Ведьмак с Марса 2 (СИ)

— Он мне нужен целым и невредимым, — предупредила Александра.
— Может быть, если буду в настроении, я его пожалею. Будешь должна, — Винс поднялся.
— Ха? Я⁈ Тебе⁈ Эй, это ты пришёл ко мне с просьбой! — взвилась Герега.
— Значит, мы квиты, — с поистине королевским высокомерием заявил Винсент.
И покинул беседку, оставив Александру хлопать ресницами.
Холодного «Ну погоди у меня!» он уже не услышал.
  
Проводив его мрачным взглядом, Герега открыла чат и начала набирать сообщение.
* * *
— Не пойму я что-то, — обронил Яго, глядя на двери столовой, за которыми исчезла Елизавета, — что босс в ней нашёл? Ну милая, да. Хвостики прикольные. Но ему же совсем другие девки нравятся…
— Другая, — поправил его Гоззо. — Другая девка. Медведева. Он на ней совсем крышечкой подвинулся. Особенно после того, как она к Ведьмаку перешла.
— Думаешь, он с ней спит?
— Ведьмак⁈ Со Снежкой⁈ Спятил что ли? Она дочь Медведева, а он кто?
— Девчонкам нравятся плохие парни, — Сантьяго пожал плечами.
— С принцем не стала, а под выскочку безродного ляжет? Она что, на помойке себя нашла?
— Нас вообще-то могут услышать, — намекнул Яго. — Ты же не хочешь, чтобы у Старого Медведя появилось желание потолковать с твоими родителями о твоём же воспитании? Да и босс по голове не погладит, если до него дойдёт, о чём мы тут треплемся.
Гоззо не хотел. Поэтому дальше жевал молча, время от времени поглядывая на столик, за которым принц Гарсия о чём-то беседовал с Александрой Герега.
— Упс, — вдруг сказал он, откладывая вилку. — Босс куда-то собрался. Кажется, наша охотница за спермой заимела к нему интерес. Идём или остаёмся?
— Он нас что, приглашал?
— Не приглашал, — Гоззо Эрбах проводил удаляющуюся парочку завистливыми глазами. — Тогда чем займёмся?
Сантьяго немного подумал, дожёвывая последний кусок. Потом его осенило.
— О! Ты хотел знать, чем Романова так приворожила босса. Так может, спросим у неё самой?
Гоззо вполоборота посмотрел на столик «москитов». Все были на месте, все были заняты едой.
— Пошли, — сказал он, забирая пустой поднос. — Где её искать, мы оба знаем.
Вызов от босса настиг их на середине пути к ангарам.
* * *
Всё свободное время — свободное от чтения учебных материалов — Лиза проводила на симуляторе, а после того, как ей привезли её «Палач» — ещё и на полигоне. Для неё стало откровением, что управление мобильным доспехом вживую отличается от того, что происходит в виртуальной реальности.
В капсуле тренажёра отклик от боевой машины был мгновенным. Здесь шёл с запозданием, очень незначительным — но всё-таки ощутимым для неё. Так что она часами возилась с мехом, которому сразу дала собственное имя, как только испытала в реальности его прыжковые двигатели.
Прыжки в исполнении «Палача» на полигоне показались ей такими стремительными и точными, что имя родилось само собой.
Кузнечик.
Именно так она и обращалась к нему, когда задействовала виртуального помощника.
Она всё пыталась найти способ устранить запаздывание, десятки раз перебирала все схемы, и уже почти отчаялась и решилась обратиться за помощью к кому-нибудь более опытному, но опасалась это делать.
Лиза уже поняла, что здесь, в Академии, у пилотов не очень принято помогать друг другу. Это всё из-за рейтинга, думала она. Зачем помогать устранить неполадку тому, кто потом сможет тебя побить? Скорее уж ей подскажут что-то такое, что может вообще вывести Кузнечика из строя. А если обратиться к механикам — тем могут заплатить, чтобы они сделали что-нибудь с её мехом.
А этого она боялась, как огня. У неё никогда не было не то, что собственного меха — даже возможности прикоснуться к боевой машине. Там, где она выросла, не было мобильных доспехов. И вот в её распоряжении настоящий «Палач», точно такой, на котором она ставила свои рекорды в симуляторе. Только ещё лучше.
