Лето выбора (СИ)
А людей - не? Леонид как-то людей жалел больше. А потому...
Охлоповка, Красивка, Вольпино...
Оттуда не выступят. А на остальные деревни, простите, белены не хватило.
***
- ...!!! ....!!!
Матерщина неслась над селом. Да такая густая, что даже закат застила.
И будешь тут.
Из пятидесяти коней на ногах - трое!
ТРОЕ!!!
Как тут в атаку идти? Они с той Охлоповки даже до позиций врага добраться не успеют. Ладно... успеют. К утру.
- Как это могло случиться!?
Прокричавшись и отбесившись, податаман начал разбираться в ситуации. Как в сено могла попасть белена? Болиголов? Кто их вообще... диверсия?
Кто коней охранял?
Тарас и Силантий?
Означенные герои сладко спали в одном из денников на соломе, наплевав на хрипы подыхающих рядом лошадей. Наркоз - лошадиный.
Плетьми их, плетьми...
Плетьми, конечно, действие возымело. И проснулись, и сообразили, что неладное творится, отходили ребят так, что те едва ползали. Но толком ничего так и не вспомнили. Вроде как был кто... Гришка? Или Мишаня? Кто им бутылку-то принес?
Вот они отвернулись, а вот повернулись. Ну, тут и бутылка... грех не попользоваться! Они и сделали по глоточку. Или по два...
И караулили!
Честное-благородное!
Податаман им поверил еще меньше. Махнул рукой, и приказал собираться. Может, и правда - так? Пока пешочком до места, пешочком... а там и видно будет. Глядишь, к тому времени, как они доберутся, и дело закончится.
Своя жизнь для 'счастливчиков' была единственной и непреходящей ценностью. И класть ее за Пламенного и Освобождение они не собирались. Нашли дураков!
Леонид, конечно, этого не видел. Он был в другой деревне. И очень сокрушался, что мало травы нашли. Так бы...
Эх, и времени мало!
Но что смогли - они сделали.
Стройного фронта не будет, количество нападающих они уменьшили, а может, и еще уменьшат. Есть там такое место.... Очень удачное. Там и десяток сотню сдержит.
Сами, конечно, полягут, тут все понятно. Но врагу пройти не дадут. Пока живы.
Такой вот простой выбор. Между собой и другими. И Леня сейчас выбирал других. Хоть какое время командиру дать. Ну хоть немножечко ослабить врага. А потом?
Потом - неважно. Ему уже будет неважно.
Безвременье.
Хелла с интересом смотрела в мир людей.
Раньше у нее даже с этим были сложности, а вот сейчас - сколько угодно. Хоть ночью, хоть днем. Сил хватает...
А что это мальчики делают?
А-а...
Интересно... и ведь хватило фантазии, нашли где-то...
Чего не любят кони?
Да медвежьего запаха. У них тут же медвежья болезни и приключается. И идти они туда никак не хотят. Вот Леонид и хотел устроить засаду. Чтобы кони, почуяв запах медведя, ненадолго остановились, или хотя бы дальше не пошли. А тут их из пулемета, из пулемета...
Мечты...
Пулемета с собой не было. Ну ничего, картечи хватало. А тут главное не поубивать, даже. Спешить, ошеломить... убить тоже хорошо, но вряд ли получится толком прицелиться. Ладно, хоть какой вред нанести - уже неплохо.
Хелла задумалась.
Смельчаков она любила, иногда и не в гастрономическом плане. Храбрость смертных вообще вызывает уважение даже у бессмертных. И она отчетливо понимала, что отряд обречен.
А как вы думаете?
Наступление планируется развернутым... хорошо так развернутым. Храбрецов сметут и пройдут по их трупам. А жалко. Хорошие мальчики, особенно главный... надо бы запомнить.
И приглядеть. И пригласить.
Не сейчас, конечно. У богов много времени...
Вообще, богам запрещено напрямую вмешиваться в некоторые расклады. Но... тут другой случай.
Запрещено. Пока смертные не призовут ее на помощь. А тут идет война во имя самой Хеллы. Ладно, императрицы Анны, но тут никакой разницы нет. Фактически, Яна пригласила Хеллу уже одним своим присутствием. Яна - мертва, она принадлежит Хелле и все ее имущество тоже принадлежит богине. В частности - Русина.
