Герой по найму (СИ)
Все замерли в ожидании. Сейчас судьба подводного города будет решена. И всякое решение станет окончательным. Морской уже не отступит от данного слова, такой у него был характер.
— Значиц-ц-ц-а так! — громовым голосом начал царь. — Торжественно объявляю, что с моими заданиями ты справился! Опустить его вниз!
Цепи звякнули, и Игги рухнул на холодные плиты, но он не роптал, нет. Он был доволен.
— Ожерелье твое, делай с ним, что душе угодно. Но есть одно условие — никогда, слышишь, никогда больше не приближайся к моему городу! Увижу — повешу! И еще у меня будет к тебе одно поручение, добрый молодец. Пленники теперь свободны, но те, кто решат остаться и служить мне за злато, вернутся в свои дома. Остальных же ты лично проводишь к царю Громославу! Пусть принимает новых подданных!..
* * *
В Велиграде жизнь текла своим чередом.
Первым выполнил поручение певец Елисей. В один прекрасный день он просто пришел к царю и доложил, что ни крыс, ни мышей в городе не осталось. Чтобы не получилось, как в прошлый раз, с собой он привел сотню свидетелей. Громослав отправил своих слуг для проверки, и те вскоре вернулись, растерянно разводя руками, мол, правда, всех извел… но как, непонятно.
Пришлось признать, что и второе поручение выполнено. Осталось ждать третьего, а пока нечего топтать грязными лаптями чистые полы терема.
Елисей пожал плечами и удалился. Был он мрачен и недоволен собой, и это Громослава насторожило. Что-то не так с этим народным певцом, это было видно невооруженным глазом. Требовалось разобраться!..
Вторам явился Святополк и заявил, что можно принимать испытание. Громослав под руку с Веселиной прошлись по новому дворцу, восхищенно прицокивая языками. Царевне нравилось здесь все, хотя виду она не подавала, наоборот, хмурила лицо и отворачивалась, когда видела особо красивые вещи.
Зато Громослав был щедр на похвалы. Он даже подумал было, не переехать ли самому в новый дом, но потом решил, что его терем все же попривычнее будет, а молодым лучше жить в свежепостроенном, с иголочки, дворце.
— А в этой комнате нужник устроен по новому принципу! — громко похвастался Святополк.
Веселина чуть не поперхнулась семечкой от подобных откровений, а вот царь заинтересовался.
— Ну-ка, ну-ка покажи-ка! И что вот прямо на этот… хм… трон садиться требуется?
— Да, подобное устройство называется «ватерклозет». Его мне устроил один заморский архитектор, который украл проект в Галлии. В это углубление камни горячие кладу, чтобы зимой тепло было! А вот эту веревочку надо дернуть, польется водица и все смоет, чего тут быть не должно более! А внизу золотарь уберет и почистит. До двора ходить не нужно!
— Очень удобно! Пожалуй, прикажу и в царском тереме подобную комнату соорудить!..
В зал вбежали несколько слуг, вид у них был весьма взлохмаченный.
— Царь, царь! Там такое! Вам нужно это видеть!
Громослав нахмурился. Сюрпризов он не любил.
Царская карета ждала прямо возле ступеней. Богатыри из дружины охраняли Громослава и Веселину от надоедливых просителей и фанатов.
Часть Велиграда карета промчала, не снижая скорости, ну а потом пришлось притормозить. Дальше проезда не было, все улицы перегородила толпа, которая только росла. И все же до царского терема они пробились, и то ладно. Негоже Громославу говорить с людьми, находясь с ними на одном уровне, всегда требуется быть выше, поэтому он тут же вышел на балкон — отсюда и видно хорошо, и никто со спины не подкрадется.
— Докладывайте, что происходит! — приказал он, но тут же увидел, что по центральной улице неспешно едут телега и повозка.
Первой правил огромный крестьянин в коротковатой кольчуге, а второй — местный богатырь, Джуба, кажется. Сбоку на лошади ехал неказистый сынок боярина Крива, последний оставшийся претендент на руку царевны.
