Попаданка с квартирой приключений не ищет (СИ)

— Что ж, разговор мы продолжим не здесь, — завершила я изучение незнакомца.
* * *
И вот мы сидели на кухне и за разговором пили чай.
— Итак, вы здесь, а кот где? — осмелилась спросить я.
— По факту, я — оборотень, то есть и человек, и кот.
— Значит, вы — волшебное существо. Знаете, слово «оборотень» мне не нравится. Извините уж.
Мой тон извинений не предполагал, но мой визави не обиделся.
  
— Я правильно понимаю, — он лукаво улыбнулся, — в вашей культуре это слово означает что-то плохое?
Я загляделась на него — ну до чего же обаятельный стервец!
Вопрос о культуре содержал намек на начало нашего знакомства.
— Да, в нашей культуре слово «оборотень», как бы его ни романтизировали в современных любовных романах, ничего хорошего не означает. У него есть очень неприятные близкие значения: «вервольф», «волколак», «перевертыш», в конце концов, «оборотни в погонах» — и все это ничего хорошего людям не сулит. Так что мне приятнее думать, что вы — волшебное существо с двумя ипостасями: человеческой и кошачьей. И, что меня радует, котик — все же не волк.
— Хотите, я обернусь котиком? — снова лукавый взгляд.
«Он заигрывает со мной что ли? Геронтофил, блин» Мне как-то даже неуютно стало.
И спохватилась. Мы до сих пор оба не представились.
Он будто прочитал мои мысли:
— Мое полное имя — Крат Антамар. Можно короче Антамар, а еще короче Ант. Я знаю, в вашем мире любят сокращать имена.
Я уже готовилась представиться, но он меня перебил:
— Я знаю, вы — Ева…
Я в свою очередь перебила его:
— Евдокия Алексеевна Гранина. Можно Ева и на «вы».
— Я понял. Я ехал к вам, но произошло нападение на наш отряд.
Вот! Что-то начинает проясняться. Если он ехал ко мне, значит, он в курсе, даже если он не знает всего, у него есть хотя бы часть информации о том, что вообще происходит. Напрямую спрашивать не стала. Ага. Когда хоть что-то объяснит, тогда и буду спрашивать, но, чтобы поддержать разговор, задала вопрос:
— И чем же на вас напали, если не секрет? Отчего получаются такие дырки?
Хотя мне на самом деле было любопытно, чем тут, в волшебном царстве, дерутся (воюют). Его ответ меня обескуражил.
* * *
Он порылся в кармане куртки и аккуратно высыпал на стол приличную горсть металлических шариков. Я сначала подумала, что это подшипники. Зачем? Потом поняла, что шарики не идеальные, поверхность неровная.
— После оборота, все это из меня посыпалось, я не поленился собрать.
— Что это?
— Это шрапнель.
Я не удержала челюсть. Уж слово-то я такое слышала. Сидела с открытым ртом и думала: «Вот тебе и волшебное царство! Огнестрел — форэвэ?! Как же так?» Подобрав челюсть, спросила:
— Разве огнестрел из нашего мира работает в вашем магическом мире?
— Что вас так сильно удивляет, леди?
— Я об этом специально не думала, но полагала, что магия и огнестрел несовместимы. Я знаю из книг фантастический мир, в котором не работает пороховое оружие. Правда и там умельцы придумали замену пороху. И огнестрел стал работать в магическом мире*.
(* Роджер Желязны, «Ружья Авалона» — вторая книга серии «Хроники Амбера»)
— У нас ничего придумывать не пришлось: в нашем мире огнестрел и с обычным порохом прекрасно работает.
— А как же всякая магия-шмагия? Ну там магические щиты или еще что?
— О! Леди Ева, у вас есть представление о магии? — его не напряг и не расстроил мой вопрос, наоборот, он прищурился, изучающе разглядывая меня и хитро поблескивая глазами. — М-мм, у вас… — он оборвал себя. — Щит был, и он не выдержал, но, если бы его не было, мы бы все там полегли.
Он посерьезнел и даже как будто опечалился.
— Обошлось без смертей, но ранены почти все в отряде. Вы себе представляете, что такое шрапнель?