Потому что теперь это была настоящий мех, а не строчки программного кода. И только подумать — она же совсем недавно считала это чудо старьём! Мечтала о «Монархе»! Глупая. Этот Юлий Марс на «Палаче» разделал «Монарха» под орех, она видела запись боя. Значит, у неё тоже получится.
Но если она сделает что-то, что испортит её меха — вдруг спонсор передумает, и Кузнечика у неё отберут, а её саму отчислят?
И ей придётся вернуться в ту школу, где дочь директора Луиза, и её подпевалы, и всё начнётся сначала: травля, издёвки… Ведро с крабами.
«На за что на свете!»
Она решительно открыла руководство пилота и сосредоточилась на работе. Что она ещё не успела проверить во взаимодействии систем мобильного доспеха? Может быть, где-то стоит какая-то неприметная галочка, которая не должна там стоять? Или что-то не так с выбором конфигурации?
На планшет в её руках упала тень. Лиза подняла голову.
— Привет! — к ней наклонилась жгучая латиноамериканка. — Ты Елизавета Романова, верно? Мне сказали, у тебя «Палач».
— Кузнечик, — машинально поправила Лиза. — Ой…
Сейчас её поднимут на смех. Она внутренне ощетинилась, готовая защищать своё сокровище.
— Ты назвала его Кузнечиком? — у латины округлились глаза и рот. — О… Это так мило!
Лиза облегчённо перевела дух. Смеяться не будут.
— Ну, он такой прыгучий… — она слегка покраснела. — А… а тебя как зовут?
У жгучей красавицы снова округлились глаза. Потом в них мелькнули азартные огоньки.
— Оу… Ты можешь называть меня Михалычем. Но вообще я Микаэла. И боюсь, что я единственный человек на этой станции, который знает, как заставить работать твоего красавца на все 146%. Ты не против, если я познакомлюсь с ним поближе?
Лиза очень быстро сложила два плюс два. К ней явилась с визитом вежливости звезда первой величины инженерного факультета. Часть опасений можно было отбросить: этой девушке незачем выполнять чьи-то грязные поручения. Но…
— Но я же всего лишь новенькая, — пролепетала она. — То есть я не против, но…
Микаэла склонила набок точёную головку.
— Меня попросил помочь тебе один мой друг, — прямо сказала она. — И нет, ты ничего не будешь мне должна, мы с ним сами между собой сочтёмся. Итак?
Лиза безропотно протянула ей планшет.
Микаэла быстро листала спецификации, озабоченно хмуря красивые брови. У Лизы сложилось впечатление, что Михалыч что-то искала и не могла найти — и это очень её расстраивало. Наконец латина подняла голову, и Лиза могла бы поклясться, что та глубоко разочарована.
Нет, не хозяйкой меха, и не его состоянием. Чем-то ещё, чего Лиза не могла пока понять. С ней это часто бывало: она нутром чуяла, что что-то не так, но не могла объяснить даже самой себе, в чём причина. И только сильно потом до неё доходило…
Отец называл это интуицией. И гордо добавлял, что это она унаследовала от него.
— А что у меня от мамы? — спросила она однажды.
— Конечно, ум, — уверенно ответил отец. — Разве ты не знаешь? Дети всегда наследуют ум от своих матерей. Поэтому, если ты хочешь, чтобы твои дети, когда они у тебя появятся, были умными, тебе самой нужно быть умницей.
Ах, папа-папа… Ей так его сейчас не хватало…
— Ладно, — сказала Микаэла. — Есть ли у тебя какие-нибудь жалобы на твоего Кузнечика? Что-то не так в его работе?
— Да, — Лиза подтянула планшет к себе. — Я заметила, что у него запаздывает отклик на команды. Совсем чуть-чуть, но для меня это ощутимо. Я всё пересмотрела, но так и не нашла, в чём причина…
— Вот как… — азартные огоньки, совсем было погасшие в карих глазах Микаэлы, вспыхнули снова. — Тогда давай так. Я посмотрю своё расписание и напишу тебе, когда смогу им заняться. Посмотрим, что с этим можно поделать.
— Спасибо! — искренне поблагодарила Лиза, в волнении сплетая пальцы у груди. Мама всегда так делала, если о чём-то переживала, и дочь унаследовала от неё эту привычку. — А… А кто этот друг? — вдруг вырвалось у неё.
— А? — Микаэла оторвалась от своего смарта. — А. Это неважно. Ты его всё равно не знаешь.