Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ)

В башне тоже взломали все двери; многочисленные искатели сокровищ обследовали каждую комнату.
После этого они перебрались по мосту к пирамиде и взломали ведущую туда решетчатую, наподобие львиной клетки, дверь. Конструкции, сделанные из закаленного стекла и не поддававшиеся даже ударам молота, остались целы.
За дверью обнаружилось неожиданное — пустынное пространство, покрытое щебнем, словно поверхность Луны. Выглядело это так, будто сюда принесли камни с окрестных скал и залили цементом.
  
Дорожка, начавшаяся от подвесного моста, продолжалась внутри пирамиды в виде углубления между каменных обломков и заканчивалась, уперевшись в нависшую над ней скалу.
На скальной поверхности от большой скалы к мосту пролегали две пугающие параллельные трещины, и, если со всеми предосторожностями подойти и заглянуть в них, можно было увидеть пол первого этажа, засыпанный песком африканской пустыни.
В стеклянной пирамиде всего два этажа — первый, засыпанный по полу африканским песком, и второй, сформированный скальными камнями. И, несмотря на усилия множества людей, нигде не удалось обнаружить ни сокровищ, ни драгоценностей.
Январь 1986 года. Появилась группа людей, которая в течение нескольких дней активно разрушала каменную кладку северной стены пирамиды в двадцати метрах выше поверхности земли.
У этих людей были с собой каски с фонарями, аккумуляторы и электрогенераторы, электрические отбойные молотки, и работали они круглые сутки без перерыва, ломая кладку в тех местах, где ее характер отличался от основного массива пирамиды. Там было два слоя камней, сложенных в виде треугольной крыши, и выглядело это как вход, ведущий в глубь пирамиды.
Очень похожее на это место есть на одной из сторон Великой пирамиды Хуфу в Египте. Это место известно как вход в коридор, ведущий к находящимся внутри пирамиды комнате царя, комнате царицы, подземной комнате.
Только вот в Великой пирамиде этот главный вход так и не был открыт, и не через него туда попадали исследователи. Он был долгое время загорожен сложенными перед ним камнями, и никто не знал, что за ними строители соорудили подлинный вход.
Известный нам сейчас вход в пирамиду называется «пролом Аль-Мамуна»: его в девятом веке пробил человек с таким именем, движимый своей интуицией. По случайности этот пролом совпал с восходящим коридором внутри пирамиды, и именно он стал известен во всем мире. Сейчас и туристы, и исследователи попадают в пирамиду именно через этот пролом Аль-Мамуна. Есть предание, что Аль-Мамун многократно докрасна раскалял камни огнем, а затем поливал их уксусом, чтобы было легче ломать. Через обнаруженный им таким образом коридор вышли к подлинному главному входу, который сейчас расчищен от закрывавших его камней.
Но здесь, в новой пирамиде на Иджипт-Айленд в США, нет пролома Аль-Мамуна. За исключением этого пролома, она полностью воспроизводит нынешний вид Великой пирамиды со снятой каменной облицовкой и разобранной защитной кладкой главного входа.
Люди, пришедшие сюда с отбойными молотками, не были обременены детальными знаниями о пирамиде Хуфу (сомнительно, чтобы они вообще понимали, что при сооружении стеклянной пирамиды из многочисленных египетских пирамид за образец была взята именно эта), но они каким-то образом догадались, что единственное место, где на одной из ее сторон камни сложены треугольником, может быть входом вовнутрь. Поэтому они на неделю отвлеклись от своего основного занятия — сноса старых зданий — и втроем принялись за пирамиду.
К тому времени сюда приезжало уже много искателей из Нового Орлеана, но они так ничего и не нашли. Поэтому троица пришла к выводу, что если в пирамиде и спрятано сокровище, то оно может быть только внутри каменной кладки. Трое приятелей договорились, что если найдут драгоценности, то поделят их между собой поровну; может быть, купят на них яхты во Флориде и все такое.
