Ты будешь моей! (СИ)

О боже! Чувствую, что до конца этого договора у меня будет лишь одно желание — двинуть ему в пах как следует. Как же он раздражает.
Улыбнуться. Пустяк, вроде, да? Вот только чувство, что меня сейчас не счастье изобразить просят, а встать на колени и радоваться, когда при этом похлестывают и пинают. Идиот!
Так, Лера. Успокойся.
Выдави эту дебильную улыбку и пусть он катится быстрее.
— Вот так уже лучше. Приклей ее намертво, — командует жених, когда получает от меня желаемое.
После этой помолвки мне можно уже в актеры подаваться. Весь Голливуд сделаю своей улыбкой!
— Лера! — раздается достаточно громкий голос, и я тут же оборачиваюсь.
Кирилл.
Боже! Хоть бы эти два лба опять не столкнулись до искр из глаз.
— На связи, — бросает неожиданно Антон и ретируется еще до того, как подходит Кирилл.
При этом "жених" еще и телефон к уху прикладывает, имитируя важный звонок.
Ну да, просто так уйти с пути, наверное, стремно. А так, будто бы при деле.
Показушник!
Ой, мне не о нем стоит думать, а о Кирилле. Какой-то он злой.
Хотя, для него в последнее время это норма. Нахмуренные брови, поджатые губы, стиснутые челюсти. А ведь когда-то он улыбался мне. И смотрел совсем иначе.
Нет, Лера, не вспоминай. Опять будет больно.
— Кирилл Александрович, что-то случилось? — придаю голосу официально деловой тон.
— До аптеки, я смотрю, ты так и не дошла? Заблудилась в холле? Или решила, что у тебя свободный график?
Ого, сколько желчи в голосе. Не знала бы, что он хочет меня наказать, решила бы, что ревнует.
— Прошу прощения, Кирилл Александрович. Сейчас же вернусь на рабочее место.
— В аптеку сначала сходи. И через десять минут будь в офисе.
— Хорошо, — киваю я и хочу как можно быстрее от него ускользнуть.
Уже далеко отошла, а спиной все еще чувствую взгляд.
Сердце колотится то ли от злости, то ли от обиды. И где эта дурацкая аптека?
Прохожу под зеленой вывеской и прошу женщины за стеклом крем от ожегов. Ловлю себя на мысли, что впервые за последние полгода покупаю лекарство для себя. Обычно всегда для Вари.
Как она там сейчас? Я обязана увидеть ее до отъезда. И если бы не эти титаны с претензиями на господство надо мной, то уже сейчас бы была в ее палате. А теперь придется терпеть до вечера.
Сразу после работы к ней пулей помчусь.
Забираю маленькую упаковку с тюбиком жирного крема и спешу обратно, чуть не позабыв о заказе Анны Михайловны. Яркий аромат свежей выпечки напоминает об этом.
Интересно, Кирилл уже ушел? Не прибьет, если увидит, что я еще раз "заблудилась"?
Надо бы скорее вернуться, но женщину расстраивать не хочется. Забегаю внутрь и нервно отстаиваю очередь. Я всего лишь третья, а чувство будто все железными монетами расплачиваются – так долго.
Хватаю наконец-то заказ и спешу к лифтам. Вроде, на глаза никому не попала. И Кирилла нигде не видно. Даже в самом офисе нет: стекла сейчас прозрачные, кабинет пуст. Уехал?
Отдаю женщине хрустящий бумажный пакет и, наверное, впервые за день выдыхаю. Вот только сидеть без дела, пока Анна Михайловна что-то нервно ищет в бумагах, а потом вносит в какую-то программу, долго не могу.
Не понимаю тех, кто хочет ничего не делать и получать зарплату. Мне куда приятнее ощущать собственную ценность, и за эту ценность получать достойную награду.
Долго бездельничать не могу. Прошу у секретаря задание.
— Пока папки по алфавиту сложи, — выдает она мне.
Мда. Крутой офис, а я девочка на практике.
Тихо, Лера. Работай. Потом свою жизнь сама устроишь.
— Я все, — говорю ей, но женщину оперативно выполненная задача не радует. Она раздражается, потому что я ее отвлекаю.
— Слушай, я не знаю, что еще тебе поручить. Тебя же учить надо, а у меня времени нет.
— А чему именно учить? Может, я умею?
— Что умеешь? — устало спрашивает она.
