Бывший. Ты только моя

– Я жду, – только в этот раз в нем слышится нетерпение и угроза.
Меня будто сковывает по рукам и ногам, страх владеет моей душой, не могу сдвинуться с места.
– Вытащить! – Николас отдает команду, и над головой раздается топот, а с потолка моего укрытия начинает осыпаться крошево мелких камней.
– Не надо, я выхожу, – чуть слышно выдавливаю из себя я.
Покрепче прижимаю сына и накрываю его плащом, чтобы защитить от дождя и лишних глаз чужаков. Особенно от лишних глаз. От ледяного взгляда того, кто, я надеялась, не узнает о нем никогда.
Выбираюсь ползком и, не поднимая взгляда, выпрямляюсь.
Даже просто стоя рядом, я чувствую силу, исходящую от него, жар его мощного тела, то, как он скалой возвышается надо мной.
– Какая маленькая нарушительница границ, – язвительно хмыкает Ник. – А ты знаешь, что бывает с вот такими вот юркими мышками?
Я вздрагиваю от обжигающего прикосновения, когда он указательным пальцем поднимает мой подбородок и заставляет посмотреть на него. В миг, когда наши взгляды пересекаются, мне кажется, что время замирает, звуки все стихают, даже дождевые капли зависают в воздухе.
Боги! Оказывается, я все это время безумно скучала по этим глазам. По их блеску и глубине, по той мудрости и уверенности, которые наполняют их.
– Ты? – уголок рта Ника ползет вверх, искривляя его красивые губы в недоброй усмешке. – Решила, что тебе снова удастся провернуть это трюк? Еще кто-то покупается на твои манипуляции?
Как же жалко я сейчас выгляжу: капюшон сполз, мокрые волосы свисают сосульками, а пряди липнут к раскрасневшемуся лицу. По щекам ручьями стекают то ли капли дождя, то ли отчаянные злые слезы. А может, и то и другое.
Он так высоко задирает мой подбородок в ожидании ответа, что я с трудом сглатываю едкий ком, вставший в горле.
Ник резко отпускает руку, а я от этого движения инстинктивно вжимаю голову в плечи и отворачиваюсь… Демоновы рефлексы. Когда удара, который ожидало мое тело, не происходит, я снова поднимаю не Ника взгляд.
Его губы поджаты, ноздри раздуваются, а глаза хищно прищурены. Он пристально изучает меня, скользя глазами с головы до пят.
– Я повторю свой вопрос: ты знаешь, что делают с нарушителями границ? – грозно цедит он.
– Я… – хрипло начинаю. – Знаю…
Услышав волнение в моем голосе, ребенок начинает хныкать. Вроде бы тихо, но это не укрывается от чуткого слуха дракона. Ник одним движением срывает с меня промокший плащ, бросает его на гальку под ногами, оставляя без последней, хотя бы минимальной защиты, и видит сына.
Потоки проливного дождя обрушиваются на ребенка, он окончательно пугается и разражается громким плачем.
У меня внутри все клокочет, грудь стискивает стальным обручем от жалости к крохе. Вскидываю голову и с отчаянной злобой смотрю на Ника. На его красивом лице озадаченность быстро сменяется сосредоточенностью. Он стаскивает с себя камзол, хранящий тепло его тела, и накидывает мне на плечи, прикрывая ребенка от стихии. Сразу становится теплее. Только я не могу понять, что меня согревает больше – плотная ткань камзола или неожиданная забота. То, с какой аккуратностью Ник запахнул его на мне, болью отзывается в сердце.
– Успокой ребенка, – уже сдержаннее приказывает он.
– Не из-за меня он плачет, – огрызаюсь я.
Да, не в моем положении показывать характер, но я не могу сдержаться. Мягко поглаживаю малыша по голове и немного покачиваю. Он трется своим маленьким носиком об меня, сопя, утыкается в мою шею и потихоньку замолкает.
– А разве это не ты сбежала в ночь под проливным ливнем, босиком и, – Ник присматривается к моей шее, – без амулета?
Я рефлекторно касаюсь горла, понимая, что этим выдаю себя и подтверждаю догадку Ника.
– Что ты задумала в этот раз? – он угрожающе приближается ко мне, хмуря четкие смоляные брови.
Сжав челюсти, молчу и с вызовом встречаю холодный взгляд таких красивых и когда-то любимых глаз, в которых сейчас плещется ледяной океан.
