Лето выбора (СИ)

Тигр?
Эээээ... а чем в данном вопросе тигры от козлов отличаются? Полосками?
- Можешь остаться здесь, - 'щедро' предложила Хелла. - Рожать не придется. Гарантирую.
Яна вздохнула. Потом еще раз.
- Ладно... простите, пожалуйста. Если вы боги, то должны понимать. Я когда боюсь, всегда кусаюсь. Как надо посвящать ребенка?
- Никак. Хелле в ее святилище. А мне... когда ребенку будете нарекать имя, назовите Глебом. Я пойму и приду.
Девушки переглянулись.
- Я согласна, - тихо сказала Анна. - Спасибо...
- Вы понимаете, что сейчас вы могли бы попасть в мои чертоги? А если проживете свою жизнь, умрете в своей постели, то пойдете к Хелле?
- Понимаем, - серьезно кивнула Яна. - Но мы не крысы.
Хелла протянула вперед руку.
- Девушки, отныне вы никого не сможете убить одним словом.
Себя Яна не видела. А от Ани словно облачко морозное отделилось. Влетело в ладонь богини, впиталось, как и не было.
- Подручными средствами обойдусь, - буркнула она.
Хелла внезапно улыбнулась.
- Души можете отправлять ко мне. Я не возражаю.
Яна кивнула.
Было у нее подозрение, если ее вернут в Русину, там разгребать не перегрести. И чистку рядов проводить, и остатки мародеров достреливать - довешивать, и...
Лучше сейчас даже не думать об этом. А она так радовалась, что избавится от всей этой работы... хоть что-то хорошее было в этой смерти!
Судя по взглядам, боги все поняли. Грозовик вдохновенным жестом размял пальцы, словно пианист-виртуоз.
- Ну, лишь бы не перепутать кого куда... готовы, девушки?
Последнее, что подумала о нем Яна: 'ах ты мстительная зараза!'.
Яна, Русина.
Жом Тигр даже не почувствовал, как его пытались тряхнуть за плечо.
- Тигр! Да твою ж... Серега!!!
Бесполезно...
Среагировал он, только когда тело Яны потянули из его рук.
- Не тронь!
- Она... ее надо хоть уложить поудобнее.
В этом резон был.
Тигр попробовал перехватить тело поудобнее... тело?! Невозможно даже думать об этом...
И вот уж чего никто не ожидал...
- Ай! Тьфу, жеванные мухоморы!!! Отрежу эти лохмы на фиг, больно же!
Трупу-то все равно. А вот если у живого человека волосы в пуговицах мундира запутаются, да потом еще за них потянуть со всей дури...
Яна и высказалась. И только потом открыла глаза.
Увидела Урагана, который медленно оседал в обморок (исторический момент), шарахающихся по всем углам освобожденцев, ошалевшего Тигра, который так и держал ее на руках, и не удержалась.
- БУ!!!
Полюбовалась еще на два обморока и вполне себе семейным жестом потрепала Тигра за нос (когда еще удастся)?
- Ты меня поставить или отцепить не хочешь? Ээээээ...
А больше она ничего и сказать не успела.
Даже взвизгнуть. Потому что очнувшийся Тигр перехватил ее почти в воздухе (судя по ощущениям - минус половина косы) и прижал к себе так крепко, что девушка даже завизжать не смогла. Воздух из груди вырвался со странным звуком.
- ЖИВАЯ!!!
Анна, Россия
Боря внимательно смотрел туда, где медики разорвали на Анне платье и приложили какие-то штуки к ее груди.
- Разряд! Давай еще один! НУ!!!
Тело женщины выгнулось - и опало бессильно.
И еще раз.
И еще...
Медики переглянулись - и принялись отцеплять свои приборы.
Боря молчал.
Кира, понимая, что реанимационные мероприятия закончены, взвыла белугой.
- Не смейте! МАМА!!!
И рванулась так, что в стороны полетели и врачи, и полиция... упала рядом, вцепилась...
- МАМОЧКА!!!! НЕ УМИРАЙ!!!
- Ага, как же, - буркнул более молодой из врачей, не утративший еще щенячий цинизм.
И вдруг...
Анна закашлялась.
Открыла глаза, огляделась вокруг и вполне спокойным точном уточнила:
- Киреныш, ты чего кричишь? Все в порядке?
Оказывается, врачи скорой помощи тоже в обморок падают. Особенно те, которые еще молодые. И поумнеть не успели.
- МАМА!?
Анна обнаружила, что платье у нее на груди порвано вовсе уж неприлично. Подумала с полсекунды, плюнула на все и обняла Киру.
- Детка, со мной уже все в порядке. Давай, вытирай нос. Где твой носовой платок?
 
