Без Вариантов (СИ)

Но, с падением Берлинской стены, это все приобрело просто неприличные масштабы. И когда командир гвардейского полка, с командиром одной из своих рот, запутавшись в своих махинациях, сбежали на запад, грянули оргвыводы.
Это когда гвардейский подполковник, чуть ли не в открытую, скупал битые тачки. В гаражах полка их восстанавливал силами солдатиков, и отправлял на продажу в Союз. На все замечания командования, слал всех лесом и открыто предупреждал, что будут мешать — уйдет к немцам.
  
В конце концов, не особо скрываясь, загрузил в грузовик Урал образцы новейших вооружений, и просто уехал к американцам.
Да и то, ставшие вдруг, пусть ненадолго, конвертируемыми, ГДРовские марки, навели в войсках много шороху.
Я так понимаю, именно с приходом Снеткова, на деда моей девушки и начались наезды.
Как бы то ни было, принявший командование генерал-полковник Бурлаков, для начала взялся за дисциплину. Жесточайшим образом высылая в Союз любого, невзирая на лица и звания. И снова запустив постепенный вывод войск. Эшелоны с имуществом уходят на восток регулярно.
Что касается наведения дисциплины и порядка, выглядело это неприятно. Лишь заподозренный в чем то, немедленно получал предписание, и в 24 часа высыпался в Россию. Приезжал комендантский взвод, и всю семью подозреваемого, и его самого, с вещами, вывозили прямо из квартиры на вокзал или армейский аэродром. То, что не могли взять с собой — просто бросали.
Тем временем большая и красивая двустворчатая дверь распахнулась. Из логова командующего вывалилась группа генералов и офицеров. Один из подполковников обратился ко мне;
— Александр Сергеевич! Командующий вас ожидает.
Потянув дверь на себя, я глянул на часы. Двадцать тридцать. Армия, не хухры-мухры.
— Разрешите представится — сказал я стоящему спиной ко мне у окна генералу — Лукин, Александр. Мои сотрудники с вами работали до прошлой субботы.
Генерал обернулся, и, глянув на меня, уселся за стол:
— Что у вас?
— Три вопроса, товарищ генерал- полковник. — позволил себе усмехнуться я — важный, неприятный, и неотложный.
— Служил?
— Лейтенант запаса.
— Ясно. Обращайся ко мне — Матвей Прокопьевич.
— Так точно, я — Александр или Саша. Как вам удобно.
— Садись, Александр. Рассказывай.
Кабинет у генерала — огромный. Одних окон — восемь. Кроме официального стола для совещаний, несколько в стороне стоит рабочий стол командующего. С тремя телефонами на приставном столике. Прибор с ручками, папки с бумагами, здесь явно работают. Вот к этому столу я и присел.
Командующий не производил впечатления держиморды. Скорее человек, облеченный нехилой властью, и применяющий ее регулярно. Но не было в нем часто видного во многих крупных военных самоупоения. Скорее прагматичное понимание безграничной опасности своих возможностей. Ну, я уже решил, что скажу ему. Поэтому не стал менять суть разговора.
И рассказал ему историю про автоматы. Достал из портфеля и продемонстрировал документы:
— Не нужно, Матвей Прокопьевич — заметил я дернувшуюся к телефону руку командующего — нет их уже там. Я вам это рассказал, что бы вы с вниманием отнеслись к вот этой вот истории.
И дальше я ему рассказал, и показал документы про два эшелона с боевой техникой, что вот -вот отправятся из Германии куда то на юго-запад.
— Что еще — шумно выдохнул генерал — ты мне это не просто так рассказываешь?
— Да. Я прошу вас подписать мне вот эту передачу имуществ и сооружений.
Я снова встал и положил перед ним согласованный с немцами днем акт. Тот посмотрел на него, и потянул к себе нарядную кожаную папку с надписью на обложке «Приказ по ЗГВ». Достал из нее несколько отпечатанных листков, с шапкой «Проект Приказа по ЗГВ». Поднял на меня взгляд:
— Сядь. Не стой над душой.
И принялся собственноручно что то чиркать и писать в бумагах. Установилась тишина. Продолжившиаяся недолго. Командующий закончил и протянул бумагу мне:
— Читай, то что от руки.
Так, пункт 73: передать согласованное имущество на баланс утвержденного контрагента с завтрашнего числа.
Расширение пункта 38: немедленно отправить всю боевую технику со станции Хемниц, в распоряжение УВО, ответственный — полковник Проничев.
Пункт 74: трех генералов, пять полковников, и «командира службы тыла 14 ГМСД», срочно направить в распоряжение Управления Кадров МО.
Пока я читал написаные каллиграфическим почерком командующего строчки о том, что техника срочно уходит на Урал не проданная, что куча высокопоставленных начальников в 24 часа уезжают в Союз, командующий позвонил по телефону и что то коротко приказал. Повернулся ко мне и указал в угол своего кабинета. Там была устроена зона отдыха — три кресла, диван, журнальный столик, бар:
— Посиди там.
Прошел и уселся на диван. В кабинет вошли генерал, два полковника и подполковник- адъютант.
— Вот — коротко сказал генерал Бурлаков, протянув генерал — майору папку, куда вложил только что исправленный приказ — исполнять. Перебитый приказ мне на стол через двадцать минут. Вы, полковники Колесов и Радимов, отвечаете за технику и жд отправки. Поставить в известность начальника штаба по кадровым вопросам.
Это он уже адъютанту. Все вошедшие ответили «есть» и исчезли. Командующий, еще чиркнул пару раз ручкой у себя за столом. Потом пришел ко мне со всеми моими бумажками. В том числе и с подписанным актом об окончательной передаче мне трех тысяч зданий и сооружений.
— Значит, Саша — генерал- полковник лично, сам, достал из бара коньяк «Арарат» и налил две рюмки, протянув одну мне — думаешь, что немцы после начал передачи, решения по выплатам не отменят?
Я убрал бумаги в портфель и взял рюмку. Чего теперь? Только что, командующий ЗГВ творил неслыханное. В присутствии гражданского, рубил генеральские головы, менял приказы и бесчинствовал. Так что можно и выпить. Вся Советская Армия теперь знает, кто тот человек, что портит жизнь. А генерал между тем продолжал, чокнувшись со мной:
— Ирина, твоя, Захарова, меня на матюгах оттянула. За дело, конечно. Но ты теперь на меня не обижайся. Договорились? И, по таким вопросам- немедленно звони мне в любое время. Я распоряжусь, нас свяжут. Нельзя немцев упускать.
  
