела ей предложить.
— Жаль, — разочаровалась я. — Ну хоть постой рядом, пожалуйста.
— А это сколько угодно, — улыбнулась она.
На волне позитивных эмоций, я не раздумывая схватила бокал и залпом осушила его. Обжигающая горечь опалила горло так сильно, что на секунду мне показалось, что я умираю. Истерично замахала руками, пока мне в рот не заткнули лимон. Ранка на губе начала неистово жечь, от чего я взвизгнула. Но съев злосчастную кислятину, мне стало легче. Огонь в груди поутих, разливаясь приятным теплом. Дышать становилось всё легче. Даже захотелось что-то съесть. И тут я вспомнила, что сегодня только завтракала, а уже на минуточку ночь на дворе.
Пока ела десерт, Надя принесла ещё один бокал. Только коньяка в нём было явно больше. Вот так за два часа ожидания своей подруги я напилась до чёртиков.
— Лера! — увидев меня, неслась Настя на всех парах с широко раскрытыми глазами.
Видимо, она хотела меня обнять пока не уткнулась в мой поплывший взгляд. Мне даже стало немного стыдно. Но видит Бог, так мне было хоть немного легче. Надежда — дар, посланный мне с небес за все мучения.
Настя растерянно уставилась на меня и, кажется, что-то пробубнила о моём состоянии, но все её слова странно сливались в один длинный нечленораздельный звук, который почему-то вызывал у меня глупый смех.
— Андрюш, да она пьяна в стельку, — словно сквозь толщу воды я услышала громкий возглас, обращённый наверняка к той горе, которая перекрыла собой так мило переливающиеся огоньки в помещении кафе. — Придется тебе тащить её в машину.