- МАМА!!!
Носовых платков потребовалось уже два... а нет, не потребовалось. Потому что на шею к Анне кинулся еще и Гошка. А сопли отлично получилось вытереть о порванное платье. Ну и ладно, все равно оно уже годилось только на тряпки.
А потом сзади Анну обняли теплые руки. И Боря зарылся лицом в ее волосы.
- Анечка, родная, я уже испугался, что тебя потерял.
Полковник Рудов покосился на эту картину, и незаметно отрядил одного из ребят, чтобы семью не беспокоили.
Будет еще время поговорить.
Будет время разобраться, и что произошло, и как, и зачем...
А пока этим людям надо просто побыть рядом. И убедиться, что они живы.
Опять же, у него-то все в порядке! Сейчас отчетик накатаем в лучшем виде, в результате антитеррористических мероприятий, террористы были уничтожены, штурм проведен, заложники не пострадали...
И чего еще надо?
Звездочку на погоды... полковник - это хорошо, но генералом быть охота.
Яна, Русина.
Романтический момент Яне об... короче - испортили удовольствие. Хотя целовался Тигр здорово.
Увы, жом Ураган не собирался разгребать бардак в одиночку. Вот ни разу, ни два раза. Есть тут верховная власть?
Пусть она и командует.
Нечего тут личной жизнью заниматься! Особенно когда подчиненные вообще уже с жизнью попрощались.
С утра, еще когда Пламенный явился. Отлично понимал Ураган, что их не выпустят, но и поступить иначе не мог.
Вот такой выверт сознания. Кинуть бомбу в императора?
Да запросто! Заслужил, сволочь!
Допустить массовое жестокое убийство пары тысяч гражданских? В том числе женщин, детей, стариков... А вот никак!
Если такое допускаешь, то перестаешь быть человеком.
И Освобождению тоже никогда не отмыться. Гадко становится... и вот рту привкус дерьма и мыла. Есть вещи недопустимые. И точка.
Ураган понимал, что Пламенный их не отпустит. Но и выхода другого на тот момент не видел.
Пробиться на свободу не вышло бы. Умереть с достоинством? И что изменится от твоей смерти? Пока ты жив, все можно изменить. А вот потом...
А потом - все. Ты ушел, и разгребать за тобой будет кто-то другой. Честно ли оставлять свою грязь другому человеку?
Пламенный о таком не задумывался. Ураган напротив.
И ждал... нет, не конца, но своего шанса. Тем более, что его обыскали, но тонкое лезвие, приклеенное пластырем к внутренней стороне руки, так и не заметили. Оно ведь не выделялось.
Можно будет перерезать веревки.
Можно будет все поменять...
Когда в зал вошла императрица, Ураган его и достал. И занялся веревками.
Но на Яну поглядывал.
Что мог найти в ней Тигр? Ну... любопытно же, даже рыцарям! Они хоть и в железе, но не железные же полностью!
Женщина спокойно и свободно шла по проходу. И не боялась. Ни капельки.
Улыбка, спокойные выверенные жесты, гордо вскинутая голова... нет, она не боялась. Почему?
Она не могла не понимать, прежде, чем ей поможет Валежный, ее убьют три раза! И не самой легкой смертью. Но она не боялась.
Она просто шла. И улыбалась.
А потом подошла почти вплотную, и что-то сказала.
И все - умерли.
Ураган помнил ледяной холод, пробежавший по позвоночнику. Помнил присутствие... чего?
Нет ответа.
Потом оно ушло. Это ощущалось так же уверенно, как и присутствие. Словно все твои внутренности держали в кулаке, а потом отпустили.
А страх остался. Колкий, едкий, вымораживающий все нутро...
Ураган отчетливо понимал, что никто, никто из оставшихся в живых в этом зале, никогда не скажет императрице даже слова против. Физически не сможет.
 
Вспомнит об этой секунде - и замолчит.