Почему Хелла и окрепла.
Почему и смогла стать кем-то большим, нежели снежный призрак во дворце изо льда.
А сейчас хочется вмешаться. Не сильно, нет...
Но...
Русина, окрестности Звенигорода.
Леонид четко понимал, что он обречен.
Не с его силами кого-то там останавливать. Что смогли они сделали, коней потравили аж в трех селах, но то капля в море. А наступление планируется развернутым. И все на Чернова. Его зажмут в клещи...
Валежный?
Нет, не успеет...
Значит, судьба такая. Им - здесь лечь, Чернову - чуть дальше. А считаться смертью дело последнее. Все равно...
Не хотел бы Леонид жить в освобожденной Русине. И видеть ее тоже не хотел бы. С другой стороны, забрать с собой побольше врагов... о, да! Хотелось бы пару тысяч, но он ведь не бронепоезд! Он всего лишь скромный лейтенант. И счет его личный перевалил только за пятьдесят убитых. Раненых, понятно, больше, но Леня писал себе в счет только подтвержденные трупы.
Мало!
Авось, сегодня наверстаем... ну... хоть бы до сотни дотянуть!
Леонид оглядел своих ребят. Свою команду. Каждого знал, каждого сам подбирал... вот Иван. Веселый, неунывающий, шутник и балагур, замечательный лошадник. Зубами сегодня скрипел, но сделал, что надо.
Вот Митька. Серьезный, с ресницами, как у девушки. Травник и лекарь. Он и нашел сегодня траву, от которой лошади пали.
Вот Федот. Спокойный, сдержанный... его личный снабженец, который может найти снег посреди лета и продать его по самой выгодной цене.
Всех он знает. И сейчас ему еще от этого больно. Его люди... почти что его семья...
Леонид тихо кашлянул.
- Солдаты... Братья!
А вот второе слово легло так, словно и правильно.
- Братья, - повторил Леонид. - Я с вами прощаюсь заранее. Уж простите, коли чем обидел. Кто захочет уйти - отпущу. Кто останется - все мы тут поляжем. И хотелось бы пожить, да выбора нет. Отступать некуда. Хоть чуточку, да сдержим врага. А потом... мертвые сраму не имут.
Они смотрели.
Никто не отвернулся, не ушел, не задумался об отступлении. Леонид видел это в глазах своих людей. Они останутся.
Мужчина на миг отвернулся. В глаз что-то попало. А потом почувствовал на своем плече теплую руку.
- Чего там... братец. Командуй.
Алешка. Первый коновод на отряде. Как где школа, как пакость - ищи,, не прогадаешь. Но врагам от него втрое доставалось. Он сегодня траву и пронес, кстати...
Леонид ухмыльнулся.
- А чего тут... идем, становимся, ждем, стреляем. Диспозиция понятна?
Чего там было непонятного? Все ясно... Мужчины и не сомневались.
***
Вечер.
Сизый, уютный, с длинными тенями, протянувшимися по траве от людей, лошадей, деревьев...
Леонид смотрел во все глаза.
И на солнечную полоску, которая пряталась за горизонтом.
И на облака.
И даже на первые выглянувшие звезды.
Завтра он этого уже не увидит. Но это ведь неважно! Ни для звезд, ни для солнца, ни для облаков. Да и для него - тоже.
Они все - будут. И Русина будет. А чем придется за это заплатить? Нет, это как раз неважно...
Тишина.
И опять тишина.
И наконец...
Едут?
Да, едут...
Неспешно, но ходко так...
Леонид уже поднял руку. Ухе ухнул совой, предупреждая о появлении врага. Уже получил отзыв.
Уже...
И тут...
Леонид сначала даже не понял, что происходит. Просто дико похолодало. Ему показалось, что это он струсил, и мужчина даже оскорбиться успел. Это что такое?
Да он боевой офицер!
Он что - с нервов мерзнуть начал!? Вот еще бред какой!
А потом Леонид действительно испугался. Потому что раздавшийся волчий вой шел словно бы отовсюду - и ниоткуда.
Он накатывался со всех сторон, он проникал под черепную коробку, он ввинчивался в уши... и какие-то у этих волков были особенно жуткие голоса. Обычно это красиво. Конечно, кто понимает.