Лето выбора (СИ)
Анна вмешалась неожиданно.
- Я должна попасть туда.
Полковник посмотрел даже с сочувствием.
- Девушка, вы там ничем не поможете...
- Если я попаду туда, я просто убью террористов, - спокойно сообщила Анна. Прости, Хелла. Но беречь этот секрет сейчас? Ценой жизни своего сына?
Ответом был соболезнующий взгляд.
- Борь, у нас тут хороший медик. Может, девушке новокаинчика?
- Серега, ты меня сколько знаешь? Аня, может, тебе и правда...
- Не надо, - Анна улыбнулась одними губами. - Боря, ничего уже не надо. На два слова, ладно?
- Хорошо.
В этот момент у Анны словно компьютер в голове щелкал.
Ее не пропустят. Даже если она кого-нибудь убьет на глазах у всех, ее все равно не пустят к террористам. И ее сын погибнет. А она... она завязнет в выяснении пустых отношений, хорошо хоть ненадолго. Ни к чему.
Надо в бейдвинд, как яхта.*
*_ Бейдвинд - острый курс, когда яхта идет практически против ветра. Прим. Авт.
- Медики вон там, - кивнул полковник на белую машину с красным крестом.
Аня не обратила на нее внимания.
- Боря, прости меня. За все прости. Я тебя люблю...
А потом плюнула на все церемонии, приличия, на все... сама обняла мужчину за шею и поцеловала так, как смогла. Вложив в поцелуй всю душу.
Сначала Борис стоял столбом, а потом, наверное, понял... и ответил. Да так, что полковник даже завистливо хмыкнул, глядя на две слившиеся в объятии фигуры.
И никто не обратил внимания, что в карман мужчины скользнула узкая ладошка.
Ключи от джипа Борис Викторович положил в карман. Анна сама удивилась, как она это запомнила.
Когда она оторвалась от мужчины, ключи были надежно сжаты в руке. Крохотный брелок, еще теплый, от его тела...
- Аня, ты...
- Я тебя люблю, Боря. Если что - позаботься о моем сыне.
- Аня...?
- Иди. Я подойду к медикам, возьму у них успокоительное, и приду к вам. Меня пропустят?
- Д-да, я попрошу...
- Хорошо.
Каких усилий Анне стоило держать лицо?
Практически, никаких. Дворцовая выучка. Ложь сама слетела с губ, словно так и надо было. Милая улыбка, ровные жесты, спокойный равнодушный голос...
Купились?
ДА!!!
Отвернулись, занялись собой, а больше Анне и не надо было ничего.
- Хелла, помоги!
К чему молитвы той, кто и так тебя услышит? И что можно пообещать существу, которому ты и так принадлежишь? С потрохами и посмертием?
Анна не знала.
Шаг, второй... вот ее скрыли машины, а вот и джип. Какие, к Хелле, медики?
Главное, чтобы ее не видели. А вот и машина... на брелке даже нажимать ничего не надо, можно просто потянуть черную ручку, и дверь откроется.
В салоне вкусно пахнет туалетной водой Бориса, пахнет и ее духами... это неважно. Ничего уже не важно... как же тут... где кнопка?!
Кажется, вот...
Анна лихорадочно взывала к памяти Яны. Та умела водить машину, а она... она - нет! Ну почему она не попробовала раньше!? Почему!?
Дура!!!
Ага, кажется, вот...
Ой...
Машина заурчала. Анна протянула руку, проверила ручной тормоз - снят. Теперь на 'Д' - и вперед!?
Кажется, так...
Хотя память Яны уверена не была. 'R' это точно назад, а вот вперед...
Попробуем и так, и этак...
Машина дернулась назад. Потом вперед... ох, тормоз нажимать надо!
Кажется, кого-то Анна зацепила.
Ой!
К ней начали оборачиваться.
Еще несколько секунд, и...
Хорошо, что у таких машин есть только газ и тормоз. Не перепутаешь!
И Анна нажала на педаль газа.
Она не ожидала, что так взревет мотор, что так прыгнет с места мощный джип... дернула рукой, вцепилась в руль - и зацепила что-то...
И из колонок рванулся марш.
'Прощание славянки'.
Анна плюнула на все и вдавила педаль до упора.
