Брачные сети для ректора, или Спасайся, последний дракон (СИ)

Я затаила дыхание. Мир, сотканный из мифов и сказаний, начинал мне нравиться. Здесь было все волшебно, а каждая девочка мечтает попасть в сказку. Да я и сама была такой девочкой. Пусть и далекой от детства, но все еще верящей в чудо.
— Вы только представьте глубину их чувств! А что было дальше, советую прочитать в настольной книге, которую можно взять с полки. Там же вы можете узнать об иных версиях сотворения мира. А сейчас открываем тетради. Они, кстати, тоже на полке лежат.
  
И началась суета на две совмещенные пары истории и мифологии, потому что эти понятия здесь тесно переплетались. Мы записывали отрывки из древних преданий, а домашним заданием было определить, что правда, а что ложь и соотнести с авторами гипотез создания мира. Сложно, но возможно, если под рукой был учебник.
Прозвенел звонок, и я помчалась на встречу к Расту, чтобы рассказать, что со мной приключилось в начале пары, не забыв бросить улыбку в сторону профессора Крюгеля. "Опекун" уже поджидал около двери. Вид у него был хмурый и серьезный. Хотелось спросить в чем дело, но посчитала это излишним любопытством. Если захочет, то потом сам расскажет, к тому же не были мы с ним даже друзьями. Я — скорее камень на шее перед прыжком в омут.
— Ну как? — тут же спросил парень. — Как все прошло?
— Вроде осталась жива, но еле-еле отмазалась! Но все не так уж плохо, честно! — постаралась оправдаться.
И как он узнал, что я влипла? Хотя, разумеется, трудно не догадаться, если меня хотя бы чуть узнал.
— Это было вполне ожидаемо, — рассмеялся он, и стал казаться не таким надменным снобом.
Ну, а мне не осталось ничего иного, как рассказать ему все пока мы тащили мои бренные кости на обед. Какое, однако, красиво слово "обед". Сразу в животе заурчало, а воображение нарисовало яркие картины вкусностей. Только я и румяная курочка, и пусть весь мир подождет...
В столовой уже была толчея. Так что яблоку места не было для падения. У раздаточного стола нас поджидали милые и улыбчивые работницы, разве что оставалось до них добраться. Терпение желудка было на исходе, когда дошла и наша очередь. Крем-суп подозрительного зеленого цвета доверия не внушал, но я была готова на этот подвиг. Лапша с гуляшом напомнила о любимой "Карбонаре", которую я частенько брала в доставке. И пусть тут не было всего любимого, но кормили хорошо... Вспомнился ректор в спальне, когда вел странные разговоры о даре.
То же мне, "дар". Простая интуиция, которой не лишена большая часть моего родного мира. Удивил ежика голой пятой точкой. Но раз сказал, что я важна, значит попросту приму это на веру.
— Опять витаешь в облаках? — донесся голос Раста, когда мы торопливо уселись на свои места и набросились на еду.
— В этом и есть тайна женской души. Любую свободную минутку, мы возносимся в мир грёз, — вдохновенно произнесла я шутку, вызвав улыбку у парня.
— Ты, главное, успевай спускаться на землю к простым смертным. Облака подвластны только драконам, а их никто давно уже не видел.
Казалось, что все вокруг только о них и говорят, но никто ничего толком-то и не знает. Я решила промолчать, проглотив все, что было на тарелке, оставалось только допить крепкий чай с ягодами и можно было с уверенностью сказать, что жизнь удалась, но скоро прозвенит звонок.
Расправив свернутый листок с расписанием, я прикинула уровень страданий, ожидающий в скором времени, а пока меня ждало введение в религию. Где-то на подкорке промелькнула мысль, что Дафины я пока не видела, что странно.
27
Введение в религию оказалось не как я предполагала, зевотным предметом, а достаточно интересным. Профессор с не запоминающимся именем, но достаточно древний на вид, чтобы пугать своим возрастом, очень живо и ярко посвящал нас в культуру и обряды таинства рождения. Оказалось, что когда-то беременность и появление новорожденного в семье тщательно скрывалось целый месяц, а затем устраивался пышный праздник с подношениями Богам. Это было обусловлено страхом родителей, что дитя заберут Боги себе на службу.
