Змеи Неба и Пламени (ЛП)
— Мы с тобой должны выступить перед кланом, — говорю я ему. — Но сначала я встречусь с колдуньей. Ты оставайся здесь и держи всех на земле, успокой их, пока мы не узнаем, произойдет ли изменение снова.
— Согласен, — говорит Варкс. — Делай, что нужно, чтобы получить ответы. Но, Киреаган, не убивай ее.
— Не убью, пока не узнаю, что она с нами сделала. — Я взлетаю в воздух, и Серилла с удивлением вскрикивает.
— Предупреди меня, прежде чем взлетишь в следующий раз, — зло отвечает она. — Я чуть не упала.
— Ты всегда должна быть готова, когда оказываешься на спине дракона. Это опасное место.
— Тебе всегда нужно быть осторожным, когда у тебя на спине всадник.
— Похоже, ты вернулась к своему обычному настроению.
— Что это должно означать?
— Ничего, — рычу я. — Только то, что ты была другой в лесу. Ты относилась ко мне мягче, когда я был в человеческой форме. Возможно, потому что я был менее опасным. Слабее, мягче.
— Не скажу, что мягче, — бурчит она. — Ты казался довольно жестким.
Жар и стыд накатывают на меня, и образ Мордессы встает перед глазами. Что бы она сказала, если бы узнала, как я себя веду так скоро после её смерти? Она бы осудила меня за влечение к человеку. Как я могу так осквернять память о той, кто любила меня?
Я резко ныряю, и Серилла вскрикивает.
— Никогда больше не упоминай об этом, — приказываю я ей. — Никому.
— Ублюдок, — задыхается она, когда я возвращаюсь в нормальный полет. — Так ты возбудился, когда я поцеловала тебя. Тебе не стоит стыдиться этого.
— Мне не следовало бы испытывать такие чувства до начала сезона спаривания. Особенно к тебе.
— А как ты думаешь, как я себя чувствую? Я поцеловала дракона, который вырвал меня из моего дома, бросил в пещеру и намеревается использовать меня как инкубатор. — Из её груди вырывается жалкий смешок.
— Возможно, мы оба немного сошли с ума, после того как так приблизились к смерти, — признаю я.
— А с тем неожиданным изменением твоего тела… это было запутанно, — добавляет она.
— Мы можем забыть об этом. Сделаем вид, что этого никогда не было.
Она беспокойно ерзает на моей спине.
— Если ты этого хочешь.
— Это то, чего хотим оба, не так ли?
— Конечно. — Она делает паузу, а затем добавляет: — Но в такие тревожные времена, как эти, если мы ищем физического утешения, это не обязательно должно значить что-то более глубокое. Два человека могут ненавидеть друг друга и не планировать быть вместе, но все равно использовать друг друга для взаимной пользы.
— Использовать друг друга… сексуально?
— Да. Люди делают это постоянно. Например, мы могли бы сказать, что если ты снова окажешься в человеческой форме, мы можем использовать друг друга исключительно для физического облегчения, не испытывая к друг другу никаких чувств. Без эмоций и обещаний, — говорит она.
Она замолкает. Я чувствую, как она ждет моего ответа, её ноги плотно прижаты к моим чешуям.
Что-то хищное внутри меня подскакивает к этой возможности, его жадность затмевает мою вину.
— Если это обычная практика среди людей, я могу следовать этому обычаю, когда буду в той форме, — говорю я.
— Верно, — говорит она с энтузиазмом. — В драконьей форме ты следуешь драконьим обычаям, а в человеческой форме — ну, никто не должен знать, что мы делаем.
Подрывной характер этих слов притягивает мою темную, дикую часть.
— И это ничего не меняет между нами. Я все так же могу чувствовать отвращение к твоему испорченному поведению, а ты можешь ненавидеть мой план на сезон спаривания.
— Именно. Это ничего не меняет.
— Хорошо. Но маловероятно, что я когда-либо снова буду в человеческой форме. Я полностью намерен заставить Телисе правильно выполнить заклинание и превратить женщин в драконов, как я и задумал.
— Конечно, — говорит Серилла с яркой улыбкой. — И я полностью намерена ненавидеть тебя за это.
Я рычу в знак согласия. Но, странно, теперь, когда мы заключили наше маленькое соглашение, я вдруг начинаю надеяться, что прошлой ночью была не последняя моя встреча с человеческой формой. Я бы хотел, чтобы это повторилось.
