Принцесса на горошине (СИ)

- Ещё раз поговорить, - сказала я ей. – Обсудить всё. Нам ведь есть, что сказать друг другу.
Лиля дёрнула плечом.
- Не знаю. То есть, понятия не имею, что нам с тобой обсуждать. Мы с тобой незнакомы. А вот мама хочет с тобой встретиться.
От этих её слов я занервничала. Не нашла ничего другого, как пообещать:
- Об этом тоже поговорим. Почему бы тебе не приехать ко мне?
- Когда?
- Когда у тебя будет свободное время.
- Вообще, у меня завтра выходной.
- Вот и отлично. – Я ободряюще ей улыбнулась. Даже мысленно никак не могла заставить назвать её сестрой. Даже в моём сознании это звучало дико. – Я пришлю за тобой машину.
Лиля, наконец, улыбнулась.
- Было бы круто.
Я посмотрела на молодого водителя.
- Коля за тобой завтра приедет.
Лиля на Колю посмотрела, я бы даже сказала, присмотрелась всерьез. Кивнула весьма благосклонно. А потом ко мне повернулась и попросила:
- А можно на какой-нибудь крутой тачке? Чтобы все обалдели?
- Специально приобретем для этого случая, - ядовито проговорил Рыков. И показательно взглянул на часы: - Марьяна Александровна, у вас через час встреча.
- Какая ещё встреча? – переспросила я у него, когда мы сели в автомобиль. Лиля возвращалась на рабочее место, я посмотрела её вслед.
- Косметолог, Марьяна. Или отменить?
Я моргнула.
- Ах, да. Я совсем забыла.
Косметолог, массажист, стилист…. Куча всяких важных встреч в моей жизни. О которых я в последнюю неделю напрочь позабыла.
- Поедем. Мне нужно расслабиться.
- Вот это правильно. А то занимаемся какой-то откровенной фигнёй.
- Пал Палыч! – не сдержалась я, и мы все замолчали.
Вечером приехал Абакумов, и совсем не обрадовался новостям о том, что я встречалась с новоявленной родственницей. А я, если честно, совсем не обрадовалась его приезду. Потому что не понимала, что всё это означает. Вторую ночь он ночует вне дома, вне семьи, а, значит, должен будет как-то объяснять своё отсутствие, тут уже не расскажешь, что случайно заснул в офисе. Или это значит, что он уже объяснился с женой, просто меня почему-то в известность об этом не ставит.
Наверное, мне нужно было задать конкретный вопрос, а я почему-то молчала. Не получалось у меня спросить. И от этого замалчивания, я чувствовала неловкость, себя виноватой чувствовала перед его женой, перед его детьми. Раньше Димка возвращался вечерами к ним, и мне, хоть и было тяжело, но казалось это правильным. А сейчас я не знала, как отреагировать. Но, судя по поведению Абакумова, самой правильной моей реакцией было именно молчание. Чтобы я приняла его присутствие в моём доме, рядом со мной, как само собой разумеющееся. И лишние вопросы не задавала.
Услышав про Лилю, Дмитрий Алексеевич откровенно поморщился.
- Зачем тебе всё это надо, Марьяна? – спросил он.
Я подумала над своим ответом.
- Наверное, за тем, что это моя мать. Какая бы она ни была. Я хочу её узнать. И, наверное, для того, что они с Лилей мои единственные родственники.
- Родственники, - недовольно проговорил Абакумов. – Которым нужны твои деньги.
Я вздохнула, не скрываясь.
- Всем нужны мои деньги.
Димка остановился посреди комнаты, ко мне присмотрелся.
- На что ты намекаешь? – спросил он.
Я якобы непонимающе моргнула.
- Я? Ни на что. Констатирую факт. Порой думаю, что гораздо проще было бы без денег, и без наследства.
Дмитрий Алексеевич взглянул на меня с насмешкой.
- Глупенькая. Ты даже понятия не имеешь, что это за жизнь. С кучей проблем, в постоянном безденежье.
- Можно подумать, ты знаешь, Дима.
- Бог миловал, - хмыкнул он. – Но для этого, знаешь ли, понадобилось приложить много усилий. Не искал я обеспеченных родственников.
- Пожалуйста, не начинай, - попросила я. – Никто не виноват, что так сложилось. Но, если всё правда, то где-то живёт женщина, которая меня родила. Понимаешь? Как я могу не думать об этом?