Николас приближается еще на шаг. Он почти вплотную ко мне. Я дрожу от близости того, кто разорвал однажды мою душу.
 
– Может, тебе нужна помощь? Мои инквизиторы прекрасно с этим справятся, – практически рычит мне в лицо Ник.
Я вздрагиваю. Но Ник пугает меня не так, как лай приближающихся гончих, который становится все громче и отчетливее, сводя меня с ума. С каждым мгновением, с каждым ударом сердца, я все глубже погружаюсь в бездну ужаса.
Я кожей чувствую, что они близко.
Гардариан нашел мой след. Он нашел меня.
Кровь шумит в ушах.
Пульс бьется где-то в горле. Борясь с желанием крепко зажмурить глаза, я беспомощно стискиваю сына, потому что спасения ждать неоткуда.
Видя мою реакцию, Ник насмешливо выгибает бровь. На его лице появляется зловещая ухмылка, заставляющая холодеть пальцы.
– Или, может быть, лучше мне вернуть тебя мужу?
Глава 3. Башня
От этой фразы внутри все сжимается, превращается в концентрированный сгусток чувств и обрывается куда-то внутрь. Мне уже нечего терять, потому что я совсем не уверена, что муж остановится вовремя и оставит меня в живых. Хотя нет. Что это я? Ему же так нужна моя сила.
– Ты же знаешь, что принадлежишь дракону?
Ник выжидательно смотрит на меня. Я в панике оглядываюсь по сторонам. Сейчас, в почти уже полной темноте, наконец, становится видна чуть мерцающая граница между землями кланов буквально шагах в двадцати от нас.
Когда бежала, я просто не заметила, как пересекла ее. Собаки и ищейки Гардариана сюда не смогут пройти без позволения Ника. А он, я уверена, не даст его.
Весь страх во мне преобразуется в решимость. Мне только надо найти способ. Я просто сбегу от Николаса. Я смогу это сделать ради себя и своего ребенка, но сейчас надо выгадать хотя бы то небольшое время, что у меня есть.
– Ты уже однажды отдал меня ему, – цежу я сквозь зубы. – Так вперед, сделай это еще раз, что тебе мешает?
При напоминании об этом лицо Николаса мрачнеет, а на скулах начинают ходить желваки. Кажется, что он вот-вот сорвется, как мой муж и…
– Если вы упустили ее, шкуру спущу с вас и ваших шавок! – раздается леденящий душу голос моего мужа.
Уже совсем близко. Сердце стучит так, что в груди больно, малыш, будто понимая, что сейчас нельзя издавать ни звука, жмется и тихо всхлипывает. В глазах все расплывается.
– Уведите ее, – понизив голос, дает команду Ник.
Но его прекрасно слышат. Рядом возникают двое патрульных в военной форме и, взяв под руки, отводят чуть ниже по течению реки. Туда, где они оставили лошадей. При нашем приближении те издают приветственный фырк и мотают мордами, чуть позвякивая сбруей.
К нам присоединяются еще два патрульных, заключая меня в кольцо – не сбежать. Но меня волнует больше не это.
Ник явно решил спрятать меня. Неужели не собирается отдавать мужу? Что он задумал?
От усталости уже подкашиваются колени, от холода и сырости не чувствую ног, а спина и руки ноют от тяжести ребенка. Как же хочется сдаться и положиться на волю богов!
– Какими судьбами, лорд Квиланд? – чуть насмешливо, но с явной угрозой и презрением в голосе говорит Ник.
Всматриваюсь в темноту, но отсюда с моим человеческим, а не драконьим зрением практически ничего не видно. Только магические световые шары по ту сторону границы, выхватывающие из тьмы лишь силуэты людей и животных.
– Лорд Сайланд собственной персоной? – отвечает другой голос, от которого в жилах у меня кровь стынет.
– Я так смотрю, у вас проблемы? Беглый преступник? – конечно же, Ник знает, для чего мой муж использует именно эту породу гончих – выслеживать, загонять, ловить.
– Да… Очень опасный и коварный, – с рыком и яростью произносит Гардариан. – Но вам, я так полагаю, не стоит бояться его появления на вашей территории. Границы же надежно защищены?
Помимо злости, я слышу в его словах иронию. До меня долетали обрывки разговора моего мужа с его подчиненными о том, что клан Сайланд лишился артефакта, который помогает удерживать защиту земель, и теперь ее приходится подпитывать внутренними силами совета и самого Ника.