Люди в Стеклянном Доме (ЛП)

В настоящее время она руководила новой компанией, ранее известной как Спунер Технолоджис. Таггерт Спунер, опальный и недавно уволенный генеральный директор, был заперт в парапсихологической больнице для душевнобольных преступников. Она не виновата в его безумие — он сделал это сам, проводя эксперименты с машиной «Вортекс» на себе — но она сыграла важную роль в его падении и аресте. Она провернула это, будучи его помощником по административным вопросам, женщина, которую никто не замечает.
Ее первым шагом было манипулировать советом директоров, чтобы он назначил Уолтера Уиллоуби генеральным директором. Не ожидавший этого Уиллоуби все еще пытался приспособиться к своему внезапному переходу с должности менеджера среднего звена в отделе доставки до высших эшелонов власти. Он полагался на Мелоди, которая направляла каждое его движение.
Благодаря своему таланту к стратегии теперь она фактически руководила одной из самых передовых технологических компаний в четырех городах-государствах. У нее был доступ к передовым лабораториям и исследователям фирмы. Она занималась созданием сверхсекретного отдела — «черного ящика», чтобы возобновить исследования машины «Вортекс».
Ей не следовало отвлекаться на дневник тети. Еще пару месяцев назад она даже не подозревала об этом, но тогда она почти ничего не знала о своей тете. Агнес Уиллард поместили в психушку, когда ей было чуть больше двадцати. Она умерла недавно, тихо и незаметно, забытая большей частью семьи. Ее делами ведал бескорыстный, назначенный судом душеприказчик, который отправил дневник вместе с некоторыми другими мелочами, включая некий желтый кристалл, единственной наследнице, которую удалось найти, — Мелоди Палантин.
По большей части дневник оказался скучным. Страница за страницей была забита записями галлюцинаций и подробными отчетами о снах. Но записи, относящиеся к экспериментам, проведенным ее эксцентричным братом Найджелом Уиллардом, теперь доставляли Мелоди немало бессонных ночей.
Найджел уже давно был мертв, но интуиция подсказала ей найти двух младенцев, матери которых подверглись эксперименту. Она наконец нашла взрослых сестер Гриффин и была ошеломлена, обнаружив, что они не только живы, но и явно стабильны.
К облегчению Мелоди, не было никаких внешних признаков того, что Молли и Леона Гриффин владели не одним талантом, но она хотела убедиться, что старые эксперименты не увенчались успехом. На карту было поставлено очень многое.
Сама она была одной из исчезающих троек, способных справиться со своими многочисленными талантами. Она скрывала два из трех, с тех пор, как в подростковом возрасте они открылись. Она была такой же стабильной, как и ее пресловутый предок Винсент Ли Вэнс, могущественный триоталант, который сто лет назад возглавил единственное вооруженное восстание на Хармони.
Вэнс был убежден, что ему суждено командовать четырьмя городами-государствами. Дела у него шли не очень хорошо. В конце концов, он и его культ последователей были сокрушены Гильдией охотников за привидениями и разозленными гражданами, которые не разделяли его видение.
Вэнс потерпел неудачу, потому что не понимал, что истинная сила заключается в контроле над технологиями и жизненно важными ресурсами, которые позволяют современной цивилизации существовать. Для достижения этой цели не нужны были оружие и солдаты. Ладно, изредка маг-рез был полезен. Но, вообще говоря, она предпочитала полагаться на манипуляции и стратегию.
У нее было предназначение, и она была полна решимости его осуществить. Но пока она шла к цели, она намеревалась убедиться, что у нее нет серьезных конкурентов. Если эксперименты Уилларда над сестрами Гриффин оказались успешными, если его протокол привел к появлению сильных, стабильных двойных или даже тройных талантов, ей нужно было это знать.
Она была полностью поглощена собственными исследованиями по усовершенствованию, в которых основное внимание уделялось старой машине Вортекс. К сожалению, Вортекс по-прежнему вызывал серьезные и опасные побочные эффекты. Ей нужно было знать, придумал ли Уиллард что-то, что она могла бы использовать для повышения стабильности. В настоящее время Вортекс производит нестабильных монстров, которых необходимо уничтожить, если они не самоуничтожатся, как ее бывший босс.
  