Когда мы приземляемся на уступе пещеры Эшвелона, я удивлен, увидев, что он прижал Телисе одним огромным темно-серым когтем. Её фиолетовые юбки запутались вокруг бедер, руки раскинуты в стороны, а волосы раскиданы по каменному полу. Один из его когтей зацепился за корсет её платья, тянув его так низко, что её грудь вот-вот должна была обнажиться.
Когда я подкрадываюсь, Эшвелон быстро отступает от Телисе, фыркая и откашливаясь от смущения.
— О, боги, — шепчет Серилла. — Он собирался её убить или… трахнуть?
Я решаю проигнорировать её комментарий, но Телисе встает, поправляя вырез платья, и с хитрой полуулыбкой говорит:
— Я сама об этом думала. Привет. — Она машет пальцами в сторону Сериллы. — Я — Телисе.
— Ведьма, — рычу я. — Что ты с нами сделала?
Я ожидаю, что мне придется вытаскивать из неё информацию через пытки, но она только смеется и похлопывает меня по носу, как непослушного, но любимого щенка.
— Всё довольно просто, на самом деле, — говорит она, направляясь к гнезду Эшвелона, где среди трав спрятаны несколько бутылок. Пока она говорит, открывает одну и наливает себе напиток. — У меня не было ни запасов, ни силы, чтобы сделать то, что вы просили. Превращение таких маленьких существ, как люди, в огромных, могучих драконов потребовало бы огромного количества энергии, если это вообще возможно. Сомневаюсь, что даже мой подлый старик смог бы это сделать. Убить что-то — вот это проще. Хотя убить всех этих мужских драконов тоже привело бы к моей смерти, а этого я не хотела, потому что предпочитаю жить. Сомневаюсь, что в загробной жизни есть такое изысканное вино.
Я рычу, и Серилла советует:
— Лучше переходи к делу. Он сегодня особенно нетерпелив.
— Говорит тот, кто самый нетерпеливый из всех, кого я знаю, — выпаливаю я.
— Вы двое просто очаровательны, — смеется Телисе. — Как я уже говорила, я не могла превратить женщин в драконов, так что сделала следующее лучшее. Превратила драконов в мужчин. В драконов-перевертышей если быть точной. Это основано на заклинании, которое я когда-то проверяла, превращая куриц в крыс. Это заклинание — настоящее произведение искусства, моя коронная работа, если честно. Я всё записала, продумала каждую деталь. Вы должны благодарить меня.
Она немного колеблется, будто на самом деле ожидает благодарности. Когда я рычу, она пожимает плечами и продолжает:
— Прошлая ночь была вашим самым долгим временем в человеческой форме, так как всё только начало налаживаться и принимать эффект. С этого момента ваше время в человеческой форме будет сокращаться — около восьми часов в день. Сначала вы не сможете контролировать изменение, оно будет происходить само, так что я бы посоветовала делать короткие полёты и не подниматься слишком высоко. Когда начнётся трансформация, вы почувствуете, как изменения приходят, и у вас будет достаточно времени, чтобы приземлиться, если вы в драконьей форме, или быстро снять одежду, если вы в человеческой. Со временем вы научитесь превращаться по своему желанию, но ваши ежедневные часы в человеческой форме всё равно останутся ограниченными.
Телисе отпивает ещё вина.
— Вы сможете заниматься сексом, когда захотите. Пожалуйста. Но как вид, вы всё равно в основном драконы, так что у вас всё равно будет сезон спаривания, когда вы будете фертильными. По словам Эшвелона, когда драконы спариваются, их генетический материал соединяется в чреве самки, а затем вокруг этой маленькой частицы формируется скорлупа яйца. Моё заклинание сохраняет этот процесс, но яйца будут немного меньше, чтобы девушкам было легче их родить. — Она подмигивает Серилле, которая резко выдыхает, произнося:
— Чёрт, да ну…
— Процесс спаривания, инкубации и вылупления может немного ускориться, — продолжает Телисе. — Но когда всё будет завершено, появится кучка маленьких драконов-перевертышей, которые будут прыгать вокруг. Я устроила всё так, чтобы они вылуплялись в форме драконов и не могли менять формы первые шесть месяцев. Конечно, всё это зависит от капризов заклинания. Я продумала всё тщательно, как уже сказала, но иногда магия ведёт себя по-своему. — Она снова смеется, будто это лучшая шутка в мире.