Лето выбора (СИ)
Ей нужен защитник и опора, а не эта свистушка в штанах, так-то!
Яна, Русина.
Валежный в гневе был страшен.
Он не орал, не топал ногами, не угрожал всех расстрелять и повесить, что останется. Но глаза у него были...
Народу оставалось только разбегаться. Кто успел.
Алоиз Зарайский разбежаться не мог. А хотелось, так хотелось...Но куда там!
Компания была тесная и непринужденная. Генерал Валежный, тор Изюмский, жом Зарайский. И лично ее величество. Валежный попытался, было, намекнуть, что некоторые сцены не для дамских глаз, услышал пару предложений из 'курса экстренного допроса в походно-полевых условиях', и как-то сбледнул с лица. Потом поинтересовался, кто именно говорил о таком рядом с императрицей.
Услышал сакраментальное: 'освобожденцы' и успокоился.
Действительно, эти могли и ерша засунуть. Именно туда. Или еще чего похуже! А уж облить керосином и поджечь... да именно ТАМ облить!
Запросто!
Хотя оппоненты тоже не стеснялись. Аргументация с обеих сторон шла такая, что святая инквизиция бы за голову схватилась. Или спешно помчалась опыт перенимать. На гражданской войне не бывает беленьких и черненьких, обе стороны одинаково серы. И страшны.
Так что...
Потрошить жома Зарайского было необходимо. Но может, попробовать сначала не калечить? Пока...
Если не будет запираться.
Но проводить беседу в подвале Валежному это не помешало.
Зарайский храбрился изо всех сил. И ругал себя последними словами.
Дурак!
Какой же он дурак!
Неужели обычная женщина смогла бы проехать в такую пору через половину Русины? Да никогда! А он расслабился, понадеялся, дурак! Баба же!
На что она может быть способна?!
Тьфу!
Вот и получил. Спасибо, не убила. Или - жаль, что не добила? Меньше бы помучился?
Зависело от того, что ему хотят предложить и что желают услышать. Закладывать жом Зарайский собирался всех. Не одному ж пропадать? Это даже и не комильфо как-то...
Первым начал разговор Валежный.
- Ваше императорское величество, может, все же его повесить? Сразу?
- Повесить всегда успеем, - сыграла доброго следователя Яна. И тут же разрушила это впечатление. - Сначала поспрашиваем. Потом пытать будем, чтобы убедиться, что негодяй все рассказал. А потом и повесим.
- Ваше императорское величество, с мертвого пользы мало. А вот живой он может пригодиться, - вступился тор Изюмский. - Вдруг какая польза будет? Докажет жом, что он полезный, так и убивать не будем? Сразу-то?
- Он, кажется, говорил, что тор, - 'вспомнила' Яна.
Валежному она пересказала все. И разговор, и обстоятельства похищения. И мужчина взвился.
Хотя с чего бы?
Одно дело - воевать. Другое - охранять. Силовик и телохранитель, это не одна профессия, это очень разные специальности.
Воевать - оно как? На врага, вперед, в атаку...
Телохранитель же должен и заметить опасность для принципала, и прикрыть его, может, даже и своим телом, если понадобится. Это другая выучка, другие навыки. И вообще, разделение бы по специальностям.
Спецназ там, антитеррористическое отделение, телохранители... а то - что?
Жандармы одни зашиваются?
И тех грязью закидали и заплевали? Самое обидное - за что? За то, что псы режима? Ну так у них работа такая. Или за то, что каждый пламенный революционер от них по зубам получал? И все равно - работа! Небось, как во власть пролезли, так тоже себе полицию завели? То-то и оно...
Так что генерал слегка полютовал, влепил всем уснувшим по десять нарядов вне очереди на чистке нужников, и успокоился. Действительно...
Даже собак учат, что из чужих рук ничего брать нельзя.
А людей учить не надо? Они, типа, умнее? Ну-ну...
Весь гнев Валежного вылился на бедолагу Алоиза. Что выразилось в лишней дюжине пинков и паре-тройке падений.
- Предлагаю сначала выяснить, кто именно послал сего жома по моему следу, - предложила Яна. - а уж потом...
- и кто же? - тор Изюмский был сама доброта.
Алоиз поежился.
