Госпожа Доктор (СИ)

Сам же сел за стол. 
Классический кабинет, уставленный деревянной мебелью. Большое окно за спиной хозяина… 
Сжав пальцы в кулаки, я проследовала к указанном месту, опустилась на самый краешек стула. 
– Я вас слушаю, – он сидел, сцепив руки перед собой и локтями опираясь на стол, чуть наклонившись вперед. 
Я прочистила горло, выпрямилась и заставила себя успокоиться. 
  
Я все делаю правильно. 
– Думаю, будет правильно, если я начну по порядку, – я дождалась его одобрительного кивка, – дело в том, что я не та Анна, за которую меня принимают в этом доме. 
Брови лорда дрогнули вверх. 
– Я попала в тело этой девушки из другого мира, где была детским врачом. Это произошло где-то месяц назад, до того, как я попала к вам на службу. – выпалила, как на духу. 
И замерла. 
Сейчас все и решится. 
Локвуд осоловело моргнул. Откинулся в кресло, пробарабнил пальцами по столу. 
– Честно, это не совсем то, что я ожидал услышать, – наконец, отозвался он. 
Он смотрел на меня с явным подозрением. Не верит? Я бы тоже не поверила… Но ведь у них тут такое случается? 
– Послушайте, лорд Локвуд, мне незачем лгать… 
– Ну, почему же… – он перебил меня почти сразу, – я могу предложить с несколько десятков вариантов, почему вы можете придумать такую историю. 
– На кону жизнь девочки! – Я не выдержала и даже повысила голос. Это так возмутило меня! Щеки мигом обожгло злым румянцем. Но я не собиралась извиняться за свою дерзость и продолжила, не позволяя себе потерять решимость. 
– Ваш доктор пичкает ее лекарствами, которые, по всей видимости, вызывают у нее аллергические реакции! Это просто очевидно для любого разумного и даже несведущего в медицине человека! – Я говорила быстро, чтобы он не успел перебить меня. – В сгибах локтей, коленей, голени, да и много где еще – красные пятна. Бедняжка вся исчесалась! Кожа шелушится. Еще она кашляет каждое утро и днем, почти каждый раз после приема лекарств, и тогда Бродрик дает ей что-то еще, другое… Периодически заложенный нос, покраснение глаз, слезоточивость. Я не смогла разобраться, что именно из лекарств ваш доктор вливает в нее. Но это точно не влияет на девочку положительно. Ко всему я думаю, что он неверно ставит диагноз. Это не похоже на пневмонию. И ночью после приступа кашля я дала подышать ей свежим воздухом, ей уже только от этого стало легче! 
Воздух в легких закончился и мне пришлось прерваться. 
– Вильям настаивал, что Люсиль нужно находиться в тепле, – глухо отозвался лорд Локвуд. Его глаза опасно блестели. 
– В тепле, но не в духоте! – Я снова высказалась излишне эмоционально. 
Лорд нахмурился, и я прикусила язык. Некстати перед мысленным взором возникла картина нашей первой встречи. То, как он стоял тогда на ступеньках, сжимая пальцами в кожаных перчатках рукоять хлыста. 
Невольно сглотнула. 
– Значит, вы из другого мира, – не вопрос, констатация факта. 
Я кивнула. Правда всегда лучше, чем очередная ложь. 
– Чем же вы можете доказать свою компетентность? 
Он все еще был холодно-спокоен. А я задумалась… 
– Доктор Бродрик имел рекомендации от уважаемых господ. Без них я не подпустил бы его к своей племяннице. Она – единственная родня, что осталась у меня, – теплота мелькнула в его словах, и это даже внушило мне надежду… – Признаться, я и сам уже подыскивал другого лекаря, но вы… 
Он оглядел меня с явным скепсисом во взгляде. Покачал головой. 
Конечно… кого он видел перед собой? Юную девушку в строгом черном платье горничной. Белый чепец, накрахмаленный передник… 
– Не говоря уже о том, что если ваши заверения правдивы, я должен неотложно вызвать инквизов. 
Я сжалась… Марта предупреждала об этом. Говорила, что меня изгонят из тела и… что там будет дальше? Рай? Пустота? Перерождение? Я не знала… И это было страшно, но оставить Люсиль в руках этого врача-шарлатана. 
Нет. Не могу. 
– Нет времени искать нового лекаря. Люсиль становится хуже. Нужно отстранить от нее Бродрика и заняться нормальным лечением. 
– И этим лечением, полагаю, должны заняться именно вы? – его левая бровь выгнулась уже в почти издевательской насмешке. Или это я себя накручивала? 
