Вампир и Эльфийка. Союзники поневоле (СИ)
— Это такой, очень здоровый, белобрысый, с бритым затылком и совсем без мозгов? — вампир гибко потянулся в лучах заходящего солнца. — Он ещё что-то имел против других рас? Особенно против эльфов и вампиров? И руку сломал всего в одном месте? Странно, вроде должен был в трех. Нет, не видел.
— Элл, нас с твоими шуточками отсюда вышибут ещё до торжественного построения! — Ди возмущенно посмотрела на товарища. — А за воротами мои сестрички меня ждут. И что-то мне подсказывает, что у них плохое настроение! Так что я пока лучше поучусь. Опять же, обещают кормить, общагу выделили, даже белье на кроватку дали! А у тебя сколько соседей в комнате?
— Хэх, я один, совсем один, — с притворной грустью заметил беловолосый клыкастик. — Сначала нас было четверо. Потом я поулыбался всем в своей эксклюзивной манере — надо же дружеские связи устанавливать — и нас осталось двое. Пришлось рассказать последнему, самому непонятливому, про неконтролируемый вампирский голод и выразительно посмотреть на его шею. Вот так я и остался совсем один.
— Да, теперь я начинаю понимать, почему тебя из прошлой академии выперли, — Диана тоскливо смотрела на оставшуюся в корзине вишню, но поняла, что больше в неё не влезет. — Слушай, Элька, прости за нескромный вопрос, а как часто тебе кровь нужна? Мы с тобой уже почти три недели вместе бегаем, но я что-то ни разу не видела, что бы ты на «вампирскую охоту» ходил!
— И не увидишь, — равнодушно отозвался альбинос, раздумывая, чем бы запустить в нагло каркающую на дереве ворону, — человеческой кровью я брезгую. Эльфийской тоже. Вот только если… с примесью фейской я ещё не пробовал!
— Да, ну тебя, иди дальше продолжай соседей пугать, — эльфийка с сожалением отодвинула в сторону корзину, в которой осталось больше половины ягод, — я тебя всё равно не боюсь! А серьезно? Только не говори, что вообще кровь не пьешь, не рви мне шаблон!
— Пью, но животных, — вампир поднялся с черепицы, солнце уже зашло и стало заметно прохладно для эльфы. — Самая вкусная — у молодых косуль. Надо бы себе одну завести, чтобы по лесу не носиться каждый раз, когда кровушки захотелось. И мне хватает стакана в месяц. Если ранен, то больше. Ещё вопросы про вампирские тайны есть? А то тебе пора. Так, сколько у тебя соседок по комнате, говоришь?
— Элл, только попробуй ещё и в нашей общаге что-нибудь устроить! — Диана нахмурилась, понимая, что нахальный вампир все-равно всё сделает по своему. — Кстати, а как ты в женскую общагу попал? У нас же такая церберша на проходной сидит! Только не говори, что ты её обаял!
— Делать мне больше нечего, как своё обаяние на разных старых грымз с кашей в голове тратить, — Эллиан презрительно фыркнул и даже непроизвольно поежился, вспоминая про страхотное и злобное чудовище женского пола с проходной общежития. — Ди, продолжаем вечер вампирских тайн. Я же не просто высший, хоть и альбинос, я ещё и из правящей семьи главного клана вампиров Пустоши. И в качестве бонуса, ну кроме отсутствия светобоязни, полного иммунитета к солнечным лучам и наличия крыльев, я могу становиться туманом. Ненадолго, минут на десять. Но для того, чтобы куда-нибудь просочиться, этого вполне достаточно. Ну, или, на крайняк, от родственников сбежать. Правда, о том, что я стал обращаться, я от папаши скрывал. Но теперь он знает, и если нас все же отловят, для следующего побега придется придумывать ещё что-то. Всё, иди спать! Не знаю как на пары, но на построение надо бы все же явиться. А то и правда выгонят прямо в руки наших разлюбезных родственничков!