Принцип 'двух следователей' он понимал и не слишком обманывался возможной добротой, но... как-то оно иначе воспринимается, когда под следствием именно ты.
А чего ему скрывать?
- Лионессцы. Есть там такой, тор Дрейл. И тор Вэлрайо.
- Ясненько, - хмыкнула Яна, подумав, что она правильно ориентировала Дмитрия, даже не зная всех обстоятельств. Но... - Подробности?
Подробности Зарайский выложил. И кто, и сколько, и за что именно. И на Яну косился... странно. Правду сказать, не воспринималась Яна, как императрица.
Вот в другой обстановке, может быть... а тут?
Сидит девчонка, верхом на стуле, облокотившись на спинку, с простой прической, в брюках и рубашке, хоть и из хорошего полотна, но все же - мужская одежда, два украшения - серьги в ушах, простые золотые капельки, еще с Зараево остались, еще от той Анны, и кольцо на пальце. Ни тебе драгоценностей, ни шика, ни лоска, ни краски, ни платья, ни фрейлин... собственно, ничего!
Зато револьвер висит на поясе.
И судя по тому, как он висит... его не раз применяли.
Зарайский закончил ответ и не удержался.
- Ваше императорское величество, револьвер у вас - заряжен?
Своего рода провокация. Он еще и успокоился слегка, пока рассказывал, и прощупывать почву начал...
- Вопросы здесь задаем мы, - надавил голосом Валежный.
Яна хмыкнула. Достала из кобуры револьвер, прокрутила его на пальце, не хуже иного ковбоя, убрала обратно.
- Ради вас я стены портить не буду. Могу вам попасть по выбору куда захотите. Только чтобы пуля в мясе застряла, а то ремонтируй потом подвал.
Звучало это совершенно серьезно. Алоиз сбледнул, сглотнул и решил не задавать глупых вопросов. Потому как нож он у императрицы тоже видел. Ножны четко выделялись под тонкой рубашкой, на руке. И клинок тонкий, острый... отлично вонзится хоть между ребер, хоть в ухо...
Стилет, скорее.
- Вы ехали через Звенигород? - уточнил тор Изюмский.
- Я бывал там.
- Подробности? - оживились мужчины.
На подробности Зарайский тоже не поскупился. Знал он неожиданно многое. Укрепления, пулеметы, отряды...
Просто так столицу будет не взять. Это понимала Яна, это понимал Валежный. И сколько человеческих жизней придется положить? Сколько людей не вернется в свои дома, ради символа победы? Кто владеет столицей, тот владеет Русиной. Но...
Какой ценой это оплатит страна?
- Нам бы пятую колонну, - мечтательно протянула Яна.
- Пятую колонну? - не понял Валежный.
Яна вздохнула.
Ну да, в этом мире данное выражение не употребили. Не родился пока еще генерал Франко. И не сказал свою знаменитую фразу про Мадрид, мол, мы пойдем четырьмя колоннами, а пятая ударит изнутри... точнее Яна не помнила. Но смысл был этот.
Пришлось объяснять.
- Это сберегло бы нам время и силы, - согласился Валежный. - Пламенный власть не отдаст, вцепился когтями и клыками...
Яна кивнула.
Пропаганда у врага работала на полную мощность. Кого загоняли добровольно, кого добровольно-принудительно. Но войско росло. Цена таких вояк копеечная, но мясом завалить врага всяко сойдет.
А для Яны и эти парни были бесценны!
Каждый, каждый погибший в гражданской войне - это еще минус одни рабочие руки, минус один отец для детей, минус один воин в будущем...
Понятно, когда внешний враг развязывает войну в чужой стране. И радуется, подглядывая в окошко. Ему чего? Враг сам себя уничтожает, это хорошо.
Но Яне-то Русина нужна...
То есть не нужна, но...
Жалко, Хелла всех сожри!
Жалко, понимаете?!
За цифрами стоят живые люди. Может, у мужчин как-то получается от этого абстрагироваться, а вот Яна не умела. Не могла...
Жом Зарайский поглядывал с надеждой. И Яна махнула рукой.
- Тор генерал, пока убивать не будем?
- Пока поживет, - согласился Валежный. - Сейчас вас, жом, развяжут. И дадут бумагу и карандаш. Запишите подробно все, что вспомните. Потом мы с вами еще поговорим. Подробнее.