Госпожа Доктор (СИ)

– А что будет, если расскажу? – осторожно поинтересовалась я. 
– Так скорей всего инквизиторов вызовут. 
– На костре сожгут что ли? – я поморщилась. Перспективы-то какие! Прямо... огонь! 
– С чего бы? – Марта еще и глянула на меня, как на умалишенную. Ладно, "огонь" отменяем. – Просто изгонят из тела. Дело, конечно, твое. Но по мне так лучше жить, коли есть такая возможность. 
  
Я тяжело вздохнула. Да, изгоняться я пока никуда не планировала. 
Сложно сказать, что я чувствовала в этот момент.  Как вообще можно переварить такие новости и не сойти с ума? 
Я откинулась на постель. 
– Ты прости, что все так вышло, – тихо проговорила моя собеседница. – Я так надеялась вернуть Анну… Я-то одна живу уж сколько лет. Муж почил, деток не завелось... Анна отрадой стала. Всяк уж не одной. 
Тихий всхлип, тяжесть в словах. 
Я покосилась на нее из-под полуопущенных ресниц. 
Только теперь до меня дошло, что эта женщина сегодня потеряла свою родственницу. Пусть та и не лежит перед ней бездыханным телом, но все же… 
У меня самой защипало глаза. Я села, взяла ее за руку. 
– Похоже, мы обе не ждали того, что сегодня случилось. – Мой голос дрогнул, пришлось глотать колючие слезы. 
Марта понимающе кивнула, уже не сдерживая плача. 
– Я помогу тебе разобраться со всем… – заверила она меня, когда нам обеим немного полегчало, и сжала мою руку в ответ. 
Не знаю почему, но мне хотелось ей верить. 
– Тогда давай попробуем, – согласилась я. 
Ну что же, новый мир, жди меня!*** 
Первое за что я взялась, так это попросила Марту рассказать мне как можно больше об этом мире. Вместе мы продумали историю моего появления у нее. Все выходило довольно складно, да и было недалеко от правды – дальняя родственница приехала из далекой деревеньки, потому как работы там не сыскать.
Не сказать, что меня сильно радовали перспективы работать горничной, но надо ведь с чего-то начинать? Марта и сама прислуживала горничной уже больше десяти лет и отзывалась о лорде Локвуде наилучшим образом. 
– Он, может, и строгий, но завсегда справедливый. И выслушает, и подсобит чем сможет, коли то надобно. Вот в том году почитай, у кухарки дочка никак разродиться не могла. Трое суток в потугах… Чуть не окочурилась. Лорд ей лекаря вызвал, едва узнал. А ведь просто мимо кухни проходил, где Дорна плакалась, матушка ее… Другой бы господин и ухом не повел бы, а наш лорд вона как. И то не единожды. 
Говорок к Марты был презабавный, я даже заслушалась. Правда на упоминании о потугах в три дня длинной, мне едва не поплохело снова. Куда я попала? Неужели здесь все так плохо с медициной, и доступна она лишь господам? 
Видимо, занесло меня во времена, схожие с нашим средневековьем. 
– Марта… – Я немного смутилась, мысленно умоляя провидение не подвести. – А как у вас обстоят дела с туалетными комнатами? 
“Только бы не горшок… Только бы не горшок!” 
Я едва не зажмурилась, ожидая ее ответа. 
– Ой, как же я сама-то не додумалась. Ты ж сколько лежала, тебе ж наверное надобно! Пойдем-ка! – Она потянула меня под локоток, и я чуть выдохнула. Ну, не горшок, уже полдела. Теперь будем надеяться, что и не дырка в полу. 
Не дырка. Сантехника хоть и не фарфор, а жестянки и что-то каменное, но я все же выдохнула. Цивилизация все же дошла до этого мира! 
Следующие несколько дней я восстанавливала силы и расхаживалась. Поначалу тело слушалось неохотно. Я даже ложку держать не могла! Было ужасно неудобно, что Марте приходилось кормить меня… Та впрочем уверяла меня, что ей вовсе не трудно, да и вообще видеть, как я иду на поправку, было ей только в радость. 