Глава 39
 
— Лукин! Ты понимаешь, что я уже давно сплю⁈
Вернувшись из Вюнсдорфа, я естественно тут же позвонил в Москву, Машке.
С командующим мы засиделись. Нет, мы не выпивали, как кто-то мог бы подумать. Это было полноценное совещание, пусть под коньячок. Как не крути, вопросов для обсуждения было дофига. В процессе, был вызван начальник финансов, что явился настолько быстро, как будто сидел в приемной. Так что уехал я ближе к полуночи.
Мой отъезды был крайне солиден. Биргит подала Мерседес к парадному подъезду. Порученец –капитан, проводил меня к выходу и открыл мне заднюю дверь. Я уселся и отбыл.
На вилле Юргена было пусто. Надо полагать, народ решал вопросы. Дверь мне открыла горничная и сообщила, что никого нет, не желаю ли я ужин. Я устало отказался. Прошел в кабинет и позвонил Масловой, вспоминая:
'Я хватаюсь за диск телефона —
Я набираю вечное ноль семь. ©*
Мария Михайловна были справедливо недовольны. Лишь услышав ее сонный голос, я сообразил что в Москве уже два ночи. Обычное дело, с этим часовыми поясами.
— Вот ты спишь, Маша, а я тут уже подсел на тяжелые наркотики, и сожительствую с афро-американской проституткой — от досады на себя, как водится, я начал нести пургу.
— Сашаааа… я тоже страшно рада тебя слышать. Только давай ты мне завтра на работу позвонишь?
  
— Вот так, значит? Я звоню своей девушке с чужбины, в надежде на сочувствие, и слышу усталое равнодушие⁈ Все, Мария. Мне предложили роль ведущего немецкого порноактера. Раз я никому не нужен, вынужден принять это предложение… Очень интересный сценарий, Маш. Он- сантехник. Они- гарем. Арабский шейх, ведет переговоры с немецким правительством. Оставив, Мария, гарем тосковать на вилле! Я прямо сейчас поеду в веселый квартал вживаться в роль.