Принцип войны. Том 2 (СИ)

Нет, скорее всего, это кто-то из окружения Бориса Даниловича. Ха, нетрудно догадаться: Мисяй или Невзор. Начальник СБ опасный и злопамятный тип, но я бы подумал на архата. Именно он видел, каким магическим оружием я владею, и, конечно, захотел его прибрать к своим рукам. Только вот кто кого использует? Невзор Демидова или наоборот?»
Я не собираюсь скрываться. Мне сейчас важно расшевелить это паучье гнездо, чтобы предоставить своему тестю неопровержимые улики, каких змеюк он пригрел на груди.
Мимо промелькнул дорожный указатель с надписью «Имение Волоцких» и со стрелкой, показывающей, что поворот к нему будет через двести метров. За время моего отсутствия подрядчик значительно расширил полосу, чтобы по ней в обе стороны могли спокойно проехать два большегрузных автомобиля, а заодно позаботился и об освещении дороги. 
Водитель подогнал тачку к решетчатым воротам и сразу развернулся, не теряя времени. Я расплатился с ним, забрал сумку и вышел наружу. Глубоко вдохнул в себя весеннюю прель леса, внимательно осмотрелся. Неплохо здесь «Альянц» развернулся. Предприимчивые немцы расчистили и оборудовали большую площадку для грузовых машин и легковых автомобилей, сохранив при этом большую часть соснового леса. Я насчитал пять фур и несколько легковушек. Значит, гостиница функционирует, клиентов хватает, и этот факт очень радовал. Конечно, я мечтал о более спокойном родовом гнезде в тишине и уюте леса, но сейчас нужны деньги. Потом надо в банк заглянуть, проверить счета и перспективы обсудить. Вряд ли я сюда вернусь в течение двух-трех лет. 
Из сторожки, через которую можно попасть на территорию имения, настороженно выглянул парень в синей униформе с шевроном охранной компании. Его рука скользнула к бедру, к висящей на ремнях кобуре. Щелкнул клапан. Бдит стража — и это хорошо. 
Я узнал охранника. Он был одним из первых нанятых мною, как и Захар. Имя парня запамятовал, а вот позывной его помню. Кузнечик. Это из-за его походки. Когда быстро передвигается, смешно подпрыгивает. 
— Господин Волоцкий? — меня тоже признали, надо же. Стоит, зубы скалит в радостной улыбке. — А мы вас не ждали….
Он с трудом подавил зевок.
— Дрых, боец? — усмехнулся я. 
— Да как можно? — натурально возмутился Кузнечик. — Мне хорошее жалование платят, зачем же себе в ногу стрелять? И командир не дает уснуть. Каждый час отчет требует по рации. Дежурный смены обязательно отмечает в журнале, ответил КПП или нет. 
— Неплохо Захар службу поставил, — я расслабился и хлопнул Кузнечика по плечу. — Пропустишь хозяина домой или будешь морозить на пороге?
Охранники кивнул и попросил меня пройти через коридор сторожки, чтобы не разблокировать ворота, поставленные на магическую защиту. По инструкции она снята с восьми утра до десяти вечера, потому что в это время приличный людской поток. Иногда до сотни машин в сутки доходит. Кто-то остается ночевать, но большинство просто перекусить хочет. Давно уже слух идет, что в здесь хорошо кормят. 
Не иначе немцы рекламу запустили, вот народ в любопытстве своем и клюет. 
Я кивнул Кузнечику на прощание и направился к особняку. Парадная лестница полностью отходила к хозяйскому крылу здания, а вход в гостиницу располагался в другом месте, с торца. Там даже неоновая вывеска на фасаде светится, специально для приезжих. 
Не успел дойти до лестницы, а навстречу выскочил Захар Хомяков. Он настолько торопился, что просто накинул теплый бушлат на плечи. Крепкая рука десятника сжала мою ладонь. 
— Ну, наконец-то! — пробасил Захар. — Мы с Федором еще вчера тебя ждали, уже волноваться стали. Александра Федоровна позвонила отцу, предупредила о твоем приезде, — он хитро прищурился. — Посидели за бутылкой беленькой, обмозговали и пришли к мнению, что дело какое-то появилось. С чего бы в одиночку раскатывать?
— На могилку к своему наставнику приехал, — я не стал раскрывать свои планы, перед Захаром. Сейчас осторожнее надо быть. — Он умер недавно, только из письма его родственницы узнал. 
