Пять лет спустя (СИ)

За эти минуты я вскрыл лишь одного заговорщика. Второй оказался простым завистником и никаких плохих планов в отношении Императора или меня не имел.
С вопросами к ним я двоим кинулся не случайно. Оба были у меня весь вечере были под подозрением настолько, что впору их было садить под купол из Щитов и устраивать допрос. Зато теперь я знаю правду — фактически, под титул явного недоброжелателя подпадает лишь один из них. Князь Трубецкой. Его просто корёжило от ненависти, когда происходил разговор именинника с отцом. И судя по взглядам, больше всего не устраивали его мы с Алёнкой, а может быть и персонально я один.
Князя я вырубил сразу и тут же сдал его обмякшую тушку подбежавшим гвардейцам, с наказом, как можно скорей доставить Трубецкого в ведомство князя Обдорина. Заодно сорвал с его шеи артефакт — внушительного размера диск из чернёного серебра, подвешенный на плетёный кожаный шнурок. Подумав, отдал его гвардейцам, как вещдок.
Уже на исходе Алёнкиного умения я успел задать ещё три-четыре вопроса боярам по правой стороне стола, под ту волну, которая позволяла мне рассчитывать на их честные ответы. Но эти чисты оказались.
Ну, как чисты. В меру. Вредить мне или Императору не станут, но при случае, готовы отхватить от казны государевой столько, сколько в пасть влезет.
Это нормально. Две трети придворной аристократии по жизни ждут такую возможность и своего не упустят.
А я... А что я? Только что отработал за службу безопасности. Того и гляди, скоро конкурентом им стану. И самое смешное, что никто меня в эти оглобли не впрягал, сам опять залез.
Вот только очень чувствительным местом моего княжеского организма чую, что я попал в очередной раз в плохие артисты хорошо режиссированного спектакля.
И вроде бы, ничего особо неприятного в ближайших перспективах не наблюдается, но согласитесь, я думал, что уже пережил тот этап, когда меня без особой нужды можно было включать в местные разработки и расклады, заранее прописывая мне роли. А тут меня, вроде как, опять втёмную играют. Или нет? Опять же, если да, то кто? Сильно сомневаюсь, что Рюмин.
И пусть я не верю, что ситуация с моей дочерью и наследником могла быть подстроена, но что-то этим вечером явно должно было произойти. Чем-то таким определённо веяло в напряжённой обстановке сегодняшнего празднества, что не вдруг словами опишешь.
После визитов охраны, целителей и исчезновения умчавшейся вслед за ними Императорской четы, вечер как-то не задался. А тут ещё и мы с Алёнкой его слегка подпортили.
— Что-то у нас дети уже зевают. Дорогая, как ты считаешь, не пора ли нам домой? — довольно громко спросил я жену.
Ровно настолько, чтобы нас хотя бы половина гостей услышала, из тех, что ближе к государю сидели.
Вот тут-то я и ввёл всех гостей в некоторое замешательство.
Ну, допустим, у меня причина для отъезда есть — Трубецкой явно неровно дышал в мою сторону и собирался что-то нехорошее сотворить. По всем писаным и неписаным законам у нас за безопасность гостей всегда отвечает принимающая сторона. Понимаю, что демонстрировать Императору своё неудовольствие — это на первый взгляд не самое лучшее решение, а вот если подумать, то оно вполне удачное и обоснованное.
Раз уж так сегодня карты упали, что все теперь только и будут судачить о выходке наследника, то и мне стоит это дело отыграть правильно. И наш демонстративный уход — это вовсе не глупость, а лишь повод хорошенько подумать для тех, кто на это способен. Может тогда они сообразят, что муж двух Императриц — это не только русский князь, а фигура немного другой величины, которая право имеет.
Алёнка, как примерная жена, лишь головой кивнула в ответ и пошла вместе с Дарьей к детским столам за нашими сорванцами и дочкой. Похоже, она раньше меня всё просчитала, но ни словом, ни жестом мне не намекнула об этом, доверяя мне самому принять решение.
Обе Императрицы поднялись из-за стола с абсолютно бесстрастными выражениями лица.
Как бы то ни было, но уходил я с женами и детьми при всеобщем молчании.
 
