Не та девушка (СИ)

— Кажется, гостей будет множество, — с обычным своим простодушием произнес он. — Миссис Браун беспокоится, что может не хватить стульев.
Учитывая, что дом миссис Браун был одним из самых большим в деревне и мебели там точно имелось с избытком… Неужели миссис Дарем пришло в голову пригласить на праздник всю деревню?
— Надеюсь, праздник удастся, — дипломатично обронила миссис Мидуэл обычной приветливой улыбкой. Однако мне почему-то все равно показалось, будто сама идея празднования мою хозяйку не слишком уж и радует. Возможно, все дело в убийстве и полицейском расследовании.
— А вы слышали, что инспектор Хилл уехал? — как ни в чем не бывало спросил мистер Кин. — Такая неожиданность. На него все так надеялись.
Новость о побеге приезжего инспектора изрядно озадачила Джулиана. Изумление молодого человека было настолько велико, что он даже не пытался скрывать.
— Да, мистер Кин, нам обо всем рассказал инспектор Харрис. Он также удивлен поступком своего коллеги, — ответила за нас обоих миссис Мидуэл и покачала головой. — Кажется, у инспектора Хилла появились какие-то совершенно неотложные дела.
Ничего уничижительного в адрес сбежавшего фэйри я не ляпнула исключительно чудом, хотя и очень хотелось. Ну ведь откровеннейший трус! Не рискнул даже близко подобраться к шуту. Ах, он же такой могущественный, такой ужасный!
— Вероятно, дела и правда оказались неотложными, — покачал головой молодой человек, в его голосе я слышала нотки неодобрения, едва различимые, но их могли расслышать те, кто уже успел узнать мистера Кина и его характер. — Но мне сразу мистер Хилл показался странным.
Миссис Мидуэл украдкой вздохнула, и в этом вздохе по моему мнению было слишком уж много чувства. Вообще, инспектор Хилл оказывал на мою хозяйку странное влияние.
— Устами младенца… — еле слышно произнесла пожилая леди, но когда мистер Кин переспросил, что же такое она сказала, миссис Мидуэлл только отмахнулась и заверила, что ничего важного. А чтобы сгладить возникшую неловкость, моя хозяйка со всей возможной любезностью пригласила Джулиана на ланч. К моей радости, разумеется. Провести время в обществе Джулиана было для меня огромным удовольствием. И от того, что не имелось никаких сомнений в том, что наша взаимная симпатия не приведет ни к чему, я лишь больше наслаждалась каждым мгновением с Джулианом.
Что толку лить слезы по несбыточному? Даже для моей несчастной подруги, Бет Мерсер, союз с актером без роду и племени, стал бы чудовищным мезальянсом. Что уж говорить обо мне, Бет Эверс? Пусть мое истинное имя и тайна для всех, я не перестала быть дочерью своего отца. Я не могла позволить себе интрижку, да и брак человеком низкого происхождения был попросту непозволителен.
Пусть мистер Кин смотрел влюбленным взглядом и старался держаться поближе ко мне… Все останется просто красивым воспоминанием.
— Мисс Мерсер, это будет большим нахальством с моей стороны… Однако я был бы счастлив, если бы вы прогулялись со мной, — после трапезы обратился ко мне Джулиан, и у меня не было сил или желания отказать.
— Прогуляюсь с вами с большим удовольствием, — улыбнулась я и, быстро отпросившись у миссис Мидуэл, сбегала за шляпкой.
Миссис Мидуэл ничего не сказала по этому поводу, кажется, ей в последнее время ни до кого не было дела.
Когда мы вышли на улицу, я позволила себе опереть на руку мистера Кина, и он сразу расцвел от радости и гордости.
— Я… мисс Мерсер, я так рад, что вы приняли мое предложение, — пробормотал юноша, не решаясь смотреть на меня.
Чужое имя в устах Джулиана особенно резало слух.
— Мне очень приятно ваше общество, — отозвалась я, тут же засмущавшись от собственной излишне откровенной реакции.
Я замерла буквально в паре шагов от признания своих чувств.
Мистер Кин тяжело вздохнул.
— Вы знаете, мисс Мерсер, пусть я и в самом деле глуп… Но… но есть вещи, которые понимаешь, даже не имея ума. И я хочу сказать, что вы — самая прекрасная девушка на земле, и я счастлив уже тем, что мне выпала удача повстречать вас.