— В фоторедакторах работать, делать визуализации, немного изучала маркетинг и дизайн.
— Немного это не к нам. А если бы и много, то вон к девочкам из производственного, они этим занимаются. А ты, увы, у меня на подхвате.
 
— Так что же мне делать? Вы только скажите….
— Просто сядь и сиди.
— Анна Михайловна, — раздается голос, и мы обе только сейчас понимаем, что проморгали возвращение босса. — Что тут у вас за разногласия?
— Девочка работу хочет, а у меня нет времени ее обучать, Кирилл Александрович. Простите. Я бы с радостью, но тут со стольким надо разобраться.
— Работать, значит, хочется? — с каким-то недоверием он смотрит на меня.
Что, уже мысленно наклеил на меня ярлык белоручки и тунеядца, раз замуж за его богатенького брата собралась ради денег?
— Ну не сидеть же сложа руки, — так и хочется ему сказать, но вместо этого просто киваю.
— Анна Михайловна, хорошо подумайте, точно ничего у нас для нее нет. Вы же жаловались на архивы.
— Точно. Их нужно было оцифровать. Девочка должна была подойти в пятницу. Раньше обещала, но не получилось.
— Отмени ее. Пусть Лера этим займется, — говорит Кирилл, кидая в меня неопределенный взгляд.
Сослать, что ли, решил? Я не против! С радостью свалю от него подальше!
— Она у нас сегодня неплохо погуляла, вот пусть отработает за дисциплину. Пока половину не переберет, отсюда не ногой. — добавляет он, а затем входит в свой кабинет.
Мда. Выпросила работы.
Анна Михайловна тоже не особо рада. Вздыхает, поднимаясь с кресла и говорит идти за ней. Тратит полчаса своего драгоценного времени, чтобы ввести меня в курс дела, не забывая в этом упрекать.
— Ну, поняла?
— Поняла.
— Приступай тогда. Уж не знаю, когда ты тут половину разгребешь. Разве, что к ночи. Сидела бы и молчала. Я бы потом потихоньку тебя всему научила. Бог с тобой.
Нажелала мне и ушла.
Я вот в легком шоке смотрю на груду стеллажей с папками. Пыльно-то как. Сюда хоть кто-то когда заходил прибираться?
Ну да ладно. Мы не из нежных. Тем более, в этом даже плюсы есть. Здесь я Кирилла видеть не буду. Как и других людей. Как и света белого.
Кирилл Соколов:
— Кирилл Александрович, Лере я все объяснила, она работает, — докладывает Анна Михайловна, ставя на стол чашку кофе. Пахнет он как-то иначе. Они с Лерой из разных зерен варили?
— Понял. В мой кабинет ее не посылай. Сама приходи.
— Хорошо, Кирилл Александрович.
Уходит, а я головой погружаюсь в работу. Много нахватал, но по силам. Не замечаю, как идет время, но когда глаза устают, откидываюсь на спинку кресла, чтобы немного передохнуть.
Вот только взгляд ползет к стеклянной перегородке, за которой еще недавно маячила Лера. Теперь там только секретарь. А принцесса, которая стремиться к счастливой участи золушки с кучей слуг, сейчас сдувает с папок пыль.
Ладно. Что там с тендером?
Во второй раз посматриваю смету, чтобы ничего не упустить. Завтра производственный отдел соберет пакет, и можно идти в бой.
Когда заканчиваю дела, за окнами давно темно, а офис пуст. Приятная усталость растекается по телу. Разминаю затекшую шею, хватаю с вешалки пиджак, а со стола ключи от тачки. Контрастный душ и спать.
Замок стеклянной двери кабинета громко клацает в полной тишине. Как же здесь спокойно. На вес золота эта тишина.
Выключаю в опен-спейсе свет и хочу уйти, как вижу яркую желтую полоску под дверью архива.
Ага, Лера выключателем пользоваться не умеет. Толкаю дверь, чтобы выключить свет изнутри и на секунду подвисаю, обнаружив среди бесконечных бумаг маленькое неподвижное тело.
Чего это она скрючилась на стуле? Уснула, что ли?
В самом деле, спит. Притом беззаботно, как ребенок. Пальцы и черная юбка в пыли, а рядом гора скомканных салфеток. Оттереть пыталась одежду, но не вышло.
Как же она тут умудрилась уснуть? Здесь же воздуха почти что нет. А тот что имеется с примесью пыли.
Разбудить или пусть утром проснется сразу на работе?