— Ты видел египетские пирамиды? — спросил один из них у приятеля, выключив отбойный молоток.
— Нет, — ответил тот. — Если б я мог поехать за границу, то отправился бы, скорее, не в Египет, а в Японию, на гейш посмотреть. Хотя неплохо и в Бразилию.
— Я никогда не слышал, чтобы в Египте были классные девчонки, — подключился к разговору третий.
— Пора передохнуть, — сказал первый, положил инструмент, вышел наружу на освещенное луной пространство и сел на камни двумя ступенями ниже. Двое приятелей последовали за ним. — Да езжай ты куда хочешь — в Бразилию, в Японию. Но вот если найдем сокровища, можем мы их взять себе?
— Если что-то нашел, можешь положить себе в карман. Думаешь, есть в мире такой болван, который понесет в полицию сто долларов, если найдет их на улице? Это заброшенный дом, а на такие ни у кого нет прав.
— Но этот-то дом построил спятивший ученый из семьи нашего американского оружейного магната, нет? Права на дом принадлежат этой семье.
— Да не о чем тут беспокоиться. Ладно, если есть тут сокровища, никто ведь об этом не знает, кроме спятившего ученого, который их спрятал… Найдем их, увезем в Южную Америку — и заживем.
Над пирамидой, у подножия которой они сидели, сияла полная луна. Она отражалась в небольших заводях поодаль от пирамиды, оставшихся после отлива.
— Так ведь поговаривают, будто семья магната Алексона проклята. Будто в доме этого деятеля из Филадельфии, который перебрался к нам из Англии, до сих пор бродят призраки.
— С чего бы это?
— Да вроде в их дом каждую ночь приходят призраки индейцев, негров, солдат-северян, убитых оружием, которое сделал Алексон… Рассказывают, что поэтому в их доме коридоры устроены, как лабиринты, — чтобы души умерших не могли найти пути.
— Ты что, сам это видел?
— Да это точно, я тебе говорю. На той неделе по телевизору показывали. Кто-то из семьи сошел с ума и застрелил горничную. И поэтому к ним в горничные никто идти не хочет.
— Я тоже про это слышал. Вроде бы Роберт Алексон, сын основателя фирмы, утонул в Атлантическом океане на «Титанике». У него тоже с головой было не все в порядке. Вся их семья проклята.
— Да это все давнишние истории. Сейчас никто не убивает индейцев и негров, — сказал первый.
— Алексоны и на вьетнамской войне сильно нажились. Выпускали оружие массового поражения. Его с самого начала применяли во Вьетнаме и поубивали массу народу. Слышали про гербициды? Их тоже выпускала компания Алексона.
— От них нет спасения! — подвел итог собеседник.
Вдалеке послышался шум начинающегося прилива.
— Вот и получается, что в этой семье все прокляты и один за другим сходят с ума, и кто-то начинает сооружать такие странные конструкции. Хорошо, что мы не богачи.
— Богатых ненавидят. Но почему Египет?
— Может, из-за проклятия? Ведь оно грозит всякому, кто разорит могилу египетского царя. Вон, из-за этого проклятия умерли ученые и их покровители из английской знати, которые разрыли могилу Татунхамона, или как его там звали…
— Ладно, хватит этих жутких историй, надо дело поскорее закончить. Через пару часов пора возвращаться в палатку, поспать малость.
Троица поднялась на ноги. Включили фонари на касках, углубились в туннель и запустили свои инструменты. Мертвую тишину ночи, властвовавшую над окрестностями, сотряс грохот отбойных молотков.
Они уже довольно далеко продвинулись вглубь. Двое рабочих выбрасывали наружу обломки камня и подпирали потолок железными опорами, чтобы он не обвалился.
Глубина туннеля достигла нескольких ярдов. Но стоило раздробить один камень и вытащить обломки, как за ним оказывался следующий.
— Эй, ты говорил, что внутри пирамиды есть коридор, — сказал один из них, выключив отбойный молоток и утирая пот.
  
— Так было сказано в книге, которую я читал в школьной библиотеке.
— Но никакого коридора тут нет. Сколько ни долбим, а вокруг одни камни.
— Если подумать, эта пирамида внутри должна быть пустой, как консервная банка. Там достаточно места, чтобы построить коридор, — сказал другой.