Она поднялась на ноги, взяла желтый кристалл и подошла к окну своего кабинета. Сумерки опускались на Фриквенси Сити. Зажигался свет. В центре современного городского пейзажа начали светиться массивные стены и высокие шпили древнего Мертвого города.
Пора идти домой, в свою квартиру. Она возьмет еду на вынос и выпьет пару бокалов вина. Но после декомпрессии она вернулась к работе. Ей нужен новый план.
Молли, вероятно, была в лучшем случае двуталантом, но не особенно сильным. Она была просто еще одним настройщиком кристаллов, который параллельно проводил терапию сновидений. Поскольку для работы она использовала кристаллы, ее способность к терапии могла быть просто побочным эффектом ее основного таланта. Даже если у нее два таланта, это не делало ее уникальной. Двуталанты — не обычное явление, но и не такая уж редкость.
Остались вопросы по ее сестре.
Мелоди закрыла дверь своего кабинета и пошла к лифтам. Леона Гриффин могла бы быть обычным пара-археологом с обычным талантом. Или нет. Вопрос требовал ответа.
Если у вас предназначение, которое нужно выполнить, нужно уничтожить конкурентов, прежде чем они наберут силы.
  
Глава 53
 
Телефон Молли зазвонил, и она проснулась от дрожащего прилива энергии. Ночные телефонные звонки, как правило, попадали в одну из двух категорий: чрезвычайная ситуация в молодежном приюте или семейная беда. Новость об исчезновении экспедиции тоже пришла ночью.
Она схватила телефон и проверила экран. Шарлотта. Час ночи.
Джошуа пошевелился и оперся на локоть. Он ждал, пока она ответит на звонок, ничего не говоря, но его беспокойство было очевидно.
Она схватила телефон и поставила его на громкую связь. — Что случилось, мама?
— Мы с Евгенией звоним, чтобы сообщить вам хорошие новости. Мы знали, что вы не захотите, чтобы мы ждали до утра.
Молли потеряла сознание. — Какие хорошие новости? Кто сообщает хорошие новости в такой час?
— Мы. Пока вы были заняты, мы с Шарлоттой зарегистрировали вас с Джошуа в брачном агентстве Бэнкс, — сказала Евгения.
— Что вы сделали?
— Агентство — это что-то вроде стартапа. Оно обслуживает нишу рынка, а именно таланты, которым трудно найти пару. Мы заполнили анкеты от вашего имени, и знаете что? Вы двое замечательная пара.
Молли плюхнулась обратно на подушки, ошеломленная. — Я не могу в это поверить.
— Мы знали, что вы с Джошуа будете в восторге, — добавила Шарлотта.
— Я не знаю, что сказать, — сказала Молли. — Кажется, я в шоке.
Евгения сказала на другом конце. — Мы рады за вас двоих.
Молли уставилась на телефон. Джошуа забрал его из ее рук. — Молли потеряла дар речи, но мы оба очень рады хорошим новостям. Не то чтобы у нас были какие-то сомнения, но мы знаем, что это успокоит вас двоих.
— Да, это так, — сказала Шарлотта. — Мы действительно очень рады за вас двоих. Поздравляю.
— Спасибо, — сказал Джошуа. — Мы с Молли желаем вам спокойной ночи.
Он завершил разговор, бросил телефон на столик и наклонился над Молли. — Они хотели как лучше. Они родители. Они любят тебя.
Молли застонала. — Я знаю. А что, если бы отчет агентства Бэнкс был отрицательным?
— Ни единого шанса.
Она улыбнулась и обвила руками его шею. — Откуда такая ​​уверенность?
— У меня талант навигатора, помнишь? Я знаю, когда иду в правильном направлении. Ты всегда будешь моим истинным севером. Я люблю тебя, Молли. Сейчас и навсегда.
Радость прошептала сквозь нее. — Я люблю тебя, — сказала она. — Сейчас и навсегда.
Джошуа прижался к ее губам в поцелуе, скрепив клятву.
Будущее выглядело очень, очень хорошо. Оно выглядело правильно.