Я молча поднялась и пошла гостиную к компу. Примерно представляла себе, что такое шрапнель, но захотелось уточнить. Он пошел следом за мной.
Вбивая в поисковую строку «шрапнель», внезапно даже для себя самой, спросила:
— Что у меня? Вы так странно на меня смотрели и не закончили мысль.
Он помолчал, а потом все же ответил:
— Я бы хотел к этому вопросу вернуться позже, даже если вы будете настаивать. Я не вижу смысла обсуждать мои предположения сейчас.
— Да ладно! Я же умру от любопытства!
Он хмыкнул.
— Держите себя в руках, леди. Так что там со шрапнелью?
Я нахмурилась и раздраженно ткнула курсором в название статьи.
— Гадость ваша шрапнель. Вот, написано: «Шрапнель называют убийцей пехоты, ее использование считается негуманным методом ведения войны. Снаряд взрывается на определенной высоте, и вся площадь поражается целым градом шрапнели… Это самое неизбирательное оружие. Варварское, которое запрещено международной конвенцией в 2008 году».
— Ну у вас запрещено, а для нас решили — в самый раз.
Теперь уже он хмурился и не смотрел на меня, а разглядывал крыши домов за окном. А потом заговорил:
— Все просто…
Ага. «Все просто: в белом плаще с кровавым подбоем…*». Ой, я, кажется, нервно шучу.
(* Цитата, М. А. Булгаков, «Мастер и Маргарита».)
* * *
Когда на заставе прозвучал сигнал о нарушении границы, командер Катин был раздосадован. Его смена заканчивалась. Через два дня должен был прийти другой отряд Хранителей границы, и настойчивый звук вызвал не тревогу, а раздражение. Кто-то задел тревожные нити охранных чар.
— Ну что там? Контрабандисты? Лазутчики? Нат их возьми! Наверное, какой-нибудь козел горный с кручи навернулся…
Да, здесь, на юго-западе, граница королевства проходила по горной неприступной гряде. Неприступной с обеих сторон границы. Плато и тропы от них к перевалам начинались на высоте примерно пятидесяти метров — такой вот выверт природы или же воля богов.
Путь, соединяющий королевства, был прорублен в цельной скальной породе, и проход через тоннель охранялся и с этой, и с той стороны.
И да, все несанкционированные проникновения совершались с помощью горного снаряжения для верхолазов. Ну и на самом деле очень редко, но падали с круч животные. Скорее всего, такие падения были результатом поединков в животном мире. Поверить в то, что животное, приспособленное к жизни в скалах, пусть даже больное, само сверзится с высоты, не получалось.
Командер Катин вызвал пятерку разведчиков и определил задачу.
— В скрыте подобраться и осмотреть тревожный участок.
Хотя он и грешил на горного козла-нарушителя, но, в конце концов, не огород охраняют, а службу свою он хорошо знал.
— В случае нарушения кем бы то ни было границы, в бой не вступать, наблюдать, предупредить и ждать подкрепление. Если границу нарушило животное, подобрать или поймать, доставить на пост для определения причин падения. Все! Выполнять.
Разведчики нашли место нарушения границы и обнаружили нарушителей. И это были отнюдь не упавшие с кручи животные.
Люди как пауки на паутинках очень быстро спускались по скальной стене. И делали это не привычным способом, вбивая крючья и перебирая руками по выемкам стены или стравливая страховочный трос, а просто словно бежали вниз по скале и только там, где скала принимала отрицательный уклон, отталкивались ногами и продолжали бег ниже. Люди в пятнистой маскировочной одежде, почти сливавшейся с цветом скалы, в непонятных шлемах и с незнакомым — но без сомнения — оружием в руках.
Люди на стене были пересчитаны разведчиками, а заклинание поисковой сети обнаружило еще людей уже на участке, примыкавшем к скалам. Отряд нарушителей насчитывал двадцать человек.
Группа разведчиков не стала дожидаться, а вернулась, встретив по дороге основной отряд (в пятьдесят всадников!), и доложила командеру.
Отряд продолжил движение, но больше ничего сделать они не успели, буквально через сто метров их расстреляли из незнакомого оружия.