Не драконьте короля! Книга 3

– Я не хочу причинять вред своему народу. Драконы и так слишком много пережили, всем нам приходится скрываться, сдерживать силу… было сложно. До сих пор сложно. Но…
– Но тьма вернётся, – тихо закончила я. Тело сладко изнывало от прерванных поцелуев, которые невыносимо хотелось продолжить, но я пыталась унять реакцию тела. Интересно, с Максом сейчас то же самое? Поэтому он отвернулся? – Теперь, после того что узнала, понимаю, что она действительно не несёт зла. Но для меня всё ещё удивительно, что фейри не из нашего мира, – пробормотала я и покачала головой. – Падение Бриоля неизбежно после ухода фейри, но я не могу подвергать опасности остальной мир, сражаясь за народ, который даже не был коренным для этого мира.
  
– Я надеялся, что тьма ограничится тем, что сама принесла нам – малым народцем из Бриоля, но… тьма внутри источника магических существ – это уже предпоследняя стадия, – теперь Максимилиан взял рукописный дневник, открыв его ближе к концу. Мы вместе вчитались в строчки, точно описывающие то, что я сегодня увидела в заповеднике. Владыка отошёл, опершись о стол. – Я долго закрывал на это глаза, отказывался верить в угрозу тьмы, думал, что она лишь в окрестностях Бриоля, но если она добралась до живых существ Рамании… шанс, что пострадают не только фейри, увеличивается.
Мы замолчали. Каждый чувствовал себя виноватым за то, что плохо слышал собеседника.
– Надо же, мы пришли к компромиссу. Прогресс, – улыбнулась я.
Максимилиан ответил слабой улыбкой и схватился ладонями за столешницу.
– Нам нужно не противостоять тьме. Нам нужно искать, как укрепить магическую стабильность.
– Мы с Элаем пришли к такому же выводу, – кивнула я, нахмурившись. – Но так и не поняли, как это осуществить.
– Разгадку следует искать у эльфов и их загадочного артефакта. Я соберу Совет магов.
– Хочешь сказать, что если эльфы отгородились от магии нашего мира, то…
– То этот артефакт способен оградить наш мир от внешнего воздействия, – с улыбкой подтвердил Максимилиан. – Но времени мало. Нужно поторопиться. Я попробую договориться о посольстве из Рамании в Элерию. У них остался один действующий портал, но мы должны попасть туда уже с полной информацией об артефакте, чтобы знать, о чём говорить и что искать.
– Тогда я найду бабушку и всё ей расскажу.
– Твоё содействие существенно сократило бы процесс переговоров с гномами, – сказал Максимилиан. – Собирать посольство, делать публичный запрос в архив, пройти все бюрократические круги… боюсь, что не хочу терять на это время.
– Поняла, – кивнула я. – Бабушка меня послушает, хотя она могла услышать и тебя.
– Она скорее отправила бы меня к своему королю, – поморщился Максимилиан, и я улыбнулась.
Пожалуй, леди Энштепс бы так и сделала. В этом вся она.
Мы застыли напротив друг друга. Так многое хотелось сказать, но так страшно… тем более мы оба не имели права на откровенность, пока на мне браслет.
– Доброго дня, ваше величество.
Я сделала книксен и развернулась. Когда уже почти вышла, мне вслед донеслось:
– До встречи в академии, Купава.
До встречи. Вздохнув, я вышла в библиотеку – дверь за мной беззвучно закрылась, отрезая от Максимилиана Раманского. Почему мой фокус внимания так сдвинулся? Почему вместо того, чтобы думать о спасении мира, я думаю исключительно о своих чувствах к одному мужчине?
– А вот в наше время девушки с мужчинами не запирались в отдельной комнате, – услышала я едкий, незнакомый голос.
Максимилиан Раманский
– Она ко мне неравнодушна, – пробормотал я, едва Купава вышла. – И почему мне это так нравится?
– Уже сам с собой разговариваешь? – хмыкнули позади, и через запасной вход в тайную комнату вошёл Илиас.
– Напомни мне забрать у тебя доступ сюда, – задумчиво протянул я, продолжая смотреть на закрытую дверь, через которую вышла Купава.