Последовать за нами больше ни у кого смелости не хватило.
  
Глава 23
 
Глава 23 
Может ли мальчик семи лет повлиять на ход Истории?
Запросто, если он наследник Императора.
Происшествие во дворце наделало столько шума, что я предпочёл на некоторое время исчезнуть из столицы. 
Нет, ну не сидеть же мне безвылазно в своём столичном особняке, а стоит только куда показаться, и тут же начнутся бесконечные вопросы, на которые ещё нужно знать, что отвечать.
А это важно. Настолько, что любой мой ответ, при его неверном толковании, может очень больно аукнуться мне в самое ближайшее время.
Моя служба безопасности вовсю копает, как только можно. 
Заодно пришлось и князя Белозёрского по-родственному напрячь. Он у нас теперь личность известная и влиятельная, так что пусть по своим каналам попробует выяснить, с чего меня вдруг некоторые князья так отчаянно невзлюбили и кому ещё я настолько сильно любимые мозоли отдавил, что они в драку кидаться готовы.
На всякий случай нам пришлось перебросить в столицу две пятёрки гвардейцев, с некоторым экспериментальным вооружением, а охранное агентство перевести в режим повышенной готовности. Особняк и жёны с детьми должны быть в безопасности. Дочь так вообще только в сопровождении двух девушек передвигается. Из тех, что в прошлом году Академию архимагов закончили. Я из четверых на контракт взял, чтобы пара магесс всегда при дочери была. Круглосуточно.
Впрочем, за них я особо не волнуюсь. Бессмертных среди аристократии не наблюдается, а при живом мне лучше самому покончить жизнь самоубийством, чем на моих жён или детей покуситься. Один чёрт я это дело раскопаю, и это все знают. Как и то, что голов плеч слетит без счёта. У всех к тому причастных и не очень.
Заодно Степан "слухачей" на столичный участок добавил и расширил список тех, чьи телефоны нужно взять под постоянный контроль. 
Понятно, что это не совсем законно, да что там, совсем незаконно, но мы с ним надеемся, что закладки телефонных коммутаторов нашего производства не так хорошо изучены, чтобы нас поймали на горячем. Как-никак — это японская техника, с довольно таки специфическими микросхемами уже нашего производства. Этакий симбиоз, в котором даже опытный электронщик зубы сломает, а толком доказать ничего не сможет.
По большому в этом вопросе опасаться стоит только сотрудников ведомства князя Обдорина. Всем остальным мы уже не по зубам. Да и хлопотное это дело — попытаться обнаружить и доказать прослушивание телефонов столь хитрым и удалённым способом, как у нас. 
Иди-ка, определи, что там в электронных мозгах коммутатора на десять тысяч номеров не совсем стандартно срабатывает, добавляя к нужному разговору двух абонентов ещё одного совсем не случайного слушателя. А этих коммутаторов только в одной столице полторы дюжины уже установлено. 
Сам я отправился в Бережково. 
Оттуда меня очень сложно выковырять. Особенно, если я нахожусь на своём Родовом Источнике или, хотя бы, в нашем техномагическом подземном центре.
Ни от государя, ни от Анны никаких известий в тот день не было, да я их и не особенно ждал.
Им самим сейчас нелегко и Императорской Семье требуется так искусно сформировать свою точку зрения, чтобы обойтись наименьшими потерями. Так что их молчание я вполне понимаю. Политика.
А может, оно и к лучшему. Государство никогда спокойно не живёт. Всегда происходит какая-то возня между Кланами и многоуровневые интриги за тёплые места, армейские заказы и министерские портфели.
Но очень похоже на то, что в этот раз вся буча не против государя будет направлена, а лично против меня.