Бесстрашная жертва (ЛП)

даже помогаем многим из них найти работу.
К горлу снова подступил комок:
– Вы хороший человек, Коллин Гудрич, – прошептала я. – И я сожалею
о том времени, когда утверждала обратное.
Он встретился со мной взглядом, проникая глубоко в мое сердце, словно пытаясь прочесть все, что там было написано. Я надеялась, что он
поймет, что я сожалела о своем отказе ему.
– Если я и хороший человек, то только благодаря вам, – сказал он. – Вы
показали мне, что значит быть добрым хозяином, по-настоящему заботиться
о своем народе и проявлять к нему сострадание.
– В вас всегда были эти качества. Вам просто нужен был кто-то, кто
помог бы проявить их.
На его лице явно читалась тоска, но он с величайшей сдержанностью
отстранился и встал:
– Как только я закончу надзор за строительством домов здесь, на вашей
земле, я вернусь домой, чтобы убедиться, что мои нуждающиеся крестьяне
хорошо подготовлены к предстоящей зиме.
Я хотела сказать ему, чтобы он не уходил, чтобы остался со мной
навсегда. Но я знала, что не смогу сделать этого, как и не могла попросить
остаться со мной в моем лесном доме. Он принадлежал своей земле, будучи
хорошим лордом для своего народа.
– Что я могу сделать, чтобы отплатить вам за вашу доброту? –
Спросила я.
Он долго молчал. Его лицо стало мрачным и слишком серьезным.
Наблюдая за всем нашим разговором, сэр Беннет подошел к Коллину и
обнял его за плечи. Он сжался, словно сочувствуя своему другу и посмотрел
на меня:
– Леди Джулиана, я полагаю, что есть только один способ отплатить
вам за доброту моего дорогого друга лорда Коллина.
– Сэр, я сделаю для него все, что угодно.
Сэр Беннет улыбнулся, и это движение было таким нежным и
красивым, что меня бы заворожило, если бы я не видела перед собой только
Коллина.
– Тогда вы должны избавить его от ужасных страданий.
– Ужасных страданий? – Спросила я, заметив, что голова и плечи
Коллина поникли от уныния. Что же случилось, что заставило его так
страдать?
– И как я могу это сделать?
– Вы должны согласиться выйти за него замуж. – Сэр Беннет хлопнул
Коллина по спине.
Коллин вскинул голову, и на его лице отразилось унижение. Он
добродушно ударил друга по руке:
– Ты же знаешь, что она не хочет. Я все понимаю. По крайней мере, мы
можем быть друзьями и соседями, не так ли?
Он перевел взгляд на меня.
Мое сердце переполняла любовь к этому человеку, к этому доброму, милому, веселому человеку. Бульдог был прав: если бы мой отец был здесь, он всем сердцем одобрил бы кандидатуру Коллина. Проблема была в том, что Коллин был слишком благороден, чтобы снова просить меня выйти за
него замуж. Даже если он увидел любовь в моих глазах в день битвы, когда я
молча попрощалась с ним, он был полон решимости избавить меня от
дальнейшего смущения. Если я хотела выйти замуж за Коллина, мне
необходимо ответить на предложение сэра Беннета.
– Сэр Беннет прав, – нервничая, сказала я. – Если вы так ужасно
страдаете, то я должна внести свой вклад, чтобы помочь вам. Я непременно
должна спасти вас от такого крайнего опустошения.
После резкого вдоха, его глаза встретились с моими, и улыбка тронула
губы.
– Кроме того, я не хочу быть вашей соседкой.
Его левая бровь изогнулась:
– Вы хотите сказать, что если я перекину вас через плечо и отнесу в
свой замок, то на этот раз вы не убежите?
– Я обещаю, что никогда больше не убегу, и буду только там, где вы.
Его губы растянулись в широкую улыбку, которая перелилась в глаза и
заставила их мерцать как солнечный свет:
– Тогда я обещаю никуда не уходить, пока вы будете рядом.
Я протянула к нему руку. Он взял ее и наклонился, чтобы запечатлеть
нежнейший поцелуй на кончиках моих пальцев.
– Я люблю вас. – Прошептала я слова, которые эхом отдавались в
каждом уголке моего сердца.
– Я думал, вы никогда этого не скажете.
– Я хочу говорить вам это каждый день до конца моей жизни.
Он снова опустился на колени рядом с моей кроватью:
– Я действительно буду самым счастливым человеком на свете, если
 