Миры разные, а суть одна. У нас тоже новорожденного сразу говорят, не стоит показывать, чтобы не сглазили.
Но в этом мире все начиналось с того, что те самые сестры стали богинями. Точнее две из них, а третья стала человеком, но с долей магии. Она-то и скрывала от сестер появление дитя, потому что те были лишены радости материнства и взаимной любви. Первого отобрала одна из сестер, там, что повелевала ночью, второго — друга, что царствовала днем. И только сокрытый третий ребенок спокойно себе жил с родителями, потому что был скрыт ото всех.
Я не знаю, на сколько все это правда, но в этом что-то было. Боль и отчаяние материнского сердца, у которого отняли детей невозможно прочувствовать не узнав, но и участь эта пусть обойдет всех стороной.
Пока профессор рисовал нам картины прошлого, обрисовывая какие храмы построил тот самый, всеми любимый, один на троих мужчина, я прикидывала откуда пошли остальное люди, если это интерпретация наших Адама и Евы, к которым у меня тоже были вопросы, как и к прочим героям. Но сюжет любой сказки не идеален, автор, особенно, когда их несколько и все передается из уст в уста мог что-то упустить.
— Всю нужную информацию и иные версии можно найти в учебниках, ну а я с вами прощаюсь, — огорошил новостью об окончании пары профессор.
А я ведь так увлеклась, что даже не заметила, как пролетело время.
В этот раз Раст не ждал меня напротив кабинета. И это вызвало некоторое расстройство. Привыкла немного за эти несколько дней к его постоянному присутствию. Но отбросив обиды, я полетела вслед за парнями в общежитие, чтобы переодеться. Два часа перерыва и впереди ждала пара по физкультуре. Я уже живо представляла разнообразные снаряды и скамьи вдоль спортзала.
Ручка двери легко поддалась, и я очутилась в тишине и покое собственной спальни. Дафина, казалось, еще не пришла, что давало мне немного времени, чтобы принять водные процедуры, которых из-за прихода Раста я лишилась.
Подготовив сменную одежду для тренировок, я сбросила с себя форму и отправилась в ванную. Сейчас бы музычку... Как же скучала по родному душу и музыке в проигрывателе, а я, пока струи воды лились на голову, горлопанила самые модные хиты радиостанций. Эх, было время...
Отодвинув шторку, я повернула голову, чтобы открыть воду и обалдела. В моей ванной лежало что-то непонятное. И очень странное. Тронув пальцем, я коснулась этого. Оно было склизким и мерзким. Ком тошноты подкатил к горлу. Смотрела я однажды один кошмарик, так вот, там так выглядела снятая чья-то кожа. Хотелось заорать и броситься со всех ног куда подальше, но я только осторожно сделала несколько шагов назад и протянула руку, чтобы взять халат. Приоткрыла дверь и попятилась к следующей.
В голове была только одна мысль, что кто-то снял шкуру с человека. И не исключено, что с Дафины. Решить эту проблему должен был комендант.
Бросившись со всех ног к нему, я уперлась лбом в закрытую дверь. Меня не смущало, что я стою в одном халате на голое тело. Плевать. Главное было, узнать, что произошло и попросить о помощи. В отчаянии закусила губу и постаралась придумать, что делать дальше. На ум пришло только обратиться к Расту, но для этого его нужно было найти...
Удача улыбнулась мне в лице рыжего, который шел с приятелями.
— Анна! А я уже успел соскучиться! — я вздрогнула, но постаралась, чтобы страх не влиял на мои эмоции. Его руки скользнули по моей талии, а внутри все перевернулось от отвращения.
Улыбнувшись через силу, поздоровалась. Из этого тоже можно поиметь информацию.
— Как хорошо, что я тебя встретила! Не подскажешь, где здесь обитает Раст?
— Раст? — недоуменно переспросил он.
— Угу. Он мой, как бы, опекун на время адаптации в обучении и мне срочно нужно видеть его, — тут же заверила, что ищу не ради того, о чем Финн и его компания могли подумать.