Адиль (СИ)

Ещё одно здание притаилось среди кипарисов. Свет горел в окнах первого этажа и вокруг дома. Где-то неподалеку завыла собака, ей в ответ раздался громкий лай. Двор охраняли собаки. Максим помнил, как одного беглеца из предыдущего места его заточения искалечил пёс. Парень был настолько отчаянный, что не позаботился о том, чтобы как-то отвлечь натасканное животное. Его крики тогда слышали все обитатели дома. Рука была разорвана в клочья и в конечном итоге местные врачи ампутировали ее. Больше омегу Максим не видел.
  
Новых пленников завели внутрь постройки и выстроили вдоль каменных лавок. Глаза долго привыкали к яркому освещению, уставшие омеги переминались с ноги на ногу. Внезапно перед ними возник тот самый альфа, купивший их.
— Привести в порядок, накормить. Развести по комнатам. А этого осмотреть, — альфа указал на Максима, — и ко мне.
Несколько человек, что внимательно слушали приказы хозяина, усердно закивали. Альфа отправился на выход, ещё раз кивнув в сторону Максима.
***
Альфа лежал на широкой постели. На нем была все та же рубашка и брюки, что и несколько часов назад. Максима, одетого в длинную рубашку из шелка, завели в комнату. Ахмад жестом показал, что слуги свободны, а затем указал омеге, что тот может сесть на постель. Максим присел на край, спиной к альфе и замер. Он пытался сохранять спокойствие и смотрел куда-то перед собой. На стене висел большой портрет в золочёной массивной рамке. С него на Максима смотрел омега, молодой и красивый, его карие глаза светились счастьем. Он улыбался так, что на щеках появились ямочки. Вьющиеся чёрные волосы были заплетены в косу и перекинуты через плечо.
— Мой истинный умер в родах, забрав наше дитя с собой. Ты пахнешь, как он, — начал альфа. — Выглядишь по-другому, но если закрыть глаза и уткнуться в изгиб шеи, потрогать только губами такую же нежную кожу, как и у него….
Ахмад не договорил, а приблизился и поцеловал плечо омеги, сидевшего рядом. Максим не двинулся, но глубоко втянул носом воздух.
— Не бойся меня.
Альфа потянул омегу, укладывая на мягкую постель. Максим жалобно, практически просяще посмотрел на альфу. Обрубки ресниц дрогнули, а ноздри расширились. Ахмад осторожно поцеловал шею омеги и обнял его, укладываясь рядом, утыкаясь носом куда-то за ухом.
— Адиль! — прошептал альфа, горячо выдыхая. Максим прикрыл глаза, его грудь нервно вздымалась при каждом вздохе. Альфа вел себя странно, но забывать о своем положении не стоило. Рано или поздно он надоест своему новому хозяину, и тот вернёт его туда, откуда взял. Надеяться было не на что, нужно было только понравиться альфе, чтобы тот не распрощался с ним слишком быстро.
— Я не могу взять тебя сейчас, не обижайся, — альфа провел рукой по груди Максима. Шелковая рубашка скрывала тело омеги, но Ахмад не стремился раздеть его. Не сегодня.
Они лежали так некоторое время, пока омега не успокоился. Он уставился в потолок и был готов уже провалиться в сон, но не мог себе позволить этого без разрешения. Сила привычки не позволяли уснуть раньше хозяина. Комната была наполнена свежим воздухом, не было жарко или холодно, аромат альфы под боком приятно обволакивал постель и мешался с естественным запахом омеги.
— Чего ты хочешь? — вдруг спросил Ахмад, приподнявшись на локте и осмотрев омегу рядом.
— Я хочу спать, — в полусне произнес Максим и мгновенно очнулся от дрёмы. Теплая рука альфы скользнула к волосам омеги и аккуратно провела по ним, спускаясь к щеке, а затем к подбородку. Максим гулко выдохнул. Ахмад усмехнулся и вновь устроился рядом, упокоив тяжёлую руку на животе омеги.
— Спи, Максим, — проговорил альфа. — Пусть приснится тебе рай на земле.
Максим уснул почти сразу и проспал до самого утра, впервые не увидев кошмарных снов и не почувствовав боли во всем теле после пробуждения. Он лежал на краю широкой постели, подтянув колени к груди, накрытый тонким одеялом, шум кондиционера доносился откуда-то со стороны окна. Открывать глаза отчаянно не хотелось, было страшно. Знакомая теплая рука коснулась головы и аккуратно погладила волосы.