С каких пор мне стали важны чувства Купавы? Я желал не просто жениться на ней, я отчаянно искал её расположения, хотел, чтобы в ней вспыхнули чувства. Ведь смотреть, как такая девушка, как Купава Даорг, целеустремлённая, умная и своевольная, сгорает в том же пламени, что и я, – бесценно.
А гореть в этом пламени вместе… пожалуй, это стало моим наваждением.
Она изменила меня. Когда прибыл в Бриоль, единственное, чего я точно не думал найти, – это брака по любви. Договорённость – казалось, всё то, что мне нужно, но с какой секунды бриольская принцесса стала волновать меня? Я уже и сам не мог назвать точный миг, когда это произошло, но казалось, что она вечно присутствовала в моей жизни.
– Думаю, Айрис именно та, кто вам подходит, – провозгласил Илиас, даже не догадываясь, о чём я думаю. – Вы правы: я уже три вечера наблюдал за ней – девушка почти влюблена. Это можно считать победой!
– Илиас, я не собирался искать расположения Айрис и не просил тебя наблюдать за ней, – сказал несколько изумлённо. – И ты ошибаешься: Айрис в меня не влюблена. Невозможно влюбиться за несколько вечеров.
Впрочем, может, я так и влюбился в Бриольскую принцессу? Нет, это случилось не в Бриоле. В Рамании. Не могу сказать, в какой точно момент. Сначала был интерес, затем веселье, далее – влечение и потом ревность. Меня накрывало волнами различных чувств, и вскоре я понял, что уже тону в целом океане.
– Вы хотите сказать, что говорили о Купаве Даорг? – ответил мне с неменьшим удивлением наставник.
Я уверенно кивнул.
– Подслушивать нехорошо, Илиас. Айрис, бесспорно, хороша, – кивнул я и грустно улыбнулся, – но не та, кто мне нужна.
– Разве? Мне казалось, что вам нужна та, что будет сидеть дома и рожать детей.
Я поморщился. Как сейчас перед глазами стояло рассерженное лицо бриольской принцессы, которая поставила мне эти слова в упрёк. Теперь самому от них тошно. Я уже не представлял своей жизни без неугомонной принцессы, которой всегда нужно соответствовать. Она держит меня в напряжении, с ней приходится постоянно решать какие-то вопросы, при этом без тревоги, потому что уверенность мне дарит её присутствие. Рядом с ней возникает ощущение, что могу свернуть горы. Я и раньше был в себе уверен, но теперь… как бы не стать заносчивым.
– Хоть ты не напоминай, – отозвался я и подошёл к креслу, опустившись и положив ногу на ногу, постучал пальцами по подлокотнику. – Айрис мне не подходит. Мне с ней до безумия скучно. Хочется зевать.
– Максимилиан, – вздохнул Илиас и сел напротив, – я тебя окончательно не понимаю! Одна хочет брака с тобой, а вторая – бежит от тебя… неужели всё дело в инстинкте охотника?
– Илиас, Купава не бежит от меня, – покачал я головой и вздохнул. – Видишь ли, они с Айрис разные. Айрис – словно застывшая во времени чудесная статуя, которой можно любоваться в не менее прекрасном саду, но она сама никогда не изменится, всегда будет всё такой же – ласковой, доброй, верной при должном уходе. А Купава… она – лес. Растёт, ломается, меняется. Мне интересно наблюдать за её изменениями, она не боится признавать свои ошибки и при этом всегда куда-то стремится. Она не нуждается в уходе, она сама способна позаботиться о себе. И знаешь, что я понял? У меня нет времени ухаживать за статуей, лучше буду прогуливаться по лесу, наслаждаясь его динамичной красотой.
– Лес слишком неизведанный, чтобы предпочесть его.
– Любоваться каждый день статуей не в моей натуре, Илиас. И я понял это только рядом с Купавой. Последние полгода были лучшими в моей жизни. И знаешь, что самое удивительное, Илиас?
– В этой истории для меня всё удивительно, – раздражённо отозвался наставник.
  
Я же спокойно улыбнулся.
– Я хочу детей только от Купавы. Хочу, чтобы эта прекрасная женщина стала матерью моих детей. И никто иной, Илиас.
– Тогда тебе нужно поторопиться, ведь твой дракон всё чаще выходит из-под контроля. Ты хочешь, чтобы пламя тебя уничтожило?
– Не успеет. Купаве нужен я, и мы оба об этом знаем. Просто ей нужно было немного ревности, и сегодня я окончательно в этом убедился.