А вот за ними шли люди: мужчины, женщины, дети. Были они бледными, чуть растерянно глазели по сторонам, словно давным-давно не видели ничего подобного. И было их много, очень много…
Процессия остановилась на площади, прямо под царским балконом, вперед выехал Кудр, спрыгнул с лошади и низко поклонился Громославу.
— Царь! Я выполнил твой приказ! Я добыл ожерелье Морского царя!
Он раскрыл небольшую деревянную коробочку и на солнце ярко блеснули жемчужины. Громослав понял, что тут все без обмана, других таких не сыскать на всем белом свете. Глаза у него заблестели, но оставался еще один вопрос:
— А что за люди с тобой?
На этот раз ответил ему Джуба, причем, сделал это, не слезая со своей повозки:
— То твои новые подданные, о великий царь! Принимай!
Глава двадцать вторая. ДАЖЕ ГЕРОЯМ ИНОГДА ТРЕБУЕТСЯ ПЕРЕДЫШКА
Уже целую седмицу Джуба валялся дома в постели, практически не вставая, разве что дабы спуститься вниз, зацепить там на кухне отрез бараньей ноги, да пару бутылок вина, и быстро подняться обратно в свою комнату.
Прочая же территория его дома были оккупирована наглыми захватчиками… точнее, захватчицей.
Сказать, что Мика отстала от него, когда все бывшие пленники благополучно добрались до Велиграда, значит, соврать. Каким-то неведомым образом она захватила единственную гостевую спальню в его тереме и съезжать, судя по всему, не собиралась.
А нервов от нее Игги потерял уже целую телегу.
Мика ворчала по любому поводу. Ей не нравилось все: неухоженный дом — и это, несмотря на все старания Дубыни, который привел жилище в идеальное состояние, отсутствие элементарных удобств*, городские цены**, характер Джубы и многое-многое другое.
*Слух о ватерклозете, установленном во Дворце для новобрачных, как теперь стали называть дом, отстроенный Святополком, стремительно разлетелся по всему городу. И теперь каждая матрона требовала от своего благоверного устроить подобное и у них. Услуги заморского архитектора были просто нарасхват. Он быстро разбогател, начал есть много красного мяса и запивать его вином. Через год умер. Завистники зарезали.
**Из своего кармана она пока не заплатила ни единой медной монеты, но это ничего не меняло в ее антипатии к местным расценкам.
Но, вот странное дело, гнать ее из дома Игги не хотел. Он просто прятался в своей комнате, стараясь не попадаться Мике на глаза, так ему было проще.
Девушке побег из подводного царства пошел на пользу. Она чуть загорела, стала еще более стремительна в движениях, но между тем, изрядно похорошела: талию можно было обхватить двумя ладонями, пышная грива волос облаком неслась за ней следом, а стройности ног позавидовала бы лесная лань. В общем, свежий воздух и свобода делали ее с каждым днем все краше и краше! Но характер — боги упаси!
Была и еще одна большая проблема — царь Громослав.
Как оказалось, требование Морского доставить людей прямиком до столицы было выставлено неспроста. Вроде бы, все хорошо, новые подданные прибыли, ура!
Но нет. Подданные-то без гроша в кармане, без жилья, без работы. И куда их девать? Чем кормить? Где селить?
Все вопросы приходилось решать за счет царской казны, а Громослав жуть как не любил тратиться понапрасну. Те деньги, что он сумел заработать на испытаниях, стремительно таяли. И с каждым потраченным золотым Громослав мрачнел все больше и больше. Но и не помочь своим новым подданным царь не мог — народ бы не понял. А когда народ чего-то не понимает, царский терем может загореться в любой момент, несмотря на надежную охрану.
В общем, устроил Джуба царю сложностей, не счесть. И то, что испытание выполнили и ожерелье отдали лично в руки, роли уже не сыграло.
Царь был зол, недоволен и винил во всем исключительно Джубу. По этой причине тот и не выходил из дому, выжидая, пока все не уляжется и царь про него не позабудет.
Зато Кудр стал новым городским героем. Еще после первого испытания его начали узнавать, а уж теперь и подавно. Все считали, что это именно он обхитрил Морского царя и дал свободу пленникам. А те, кто знал правду, помалкивали.