— Вона как, — потер переносицу Захар. — Сочувствую. Уже навестил?
 
— Навестил. Потом у Щербатовых переночевал да сюда рванул. Осмотрю хозяйство, раз приехал. Без меня расслабились, наверное? 
Я вспомнил о странном «орионе», ехавшим за нами и попросил Захара послать ребят на машине проверить дорогу до поворота, и коротко рассказал о своих сомнениях. Десятник уверил меня, что сейчас же осмотрит ближайшие окрестности. Мало ли какие гости могут наведаться сюда вслед за хозяином имения. Конечно, тут место проходимое, народу много бывает, и чтобы проследить за особняком, даже таиться не надо. Поэтому лучше подстраховаться и заодно усилить ночную охрану. 
К этому времени проснулся Федор, которого я крепко обнял, встретив его на пороге дома. На лице Громова резче проявились морщины, подобно сеточке рек на топографической карте, раскинувшиеся на лбу и щеках, теряясь в густой короткой бороде. Слегка осунувшееся лицо Федора говорило о таящихся в глубине души тревоге и беспокойстве за свою дочь, но плечи свои он молодцевато развернул. Дескать, пустяки, со мой все в порядке! 
В целом отец Алики выглядел бодренько. Он подождал, когда я переоденусь и сразу же потащил меня осматривать хозяйство. Отмахнулся от вопроса, а как же завтрак. Видать, очень был рад моему возвращению. В Федоре сразу проснулись повадки лесника. Он с гордостью демонстрировал хозяйство, в котором навел порядок. Парковая зона под его неусыпным вниманием приобрела вид настоящего ухоженного места, где можно отдохнуть и приятно провести время. 
— Построили две больших беседки, — Громов махнул в сторону ажурных остекленных построек, мелькающих между деревьями. — Пришлось поругаться с Бюловым. Чертов бюргер хочет видеть парк в состоянии стерильной чистоты. Асфальтовые дорожки, скамейки на каждом шагу… Тьфу! Человек, может, мечтает на лужайке поваляться, босыми ногами потоптаться по травке, по шишкам…
— Скучаешь по тайге? — понятливо улыбнулся я, неторопливо шагая вглубь парка по одной из этих дорожек. 
— Тяжело менять образ жизни, — потер щеку Федор. — Но, как понимаю, обратного хода нет. Можно и здесь устроиться. Вот вернешься, я в леса уйду, буду твои владения от браконьеров защищать. 
— Учту, — хлопнул по плечу Громова и поинтересовался: — В последнее время ничего подозрительного не замечали? Может, кто-то спрашивал про меня, про учебу в кадетском училище, про моих друзей? 
— Конечно, не мое дело учить хозяина дела вести, — Федор нахмурился. — Зря ты затеял дело с гостиницей. Понимаю, такому дому без дела стоять — деньги на ветер. Народу всякого разного здесь крутится, устал приглядывать. У каждого своя мера дозволенности. Кто понимает, что нельзя лезть в чужой огород, а кто-то до ужаса любопытен. Я Захара предупредил, но у него людей не хватает за всем следить.
— Он ничего мне не говорил. 
— Скажет еще, когда осмотришься, — усмехнулся Федор. Он неторопливо, как и я, вышагивал по дорожке, вслушиваясь в звонкий галдеж воробьиных стай и стрекот любопытных сорок. Потом прервал свое молчание: — Были здесь месяц назад странные людишки. Приехали на внедорожнике, номера заляпаны. Думаю, специально грязью замазали, чтобы скрыть губернские номера. Не торгуевские это были, точно. Откуда-то издалека. Что-то начали у охраны выспрашивать, но были посланы… вежливо. В ресторан. Голодные с дороги, небось. 
— Что именно хотели узнать?
— Кто хозяин особняка, можно ли с ним поговорить. Или дать контакты людей, связанных с ним. Якобы, хотят какой-то совместный коммерческий проект предложить. Сам понимаешь, в наше крыло они соваться не стали, испугались Захаркиных ребят. Выпили по чашке кофе и свалили. С тех пор любопытных не было. 
— Ясно, — призадумался я. — Могли это быть люди Демидова?
— Точно — нет, — уверенно ответил Громов. — Никого из них не узнал. Сам-то я в тот момент неподалеку крутился, своими делами занимался. Этих парней никогда не видел. 
— Будь осторожнее, — решил напомнить я. — Скоро начинается археологический сезон, демидовские приедут.