Принцип войны. Том 2 (СИ)

— Я вас понял, графиня, — прерываю, наконец, молчание. — В мои планы вмешались люди, наделенные властью и силой. Не знаю, какую цель они преследуют, связывая меня по рукам и ногам многоженством, но одно знаю точно: девчонки у меня подобрались боевые. Еще неизвестно, кто кем вертеть будет: Елизаров мною, или наоборот. 
— Для молодого и перспективного боярина похвальна настойчивость и уверенность, — улыбнулась Комаровская. — Лишь бы он не впал в благодушие. А для этого одна вредная старуха постарается вложить в его голову некоторые знания. Они пригодятся в будущем. 
— Был бы весьма признателен. 
— Может, для начала полистаем семейный альбом? — графиня встала из-за стола. — Расскажу несколько забавных историй, связанных с Федей…. Даже странно, что детские воспоминания не стерлись из памяти. Одно хорошо: Баба-Яга в это самое детство не впала. Хе-хе! 
Забавная она, графиня Комаровская. 
* * *
Где-то под ухом мерзко запиликал телефон. Рука машинально дернулась, сметая с журнального столика пустые бутылки в поисках нахального аппарата. Ковер, раскинувшийся на половину гостиной, погасил их падение и не дал разлететься вдребезги. 
— Да где ты есть, проклятый? — прорычал мужчина, продолжая шарить рукой по поверхности столика. 
Телефон еще раз провыл мерзкой трелью и замолчал. 
— Да и черт с тобой! — умиротворенно произнес лежащий и снова уткнулся в продавленную подушку. Он уже был готов отдаться зыбкому сны, но громкий стук в дверь окончательно разбудил мужчину. 
Скинув ноги на пушистый ковер, Кондрат с интересом посмотрел на них. Один носок куда-то благополучно затерялся, а второй был на месте — темно-серый, в полоску. Помятая рубашка, задранная штанина брюк, все это навевало на грустные мысли. Попойка опять вышла из-под контроля, и две барышни, приглашенные в гости, помахали ручкой, не захотев остаться в этой неприглядной норе. Боже, до чего же он докатился!
Лицын встал и пошатнулся. Его едва не кинуло обратно на диван. Еле удержался, схватился за голову, посылая с кончиков пальцев небольшую порции энергии в точки, которые могли помочь преодолеть мерзкое ощущение зыбкости. Но магия не любит, когда невероятное количество алкоголя мешает ее работе. Почему же не очистил организм во время гулянки? А не хотел! Жрать водку, шампанское и вино, чтобы потом быть как стеклышко? Пф! Недостойно гусара!
Остановившись перед зеркалом в прихожей, Кондрат фыркнул, оглядывая себя. Ну и рожа! Трехдневная щетина, впалые щеки, злой блеск глаз и эта чертова седая прядка, появившаяся после дуэли с Волоцким! Скажите на милость, она-то отчего появилась? Как будто в ледяные пещеры Нави заглянул, с Велесом повстречался. 
Он поморщился от непрекращающихся стуков в дверь. Мелькнула запоздалая мысль, каким образом ему удалось закрыться, если совершенно не помнил, как девицы покинули его нору?
— Да открываю! — рявкнул Лицын, отчего в висках застучали противные молоточки. 
На лестничной клетке стояли двое громил с такими одинаковыми и неприглядными лицами, что пару минут бретер с интересом переводил взгляд с одного на другого. 
— Вы близнецы, что ли? — спросил он. 
— Господин Лицын? — без выражения спросил тот, что справа, с сильно выпячивающейся челюстью. Пожалуй, только этим громилы и отличались. 
— Допустим, и что? Чем обязан? 
Дальше произошло неожиданное. Один из незнакомцев шагнул вперед и мощным плечом оттер Кондрата в сторону, да так, что он отлетел к гардеробному шкафу. 
— Эй, полегче! — вызверился молодой мужчина. — Ты куда поперся?
Обидчик и в самом деле неторопливо зашагал в гостиную, потом заглянул поочередно на кухню, в спальню, в ванную комнату, туалет. Второй стоял рядом, крепко вцепившись в плечо бретера, не давая ему сдвинуться с места. 
— Все чисто, — сказал напарник и вытащил из внутреннего кармана куртки небольшую рацию и продублировал эти же слова в нее. 
— Парни, вам лучше сказать, что происходит, — напомнил Лицын, со злостью сбрасывая с плеча лапу громилы. 