— Что там ещё за истерика? — недовольно поинтересовался ректор Демойтской академии магии, господин Лирун, у проректора по воспитательной части, господина Турнеса, глядя на суматоху около женского общежития. — Учебный год ещё не начался, а уже какие-то эксцессы! Иди разберись, а то на торжественное построение опоздаем.
— Сами разберутся, не маленькие, — хладнокровно заметил проректор, который уже был с утра у общежития по вызову комендантши, — это трое наших новых первокурсниц с целительского факультета наотрез отказываются идти в свою комнату даже за вещами. Им, видите ли, страшно. Не знаю, какие свои зелья они вчера пили или травки курили, но с их слов их всю ночь мучили кошмары наяву.
— Их уже проверили на это самое «пили или курили»? — ректор нахмурился, ему ещё и истеричек-лекарш, торчащих от декоктов, на потоке не хватало. — Конечно, я понимаю, что у нас недобор, но таких нам и даром не надо! Своих придурков с факультета зельеварения хватает!
— Проверили, все чисто, — махнул рукой проректор, эта версия и ему самому в голову пришла первой, — не пили и не курили, даже не нюхали. Правда, ощущаются остаточные следы ментального воздействия, но настолько слабые, что я не уверен. Да и кому они нужны? К тому же в их комнате ещё одна поступившая спала, с ней всё в абсолютном порядке! Однако, эти трое — люди, а последняя — эльфийка. Если опять наши старшекурсники похулиганили, с ментального факультета, то может у эльфов иммунитет?
— Да что вообще произошло-то? — настроение у ректора академии стало стремительно портиться. — Давай по порядку и быстро, все уже почти построились, а мне ещё речь произносить!
— Можно подумать ты эту речь за столько лет наизусть не выучил, её даже старшекурсники вместо тебя произнести могут, — не удержался от ехидной реплики проректор, — да, непонятно, что произошло, и вообще, произошло ли. Вчера в комнату 5-13, это что на последнем этаже женской башни в общежитии заселилось четыре первокурсницы. После отбоя вроде как легли спать. Уснули. А ровно в полночь по комнате прошелся ледяной сквозняк и раздался вой. Девчонки проснулись, а посреди комнаты висит ужасная голова с кроваво-красными глазами и огромными клыками. Да как зашипит! Что-то типа… «Смертные! Вы вторглись в моё жилище и будете за это наказаны!». Девчонки — к дверям, а они не открываются. Они в сторону окна, а там пелена. В которой какие-то монстры мелькают. А висящая посреди комнаты голова шипеть и выгонять их продолжала. Они немного по комнате побегали, а следом дверь распахнулась. Бедолаги всю ночь сидели в коридоре и тряслись от страха. Все, кроме эльфийки, которая спала и ничего не слышала. А теперь девочки отказываются в свою комнату входить даже за мантиями для парадного построения!
— Ну, так вынеси им эти проклятые мантии и пересели в другие комнаты, найди места! — раздраженно посоветовал ректор, которому девичьи страхи были совершенно не интересны. — Всем, кроме этой эльфийки. Если у неё такие нервы хорошие, пусть там и остается! В одиночестве. А то у нас свободных коек не так много. Всё, бегом выдавать этим истеричкам мантии и галопом на построение! Итак задерживаемся.
— Элл, я тебя когда-нибудь точно убью! — Диана внаглую сбежала из строя целителей и спряталась за спину вампира, выделяющегося среди мрачных некромантов своей белогривой башкой и снисходительной улыбкой, — ты что, клыкастый, ночью в нашей комнате устроил? И почему я ничего не слышала?
— Спокойно, Диана, это была всего лишь профилактическая беседа, — судя по всему, раскаяния у альбиноса не было ни в одном глазу, — надеюсь, они всё поняли правильно и сегодня же от тебя съедут. А-а, ты же не в курсе… Они вчера требовали у комендантши, чтобы тебя от них отселили. Вроде как, они с остроухой вместе жить не хотят. Я только помог исполниться их желанию — жить с тобой в одной комнате они не будут.