Кто не ушел с ее дороги - пусть идет к Хелле! А она идет к сыну!
Глава 12
И некая влага
Поила перо.
Яна, Русина
- Они - что!?
Яна так смотрела на гонца, что здоровущий мужик, косая сажень в плечах, попятился.
И было отчего.
Из глаз женщины глядела самое смерть.
И то...
Услышишь такое, и убьешь. И не пожалеешь. И на исповеди не покаешься. Разве что погордиться собой можно за такое.
Пламенный прислал ультиматум.
Валежного ему в Звенигороде было не надо. Вместо этого он предлагал другое.
Сейчас он собрал в Кремле, во внутреннем дворе, больше полутора тысяч человек. Мужчины, женщины, дети...
Под Кремлем - взрывчатка.
Если он отдаст приказ, все сложится, как карточный домик. Хочет ли ее величество начинать свое правление с такой крови? Чтобы прославиться, как ее отец? Когда тот приказал расстрелять просителей. С женщинами, с детьми... Или будем договариваться?
Яна медленно сжала кулаки. До крови, до впившихся в ладони ногтей. До глубоких лунок.
Потом выдохнула - и заставила себя разжать пальцы.
Валежный...
Генерал смотрел на Яну.
Да, он мог отдать приказ о штурме.
Мог наплевать на гражданских - это не первые тысячи погибших.
На Кремль - отстроим.
И...
Сразу такое решение не примешь.
Яна резко мотнула головой в сторону гонца.
- Ты! Сколько твой хозяин будет ждать ответа?
- Час! - и вдруг невольно добавил. - Ваше императорское величество.
Даже для себя неожиданно. Не ждал он такой реакции. Но это - не Петер. Это - настоящая...
- Вон из штаба. Нам тут поговорить надо. Стеречь его! Не обижать, - резко распорядилась Яна.
Штабом было признано небольшое здание железнодорожной станции, чудом уцелевшее во всех передрягах. Стены были обильно помечены снарядами, но стояли. И крыша лежала.
А окна...
Не холодно без стекол. И видно неплохо.
Яна подошла к одному из них, посмотрела на Кремль.
- Тигр там, - поняла она.
- И вообще вся верхушка. Пламенный угрожает взорвать всех, как только первый солдат ступит на брусчатку Кремля.
- И пес бы с ним, - как это далось Яне, никто не понял. Но...
Темные волосы.
Зеленые глаза.
Ласковые слова, прошептанные на ушко.
Признание в любви, переданное через Ромашкина, но от этого не ставшее менее ценным.
- Пламенный сдох бы, я б на могилке сплясала, - вздохнула Яна.
Валежный вздохнул над плечом.
- Но с ним сдохнут порядка двух тысяч гражданских. Пламенный приказал нагнать. Женщины, дети...
- Жеванные мухоморы!
Понятно, одними грибочками Яна не ограничилась. И минут пять свита восхищенно внимала матюгам императрицы. Никто не удивлялся. Даже радовались, что ли...
Не плачет, в обморок не падает, а принимает решения!
В таких делах это - счастье!
В двери штаба постучали.
- Тор генерал! Тут к вам...
- Какого ...!? - наплевав окончательно на все этикеты, вызверился Валежный.
- Моего! Примете?
Митя не стал ждать доклада. Он просто явился сам, как чертик из коробочки. И как же Яна была рада его видеть!
- Иди сюда, радость моя ромашковая!
Митя даже поежился от ласковой улыбочки императрицы.
- Да, тора Яна.
- И расскажи мне, как вы это прозевали! Бараны освобожденные!
Митя даже обиделся. Потом решил, что последний эпитет не к нему относится, и пожал плечами.
- Вот так. Я знал, что Пламенный скупил взрывчатку. Но куда он ее хочет деть - не знал. Сказал Тигру... давно уже говорил!
- А тот пролопоушил?
- Видимо так.
Яна выругалась еще раз. Не грибочками.
Но и Тигра было сложно винить. Не доросли местные до такого паскудства. Как ни погляди - не доросли...
- Ты как здесь оказался?
- Когда начали народ сгонять, я решил полюбопытствовать. Ну и... прогулялся. Посмотрел, потом выбрался из города - и к вам, что есть сил. Это ж не один час делалось. Пока народ согнали, пока всех несогласных привели...