Локвуд снова подался вперед. И впервые я увидела у него более явные эмоции. Угроза в его глазах читалась явственно. 
Но я не отвела взгляда, не потупилась, а напротив – задрала подбородок. 
– Да. 
Лорд сжал губы, отчего они превратились в тонкую суровую линию, сощурился. 
– Если вы навредите ей, Анна из другого мира, если ей станет хуже… Если я узнаю, что вы обманываете меня… 
– Это не так! 
– Не перебивайте, – его тон был ледяным, а взгляд грозным, – если ты не сможешь помочь ей, я вздерну тебя на нашем родовом дубе в саду за домом. Никаких инквизиторов, никаких гуманных очищений. Я сам изгоню тебя из этого тела. 
Он даже перешел на “ты”, что ужасно резануло слух. Что уж говорить об остальных его словах? 
– Я не обманываю, – процедила сквозь зубы. 
– Вот и посмотрим. 
– Для начала нам нужно понять, чем именно болеет девочка, – начала я. – Тот диагноз, что поставил доктор Бродрик, на мой взгляд, неправильный. 
– Вы так уверены в своих высказываниях? – его голос прозвучал ядовито, а взгляд прожигал насквозь. 
Я могла бы оскорбиться. Могла бы обидеться. Если бы не видела в глубине его глаз едва сдерживаемое отчаяние. Каким-то шестым чувством я понимала, это раздражение направлено не на меня.
Я продолжила, строго и решительно, аккуратно подбирая слова: 
– Полагаю, если вы позволили мне лечить Люсиль, вам придется считаться с моим мнением. Я компетентна, можете не сомневаться в этом. Я одиннадцать лет училась в общеобразовательной школе, шесть лет в институте и несколько лет проработала в городской поликлинике. 
Я заметила, как его брови сошлись ближе к переносице. Удивлен или услышал незнакомые слова? Я решила пояснить: 
– В нашем мире это специальное учреждение, куда приходят лечить детей. Я была врачом педиатром и немало повидала… 
– Немало повидали..? – Снова слова полные скепсиса. 
Конечно, ведь в этом мире мне было двадцать и выглядела я едва ли старше той же Тиль. Похоже, лорд Локвуд думал о том же: 
– Сколько же вам было лет в вашем мире? 
– Не думаю, что уместно сейчас это обсуждать. 
Какое-то время мы смотрели друг другу в глаза. Никто не хотел уступать другому. Мне с трудом удавалось выдержать его тяжелый взгляд. Я понимала, чем обосновано такое его поведение. Он не знал меня. Не знал откуда я. Лгу или говорю правду. 
Он мог рассмеяться мне в лицо на мои заявления. Мог выставить за порог. Мог не слушать вовсе, отмахнувшись, точно от назойливой мухи. Но мне казалось, мы оба чувствовали одно и то же. Правильность происходящего. 
Он готов был подпустить меня к Люсиль. 
И все это на фоне того, что доктор Бродрик уже месяц не может помочь девочке. Я даже задумалась, смогла бы поступить так же на месте Локвуда? Довериться незнакомой девице? 
А учитывая местные нравы, и то, что я занимала лишь место горничной, а он был хозяином… лордом-хозяином… то, что он в принципе сейчас разговаривал со мной, и слушал мои ответы, уже говорила о многом. 
За время проведенное в этом мире, я уже сделала некоторые выводы. И относительно местной знати они были не утешительны. 
Сперва и самого Локвуда я относила к таким же заевшимся аристократам, но когда изо дня в день все вокруг возносят хвалу в его честь, сложно не дрогнуть. 
Именно сейчас, в этот момент прежний страх, который преобладал во мне все предыдущие дни, отступил. 
Он уступил место холодной решимости. Пониманию, что я должна помочь девочке. Что кроме меня положиться и ей, и лорду не на кого. Конечно, возможно Локвуду удастся найти какого-то более толкового врача, чем Бродрик. Но сколько на это уйдет времени? Сколько времени осталось у самой Люсиль? Чем она больна на деле? Я уже предполагала, что именно происходило с ней. Но для точной постановки диагноза мне нужно было более внимательно осмотреть ее. Послушать. Понаблюдать какое-то время.В конечном итоге, от этой игры в гляделки у меня даже глаза пересохли и зачесались. Только вот я понимала, что если сейчас отведу взгляд, если спасую перед ним, если покажу сейчас свою слабость, то именно в этом контексте наши отношения и будут установлены дальше.