 
В тот момент я отчаянно завидовала Миртл или Саре… Я готова была поменяться местами с любой простой девушкой, которая могла бы принять чувства мистера Кина без сомнений и мук совести. С другой стороны, вряд ли бы кто-то вроде Джулиана Кина, театральной звезды, обратил бы внимание на прислугу. Как бы ни был глуп.
Замкнутый круг.
«На беду я встретила вас и полюбила. На беду», — с удивительной ясностью осознала я, и тут мистер Кин все-таки повернулся ко мне, и удалось поймать его взгляд. Казалось, еще пара мгновений — и он решится, поцелует меня. И что тогда делать? Как быть?
Но он не поцеловал, пусть и смотрел так, словно только о том и думает.
— Я тоже… тоже счастлива, что встретила вас, — эхом откликнулась я и опустила глаза.
Это был первый раз, когда мне вот так признавались в собственных чувствах, и когда я сама могла сказать о любви, которая поселилась в моем сердце. Вокруг вились поклонники тогда, до пожара, но все это было слишком стремительно и слишком… не по-настоящему.
— Если бы я только мог… если бы у меня хватило смелости, — прошептал мистер Кин и тяжело вздохнул.
И уж не знаю, что бы произошло дальше, если бы не появился викарий, как всегда в черном, как всегда внушающий трепет как кара Творца.
Момент был упущен, возможно, окончательно и бесповоротно. По крайней мере, теперь Джулиан выглядел не влюбленным и несчастным, а просто несчастным.
— Доброе утро, мистер Кин, мисс Бет, — поздоровался викарий, полностью игнорируя тот факт, что с его появлением называть утро «добрым» ни у кого бы язык не повернулся.
То, что священник называет меня не «мисс Мерсер», царапнуло слух. Да и мистер Кин заметил перемену, я уловила это по его недоуменному взгляду.
Вот же проклятье! А ведь Джулиан может решить, что мы сблизились с преподобным!
— Здравствуйте, мистер Дарем, — все-таки нашел в себе достаточно моральных сил, чтобы поздороваться, Джулиан, хотя смуглое лицо при появлении преподобного приобрело сероватый нездоровый оттенок.
Я последовала примеру молодого человека, что оказалось нелегко. Даже с учетом, что мистер Дарем стал в некотором роде моим союзником, нравиться больше он мне не стал. Скорей уж гораздо меньше.
Священник ко всему прочему еще и с мрачной решимостью благословил сперва мистера Кина, который не успел увернуться, а после и меня.
— Я не часть вашей паствы, преподобный! — возмутился Джулиан и гневно сверкнул глазами. — И вообще атеист! Так что не донимайте меня этими вашими религиозными штуками!
Актер выглядел оскорбленным, однако все еще не испарился, не изменился в лице… Словом, этот молодой человек наотрез отказывался принимать свою нелюдскую природу, которую в нем упорно продолжал подозревать мистер Дарем.
— О, простите, мистер Кин, это все привычка, — ни разу не искренне извинился преподобный, в голосе которого проскальзывали нотки разочарования. — Не могу не поделиться милостью нашего Творца со всеми, кого встречу.
Мистер Кин обиженно сопел, давая понять, что лично он бы предпочел остаться без той доли благодати, которой был удостоен.
— Как поживают мой брат и невестка? — спросил мистер Дарем, поглядев прямо в глаза Джулиана.
Тот недоуменно заморгал.
— Почему бы вам самому не зайти и не спросить их, преподобный? — осведомился молодой человек с многозначительной интонацией. — Мне кажется, капитан ждет вашего визита.
Мистер Дарем с негодующим видом передернул плечами.
— Есть вещи, в которые лезть не стоит, к примеру, в семейные отношения посторонних людей, — процедил преподобный, даже не пытаясь скрывать откровенной враждебности. Упоминание брата явно вывело Генри Дарема из себя окончательно и бесповоротно.
Вспышка священника смутила мистера Кина и даже как будто испугала — юноша растерянно заморгал и отшатнулся, когда викарий сделал шаг по направлению к нему.
— Извините, мистер Кин, но мне требуется кое-что обсудить с мисс Мерсер прямо сейчас, — мрачно сообщил священник, и Джулиан с моего разрешения ретировался, оставив меня с преподобным.