буду слышать это.
Моя грудь болела от желания услышать это еще раз, с точностью знать, что он простил меня за то, что я отвергла его, и знать, что он любит меня.
Он потянулся к мешочку на боку, достал что-то из него и протянул
руку:
– Я уже говорил вам, что хочу, чтобы оно было у вас.
Его пальцы разжались. На ладони лежало широкое серебряное кольцо, украшенное бриллиантовым крестом.
– Я этого не заслуживаю, – прошептала я.
– Я никогда не переставал любить вас, – сказал он мягко, но серьезно. –
И никогда не перестану. Я всегда буду любить вас. Несмотря ни на что.
Его признание разлилось по моей душе, прогоняя тревогу и заставляя
его любить еще больше.
Он надел кольцо мне на палец, туда, где ему и полагалось быть.
– Хоть я и дворянин, окажете ли вы мне честь, выйдя за меня замуж и
став моей женой?
Я приложила руку к своему сердцу:
– Вы самый благородный человек, которого я когда-либо встречала. И
поэтому было бы большой глупостью не отдать вам свое сердце, душу и
тело.
– Это значит "да"?
– Да.
Он поднялся и издал вопль, который заполнил комнату и охватил мое
сердце всепоглощающей радостью.
Глава 21 
– Не открывай глаза, – сказал Коллин, с нетерпением в голосе.
Я улыбнулась и крепче сжала веки, хотя сквозь его плотно сжатую
ладонь и так ничего не видела.
Моя накидка развевалась вокруг свадебного платья, а толстые меховые
перчатки согревали пальцы от морозного утреннего воздуха. Солнечный свет
поздней осени лился на распущенные волосы, словно благословение с небес.
Я не сомневалась, что благословение было от моего отца, который смотрел
на меня сверху вниз, радуясь за меня. Я собиралась связать свою жизнь с
самым лучшим человеком во всем королевстве, и знала, что мой отец
благодарен за то, что такой мужчина как Коллин Гудрич любил меня и даст
клятву лелеять и хранить меня все дни своей жизни.
– Еще чуть-чуть, – сказал Коллин, его дыхание у моей шеи вызывало
дрожь от восторга.
Нам пришлось ждать несколько недель, чтобы оправиться от ран. А
после выздоровления, мы запланировали свадьбу на открытом воздухе в лесу
на границе с нашими землями. Были приглашены все крестьяне, с которыми
я прожила столько лет. Чтобы выразить свою признательность моим людям
за то, что они поднялись и помогли мне сразиться с лордом Уэссексом, Коллин устроил для них такой роскошный пир, что его и мои повара были
заняты приготовлением пищи несколько дней. И, конечно же, он планировал
устроить соревнование по стрельбе из лука, чтобы раз и навсегда определить, кто из нас лучший стрелок.
– Все? – Спросила я с улыбкой, прислоняясь спиной к его твердой
груди и наслаждаясь близостью, не желая прерывать этот момент.
– Почти.
Я услышала усмешку.
Наконец мы остановились. Он нежно поцеловал мое ухо, а затем
прошептал:
– Миледи, ваш свадебный подарок.
Только тогда он убрал руку от моих глаз.
Я моргнула от яркого солнечного света, и мой взгляд остановился на
захватывающем зрелище: передо мной стояла прекрасная белая верховая
лошадь. Безукоризненно ухоженная, с яркими глазами, сияющими в
утреннем свете. Она вскинула голову и заржала, приветствуя меня.
Мое сердце наполнилось невыразимым восторгом, а губы задрожали.
 
– Ну… что думаешь? – Спросил Коллин, изучая меня, его брови
изогнулись в предвкушении – Это, конечно, не пони, но похоже.