Мастер карнавала
Мария нажала кнопку на переговорном устройстве.
— Скажите, куда мне дальше ехать…
7
Отель «Линден» располагался в нескольких минутах ходьбы от места, где Хансаринг переходил в набережную Конрада Аденауэра, опоясывавшую изгиб Рейна. Это вселило в Фабеля надежду, что в Марии сохранилось присущее ей здравомыслие: расположение гостиницы давало ей возможность находиться в центре событий, не привлекая к себе внимания. Он велел таксисту подождать и быстрым шагом направился в вестибюль. Миловидная темноволосая девушка за стойкой приветливо ему улыбнулась, но, увидев удостоверение офицера полиции Гамбурга, тут же нахмурилась.
— Волноваться нет никаких оснований, — сразу поспешил он успокоить ее. — Я просто разыскиваю одну женщину. — Фабель показал ей фотографию Марии. — Вы ее видели?
Она снова нахмурилась.
— По-моему, нет… но на прошлой неделе я не работала. Я позову старшего смены.
Она исчезла за дверью и вернулась с юношей, который подозрительно оглядел Фабеля.
— Чем я могу вам помочь, герр?..
— Обер-комиссар Фабель, — улыбнулся детектив и снова показал свое удостоверение. — Я приехал из Гамбурга и разыскиваю эту женщину… — Он подождал, пока девушка передаст юноше фотографию. — Ее зовут Мария Клее. По имеющейся информации, она останавливалась в вашем отеле. Но могла зарегистрироваться под другим именем.
— А что она сделала?
— А я не понимаю, какое это имеет отношение к ответу на мой вопрос. — Фабель подался вперед и облокотился на стойку. — Так вы видели ее или нет?
Старший смены внимательно изучил фотографию.
— Да, видел. Но она выглядела не так, как здесь.
— В каком смысле?
— Она выехала пару недель назад. — Он что-то набрал на клавиатуре. — Да, точно, двадцать шестого. Но когда она выезжала, то волосы были коротко острижены и черные. И потом, одежда…
— И что с одеждой?
— Она всегда одевалась по-разному. Не в том смысле, что меняла наряды… Она меняла стиль одежды. То одевалась очень дорого, то — в какую-то бесформенную дешевку.
Фабель сразу сообразил, что речь шла о слежке. У нее была зацепка, и она ее разрабатывала.
— Что-нибудь еще? Она с кем-нибудь здесь встречалась?
— Об этом я ничего не знаю. Но видел, как она оставляла на нашей стоянке свою машину, а ее номер у нас не регистрировала. Мы чуть не увезли ее на эвакуаторе, но один из носильщиков вспомнил, что машина принадлежит ей. Я собирался с ней об этом поговорить, но не успел, поскольку она как раз выехала.
— А номер вы записали?
— Разумеется… — Не по годам важный начальник смены снова обратился к компьютеру и, написав что-то на листке, передал его Фабелю.
— Но этот номер начинается на «К», то есть он кёльнский. — Фабель еще раз взглянул на листок. — А что это была за машина?
— Дешевая и старая. По-моему, «ситроен».
— А вы не знаете, куда она направилась отсюда?
Старший смены пожал плечами. Фабель написал номер своего сотового на обратной стороне визитной карточки.
— Если вы снова ее увидите, тут же позвоните мне. Это очень важно!
Вернувшись в такси, Фабель снова достал список гостиниц Кёльна и постарался представить себя на месте Марии. Он решил, что она съехала из этого отеля, потому что зарегистрировалась под своим именем. Она попробует найти что-то еще, более неприметное. Он подался вперед и передал водителю список.
— Если бы вам надо было устроиться в гостиницу под чужим именем и расплатиться наличными, не вызывая вопросов, куда бы вы направились?
Водитель, размышляя, надул губы и через мгновение обвел ручкой три отеля.
— Думаю, в один из них.
— Хорошо. — Фабель откинулся на спинку сиденья. — Давайте начнем с ближайшего.
8
— Они останавливаются, — нарушил наконец-то молчание, показавшееся вечным, голос Бусленко. — Мы возле какого-то заброшенного заводского здания около котлована, или затопленной каменоломни, или чего-то в этом роде. Тут еще какая-то другая машина. Похоже на встречу.