 
— Пройдите в гостиную, сударь, — пробурчал тот, что с выпяченной челюстью. 
Бретер не успел открыть рот, как увидел входящего в его квартиру личность, которую очень хорошо знали в России. Нет, это был не император, тьфу-тьфу, избавь от такого знакомства! Елизаров собственной персоной, постукивая элегантной тростью по метлахской плитке, выложенной в подъезде, появился в проеме и сделал шаг, оказавшись в прихожей. А следом — еще один человек в коричневом демисезонном пальто, лицо которого смутно напоминало одного важного чиновника из силовых структур. Где-то и когда-то он его видел. Но сейчас, когда похмелье рвет глотку сухостью и стучит барабанами в голове, трудно вспомнить. 
— Какие люди! — не удержался Лицын. — Чем обязан, господа?
— Может, нам стоит все же пройти в более подходящее место для беседы? — с усмешкой поинтересовался Елизаров. — Бойцы, подождите снаружи. 
Лицын недоумевал, для чего ближний советник императора и силовик появились в его холостяцкой берлоге, сохранившей следы вчерашней попойки, запахи табака и вина. Неудивительно, что мужчины, даже не скрывая своего изумления и отвращения, поморщились. 
— Ну и дыра. Нанял бы горничную, что ли, — проворчал незнакомый мужик, оглядываясь в поисках подходящего места чтобы присесть. 
— Извините, судари, — развел руки в сторону и глумливо поклонившись, ответил Лицын. — Моя берлога. Как хочу, так и живу. 
— Хреново ты живешь, Кондрат Михайлович, — обронил мужик в пальто, и сев в единственно кресло, закинул ногу на ногу. 
— А вы кто, собственно? — бретер никак не мог вспомнить личность этого гостя, поэтому и злился. Память как отшибло. 
— Князь Залесский. Глава Палаты Безопасности и по совместительству — Службы Контроля. 
— Ох ты, черт… Прошу прощения, Ваша Светлость, — Лицын подобрался, но в глазах его не было ни капли раскаяния.
— Ну, с чертом меня еще не сравнивали, — усмехнулся Залесский и раскинул мешающие ему полы пальто. Потом приподнял руку, быстрыми движениями нарисовал в воздухе невидимую руну — и сразу на плечи навалилась тяжесть. 
Бретер поморщился. Сейчас любая магия — а полковник СК сотворил «купол тишины» — вызывала у него страдания, пусть в голове и прекратилась работа кузнечных молотов. 
— Чем обязан, господа? 
— Мы хотели с вами поговорить, Кондрат Михайлович, — пояснил Елизаров, пристроившись на широком подоконнике. — Знали бы, как нам долго пришлось искать вас после выписки из больницы. Даже заволновались. А вы в берлогу спрятались…
— Хорошая квартира, — обиделся почему-то Лицын. — Доходные дома купца Хрущева отличаются сравнительной дешевизной съема. Да, не блеск, но жить можно. 
— А можете жить лучше, — Елизаров покрутил трость в руке. — Нам известно, как живется бастардам, не имеющим хоть какую-то поддержку от родителя. Вы же перебиваетесь единичными заказами от господина Измайлова. После дуэли с Волоцким вы мгновенно оказались на мели. 
— Не темните, Матвей Александрович! — нахмурился Лицын. — Вам что-то понадобилось от меня? Сразу говорю: делишки от Палаты Безопасности не приемлю! Агентом или шпионом становиться не буду!
— Вы плохо представляете работу ПБ, — Залесского, кажется, развлекал этот разговор. — Точнее, совсем не представляете.
— Куда мне! — Лицын, не обращая внимания на гостей, заглянул в холодильник и достал оттуда бутылку минеральной «Пятигорской». Резким движением скрутил крышку и с наслаждением стал пить ледяную воду. 
Елизаров смотрел на него с усмешкой, словно ожидал, когда бретер поперхнется. Но не дождался. Лицын ополовинил бутылку и с невероятным наслаждением рухнул на диван. 
— Теперь можно и поговорить, — выдохнул он. 
— Никакого почтения к титулам, — советник подмигнул Залесскому. — И ведь чувствует, шельмец, что никто не собирается перчатку в лицо кидать. 
— Ко мне в дом заявились такие гости только с желанием спровоцировать скандал? — фыркнул Лицын. — Не поверю в столь удивительный случай. Здесь что-то другое, весьма важное… Я ведь прав, Ваша Светлость?