Я ловила себя на мысли, что порой моя наставница (а именно так я мысленно прозвала ее), кажется, забывала, что я не ее настоящая родственница. К тому же мы решили оставить привычное здесь всем имя Анна. Мне было не слишком принципиально, Аня, Анна, разница не велика. А Марте так было привычнее. Но порой она припоминала каких-то общих родственников, или удивлялась, что я не помню тех или иных вещей месячной давности. И лишь после того, как я дарила ей весьма выразительный взгляд, она словно приходила в себя. 
Это было странно. Я стала опасаться, не действует ли магия каким-то особенным способом? А что, если она и вовсе забудет, что я прибыла из другого мира? 
А я? Я сама не забуду? 
Перед сном я повторяла таблицу менделеева, периоды появления зубов у грудничков в первом году жизни, список прививок к десяти годам, названия препаратов от ангины… все, что приходило в голову. Я боялась забыть, кто я. Вспоминала имена друзей, названия городов, все, что могло бы напомнить о моем родном мире! 
Я понимала, что не смогу вернуться. Что та авария наверняка уничтожила мое прежнее тело, но и забывать, кто я, не собиралась. Это все делало меня мной. Становиться горничной Анной в богом забытом месте в мои планы не входило. 
Не знаю пока как, но я найду выход из всей этой ситуации. 
И первым делом нужно было бы наведаться к той ведьме, что помогла Марте с ритуалом. Об этом своем желании я и высказалась… 
– Альберта в леса ушла, теперь только к зиме вернется, – ответ женщины прозвучал неутешительно. 
Я сникла, потому как возлагала большие надежды на ведьму. Марта каждый раз пыталась как-то замять мои вопросы. Похоже, ей было проще делать вид, что все в порядке. Жизнь простой горничной ее устраивала. 
В отличии от меня. 
Едва стало понятно, что я вполне сносно передвигаюсь по дому самостоятельно, Марта вернулась к работе, она уходила рано утром, до поместья было час пешего хода, а возвращалась уже поздно вечером, а то и по нескольку дней оставалась в поместье. 
А я проводила дни в одиночестве. Ни книг, ни телевизора, ни тем более компьютера здесь не было. От скуки хотелось лезть на стену! Марта предлагала мне вышивать или вязать, но я отродясь не занималась ни тем, ни другим, а моя деятельная натура требовала чего-то более активного. 
Я стала выходить на прогулки… Домик Марты стоял на краю деревеньки. Ну, вернее, как прогулки… Я садилась в большое плетеное кресло, которое вытащила из дома специально для этих целей. Куталась в плед и смотрела на улицу. 
Несколько раз заходили соседи и знакомые Марты. Интересовались моим здоровьем… По договоренности с Мартой мы всем рассказали, что с моя память помутнилась из-за тяжелой болезни и мне сложно узнавать тех, с кем я, вернее Анна, уже была знакома.  И ни у кого это не вызывало вопросов. Словно так оно и работает. 
Я была неизменно вежливой. Люди ведь не виноваты в том, в какой ситуации я оказалась… 
Все они были доброжелательными, простыми. А проведя два дня в изоляции и без Марты, разговоры об огородах или работе в поле, стирке белья на реке и проблемах с лисами в курятниках стали моим главными развлечениями. 
Иногда хотелось выть. Иногда плакать. Иногда истерично смеяться. 
И вот тогда, когда моя кукушечка уже распевала трели на свистящей от скорости полета крыше, Марта сообщила мне приятнейшую новость: 
– Если ты готова, то завтра можешь отправиться со мной в поместье. Я уже поговорила со старшей горничной, она представит тебя лорду Локвуду. Пройдешь собеседование и сможешь приступить к работе! 
– А что будет на этом собеседовании? – я даже немного растерялась. А что если меня спросят чем чистить столовое серебро или что-то в этом духе? 
– О, не волнуйся, ничего особенно. Он просто побеседует с тобой. Он всегда знакомится с новой прислугой. Всех по именам знает. Это редкость для господ! 
Кажется, Марта была очень хорошего мнения об этом лорде. Хотя в ее разговорах очень уж ощущался акцент на разницу в положении. 
Для нее это было нормой… А я, выросшая в условно среднем классе, в среднестатистической семье, не была к такому привычна. 
Хотя о чем это я! Я вообще не была привычна ни к чему в этом мире! 
Марта помогла мне собрать кое-какие вещи, по большей части ужасно огромные панталоны, шерстяные чулки с подвязками и другое исподнее. Форменные платья все равно выдадут в поместье.