Максим распахнул глаза и встрепенулся, соскальзывая с постели, падая на колени, едва не разбив их о жёсткий паркет. Он уставился прямо в глаза альфе, чего делать было нельзя, поэтому быстро отвёл взгляд.
— Поднимись!
Ахмад посмотрел на омегу с презрением. Другого поведения он не ожидал, но надеялся, что тот почувствует человеческое к нему отношение.
— Я лишь хотел сказать, что врач будет к десяти. Эрих зайдет за тобой. К этому времени тебе нужно привести себя в порядок, переодеться и позавтракать.
Альфа указал на край постели, где лежала одежда и столик с накрытым блюдом.
Максим живо поднялся, не поднимая глаз на своего хозяина.
— Господин, — начал было омега так, как его учили, но альфа остановил его.
— Ахмад. Когда мы наедине, называй меня по имени. При слугах и гостях — господин, в моей постели — только Ахмад.
— Благодарю вас, — прошептал Максим и удостоился одобрительной улыбки со стороны альфы.
***
Омега был почти здоров и даже сохранил детородную функцию, о чем и был осведомлен. Для Максима осмотр не был унизительной процедурой, хоть его и выставили нагим вместе с остальными приобретениями альфы в тесном помещении, лапали сразу несколько рук и брали анализы из самых разных мест. Стеснение давно пропало из его жизни. Слуги смотрели на него с осторожным пренебрежением, не часто хозяин брал к себе в постель только выкупленного из борделя омегу. Максим же был вежлив и даже пытался заговорить с некоторыми постоянными обитателями особняка, но все было тщетно.
Обедал Максим с другими невольниками в доме, куда их привезли вчера. Большая комната с длинным столом посередине была светлой и постепенно наполнилась вкусными запахами. Ахмад явно заботился о своих невольниках, а значит имел целью не просто содержать при себе гарем из рабов. Все затраты должны были окупиться.
Обед не был замысловатым, но содержал в себе несколько блюд: сытный суп, мясо, овощи и лепешки. Максим обратил внимание, что за столом сидели не только вновь прибывшие омеги, но и те, что жили здесь уже некоторое время. Они выглядели по-другому, были ухожены, облачены в более дорогую одежду, скрывающую большую часть их тела, и, казалось, даже ели по-другому.
— Давно здесь? — тихо поинтересовался Максим у одного из омег, что сидел по правую руку от него.
— Три месяца. Меня уже купили. Недели через две поеду к новому хозяину, — не отрываясь от еды ответил тот.
Больше Максим ничего не спрашивал, заметив, как напрягся омега, и как в их сторону сверкнул глазами альфа, оставшийся в помещении охранять порядок.
После трапезы всех новых жителей развели по комнатам. Как Максиму удалось мимолетом выяснить у одного из мальчиков, с которым их вместе привезли накануне и который любезно удержал его от падения, что жили омеги по три человека, постели мягкие, света много, все комнаты с вентиляцией и кондиционированием. Парень был бы не прочь ещё поболтать и, как показалось Максиму, любил это дело, но их беседу прервал охранник, грубо тряхнувший Юрия. Омега, как и Максим, был русским, только на десять лет моложе. Его запах был чистым и нетронутым. Такие здесь ценились.
Когда все были разведены по комнатам, в узком коридоре остались только Эрих, управляющий особняка, и сам Максим. Охрана растворилась в здании.
— Господин хочет, чтобы ты жил в доме, — твердо проговорил бета на хорошем английском. Максим кивнул в ответ и пошел за управляющим, который направился к выходу.
  
Идя теперь уже без спешки и при свете дня по аллее, ведущей к особняку, Максим имел возможность рассмотреть растительность, имеющуюся на территории. Вдоль дороги были высажены пальмы, а если посмотреть вглубь, то среди ухоженных зарослей можно было приметить небольшой фонтан со скульптурой обнаженного омеги. Меж пальм были высажены агавы и кактусы. Пока бета молча шагал по дороге, омега наслаждался. Аллея явно была посвящена растениям юга. В какой-то момент Максим даже остановился, чтобы охватить взглядом всю красоту здешней природы.