Димка стоял у окна, недовольно поджав губы, но, в конце концов, согласно кивнул.
- Ты права. Это для тебя важно. – И вроде как разрешил: - Познакомься с ней.
 
Его тон меня царапнул. Разрешения я, вроде как, не спрашивала, лишь делилась с ним своими мыслями. А тут такое высочайшее соизволение. Занятно.
- Когда встреча с нотариусом? – спросил он.
- На следующей неделе, - ответила я, продолжая раздумывать о своём.
Абакумов нахмурился.
- Почему он тянет?
Я плечами пожала.
- Понятия не имею. Я, вообще, обо всём этом понятия не имею.
- Странно, - проговорил он. – Я завтра выясню.
- Дима, мне кажется, всё должно идти своим чередом. Нотариус сообщил, что ему нужно время, чтобы согласовать определенные моменты.
- Какие ещё моменты, Марьяна?
- Я не знаю.
- И тебя это не беспокоит?
Я головой покачала.
- Нет, не беспокоит, - честно призналась я. – Он ведь профессионал, ты же знаешь.
- Любого профессионала можно подкупить, Марьяна, - с определенным намеком заметил Дмитрий Алексеевич.
Теперь уже я взглянула на него с недоумением.
- В каком смысле?
- В том, что слишком много желающих на твоё наследство.
- Но это же моё наследство, - удивилась я. – Наследница я единственная. Так что…
Дмитрий Алексеевич вздохнул напоказ, будто я сказала немыслимую глупость.
- Я всё-таки позвоню завтра нотариусу, - сказал он, в конце концов.
А я хмыкнула в сторону. И вроде как невинно, поинтересовалась:
- На каком основании?
- Что?
Я на него посмотрела.
- На каком основании ты позвонишь нотариусу, Дима? Что ты ему скажешь? И почему ты думаешь, что он станет с тобой общаться? – Я руками развела. – Ты ведь к этой ситуации никакого отношения не имеешь.
Он замолчал на некоторое время. Видимо, пытался сообразить, что мне сказать. В итоге, решил обидеться.
- Марьяна, я забочусь о твоих интересах.
- Я понимаю, - не стала я спорить, и даже примирительно улыбнулась. – Но это не меняет факта того, что нотариус не станет с тобой общаться.
Я отвернулась от него, а Дмитрий Алексеевич подошёл к дивану, на котором я сидела, наклонился ко мне, дышал мне в шею.
- Марьяна, - позвал он. – Ты на меня злишься?
Я головой качнула.
- Нет. Просто пытаюсь рассуждать трезво.
Димка голову ниже склонил, прижался лбом к моему виску. Жарко подышал мне в ухо.
- Я ведь стараюсь всё исправить, - проговорил он. Я промолчала. – Я хочу о тебе заботиться. Кто ещё это сделает?
Я глаза прикрыла. А Абакумову сказала:
- Спасибо. Я это ценю. – Я немного отодвинулась. – Но ты же знаешь, что я права.
Он выпрямился, проговорил с недовольством:
- Да, понимаю. И мне это не нравится. Наверное, пришла пора этот момент исправить.
- Что именно? – не поняла я.
Его пальцы коснулись моих волос.
- Наше неопределенное положение.
Вот так так. Кажется, Дмитрий Алексеевич налету подхватил знамя и понёсся вперед, как угорелый. Решает всё с наскока. Я даже некое беспокойство от его решительности ощутила.
Утром приехала Лиля. Я ждала её приезда, но под укоризненным взглядом Дмитрия Алексеевича, делать это было не слишком комфортно. Он и на работу этим утром не торопился, видимо, специально поджидал встречи с новой родственницей. Не спеша завтракал, просматривал новости, перебирал какие-то бумаги за столом, и всё на меня посматривал. Я пила вторую чашку кофе, и ждала. Если честно, то мысленно разрабатывала стратегию своего поведения. Как мне следует вести с себя с сестрой? По-родственному вряд ли получится, нужно, хотя бы, с дружбы начать. Поэтому, когда Лиля появилась, я поднялась ей на встречу и улыбнулась. Сказала:
- Привет.
- Привет, - отозвалась Лиля, её тон прозвучал несколько настороженно. Наверное, из-за того, что она заметила за столом Абакумова. Тот поднял на родственницу глаза, окинул цепким взглядом. И приветливым совсем не выглядел.
- Проходи к столу, - пригласила я. – Ты завтракала?