— Ты видишь с кем? — сквозь треск статики послышался голос Ольги.
— Нет… не вижу. Мария, ты где?
— Я на А57 около Дормагена, двигаюсь на север. — Марии было явно не по себе. Как выяснилось, она ехала по тому же самому маршруту, что и в день, когда играла в кошки-мышки с Максимом Кушниром.
— Хорошо… — Бусленко размышлял вслух. — Ты доберешься минут через пятнадцать. Езжай по Привициальштрассе в сторону Дельховена до развилки, потом сверни налево, и увидишь проселочную дорогу. На ее обочине я и остановился. Моя машина — черная «ауди». Увидимся через пятнадцать минут.
— Договорились, — сказала Мария, чувствуя, что во рту пересохло.
— Ольга, — снова раздался голос Бусленко, — я собираюсь сходить посмотреть, с кем встречается Витренко.
— Подожди, Тарас. Лучше дождаться Марию. Думаю, что тебе надо связаться с местной полицией. Тогда мы его точно достанем.
— Мы сделаем по-моему. Все будет в порядке. Но я выключу рацию, пока буду отсутствовать. Не исключено, что Витренко расставил охрану.
— Будь осторожен, Тарас, — предупредила Мария и надавила на педаль газа. Наконец-то настал час икс, и с Витренко будет навсегда покончено.
Ольга, подсказывая Марии, куда ехать, помогла ей добраться до места, указанного Бусленко. Дороги стали уже, а дома встречались все реже. Тянулись поля, густые перелески из голых деревьев. Чернильная синева сумерек постепенно переросла в сплошную ночную мглу. Дождь прекратился.
— Я добралась до перекрестка на Привициальштрассе, — сообщила Мария. — Что дальше?
— Поверни направо и езжай прямо еще примерно с километр. Там ты должна увидеть проселочную дорогу, упомянутую Тарасом, где он спрятал машину.
Мария сначала проскочила проселочную дорогу, не заметив ее за густыми зарослями папоротников, и была вынуждена дать задний ход, чтобы вернуться. Метров через двадцать она нашла черную «ауди» Бусленко. Она вышла и тут же почувствовала, как на морозном воздухе ее начала бить дрожь, уже знакомая по прежним временам. В этой дороге и ночной мгле было нечто сродни дежа-вю.
— Я нашла машину, — сказала она в переговорное устройство, стараясь не шуметь, и заглянула в забрызганное каплями окно. — Но Бусленко здесь нет.
— Оставайся на месте и не шуми, — ответила Ольга. — Он просто еще не вернулся и наверняка скоро появится.
Мария посмотрела на часы. Речь шла о пятнадцати минутах. Она добралась за двенадцать. Мария увидела, что на пассажирском сиденье что-то лежит.
— Ольга… Он оставил переговорное устройство в машине.
Послышались разряды статики, и потом голос Ольги:
— Он предупредил, что будет сохранять радиомолчание.
— Разве было бы не лучше взять его с собой и выключить, а не оставлять здесь?
— Мария, не нервничай и просто дождись его.
Мария сунула свое переговорное устройство в карман и направилась обратно к дороге. Идти было трудно из-за разъезжавшейся под ногами грязи. Выбравшись на дорогу и стараясь держаться поближе к папоротнику, она осторожно осмотрелась, нет ли приближавшихся машин. Все было тихо, только на ветру негромко поскрипывали голые сучья деревьев. Она двинулась дальше и вскоре увидела открытое поле с каким-то строением, похожим на амбар. Возле него были припаркованы две машины. Мария снова почувствовала приступ тошноты, и сердце бешено забилось. Все здесь удивительно напоминало поле и сарай возле Куксхавена, где состоялась ее встреча с Витренко. Она смотрела на небо в тучах и голое зимнее поле, будто стараясь себя убедить, что она не вернулись в прошлое на машине времени. Никаких звезд на небе, никакой травы. Мария низко пригнулась и бегом направилась обратно к своей машине. Подбежав к ней, она залезла внутрь и, заперев дверцу, вцепилась руками в руль. Мария посмотрела на ключи, все еще висевшие на брелоке с логотипом автомагазина. Еще было не поздно повернуть ключ зажигания, дать задний ход и выехать на шоссе, ведущее в Гамбург. Она могла бросить все и начать сначала.