Единое правление (ЛП)

— Ты ни в чем не виновата, Хол. И я в порядке. Все хорошо, — говорит она, вытирая слезы с моего лица.
Я отступаю назад, и мой взгляд падает на Нео. Он весь в синяках… в крови. Я оглядываю толпу, но не вижу Тео.
— Где мой муж? Где он? — спрашиваю я в панике.
Почему я его не вижу? Почему его здесь нет?
Глава двадцать седьмая
Тео
Прошло меньше минуты, прежде чем пришло осознание. Это не Холли. Облегчение нахлынуло на меня, а затем меня охватил другой вид ужаса. Холли никогда не простит мне, если с ее сестрой что-то случится. Она не сможет смотреть на меня и не винить. Я не могу жить в мире, где Холли ненавидит или обижается на меня.
— Dov'è lei? — спрашиваю я Анжелику. Где она?
Я получаю удар по голове.
— По-английски, ублюдок.
— Sicura, — отвечает она, прежде чем они успевают ее остановить. В безопасности. Одно слово — все, что нужно, чтобы успокоить меня.
Краем глаза я смотрю на Нео. В данный момент мои пальцы держат веревку на запястьях. Мне нужно всего две минуты, и я уложу всех этих ирландских ублюдков. Нео странно притих с тех пор, как Ноа Келли — он же Клевер — вошел с девушками. Он смотрит на пистолет, направленный на голову Анжелики. Когда я перевожу взгляд на нее, она лишь ухмыляется, а затем дерзко подмигивает. У меня такое чувство, что она не в первый раз оказывается в подобной ситуации.
— Я буду наслаждаться, наблюдая, как вы все горите в аду, гребаные ирландские подонки, — шипит Анжелика.
— Закрой свой поганый рот. — Келли толкает ее вперед. — Пока я не приказал одному из своих людей сделать это за тебя. Иди, посиди вон там и посмотри. Скоро настанет и твоя очередь.
Глаза Райли расширяются. Она в панике. Ее лицо бледнеет от того, что, по ее мнению, должно с ней произойти. Я жду, пока Анжелика сядет на пол; она едва заметно кивает мне.
— Знаешь, для человека, которому предстоит наблюдать, как его жену трахают всеми возможными способами, ты слишком спокоен, Тео. Я думал, что в известном Тео Валентино больше огня. Ты просто разочарование, — ворчит Келли, обхватывая Райли за талию.
— О, я просто представляю, как буду отрывать твои грязные пальцы, один за другим, бл*дь. День, когда ты решил, что можешь прикоснуться к моей жене, стал для тебя гибельным, Келли.
Он смеется.
— Ты веришь, что в состоянии остановить меня? На этот раз тебя никто не спасет, Валентино. Но, по крайней мере, ты уйдешь с хорошим шоу. Мы устроим твоему мужу хорошее шоу, верно, шлюха? — Он хватает Райли за волосы и толкает ее на колени.
— Ха, никогда не мог понять, почему кто-то занимается продажей женщин и детей. Но теперь я понимаю, почему тебе пришлось это сделать.
— О, тогда просвети меня. О, Великий, почему так?
— По-другому ты не сможешь намочить свой член. Какая женщина в здравом уме захочет такого уродливого ублюдка, как ты?
— Я как раз собираюсь намочить свой член в киске твоей жены, заметь. — Он ухмыляется, а затем поворачивается к Райли. — Твой муж обошелся мне в миллионы долларов! Я буду держать тебя у себя, пока ты не отработаешь его долг. — Однако самоуверенность подводит этого ублюдка, когда он делает шаг к моей невестке, его ствол больше не направлен ей в затылок.
Это тот момент, которого я так долго ждал. Их четверо, а нас трое — это если я прав в своих ожиданиях относительно Анжелики.
— Adesso13, — кричу я, срывая веревки с запястий, тянусь вниз и достаю нож. Через секунду я выпрямляюсь, всаживая лезвие в шею ублюдка, пытающегося схватить меня. Я отпихиваю его назад, и он падает на колени, прежде чем я освобождаю свои лодыжки. Все происходит так быстро. Три выстрела, а потом тишина. Я бросаю нож Нео, и он следует моему примеру, перерезает веревки и вскакивает на ноги.
Райли лежит на земле, закрыв голову руками, и кричит, а Анжелика прислонилась к стене, пистолет свободно болтается в ее руке, но потом она роняет его на пол. У ее ног лежат четыре тела: один все еще булькает и хватается за шею, а трое других — с пулевыми отверстиями в головах.
 
— Черт возьми, Анжелика, могла бы предупредить парня, что ты — гребаная убийца.
— Это необходимо, когда ты дочь Эла Донателло. — Она пожимает плечами, стараясь казаться бесстрастной. Я знаю, что это притворство — навык, которым я овладел сам.
— Райли, все кончено. Ты в порядке, милая. — Я поднимаю ее с земли и направляюсь к выходу. — Давай уйдем отсюда.
Она застывает в моих объятиях.
— Я в порядке. Поставь меня, — говорит она. Я бы хотел поспорить, но мне чертовски тяжело. Голова, бл*дь, чертовски болит и кружится. Я медленно опускаю ее на ноги. — Спасибо.
— Ты не должна меня благодарить. Тебя вообще не должно быть здесь. Что, бл*дь, случилось? — спрашиваю я.
— Мы просто пошли в кафе. Я даже не знаю…
— Где Холли?
— Она в поместье твоих родителей. — Вклинивается знакомый голос. Я поднимаю глаза и вижу Донателло в окружении небольшой армии своих солдат и одного взбешенного Брэя Уильямсона.
Он врывается вперед и выхватывает Райли из моих рук.
— Рай, детка, посмотри на меня. — Кончиками большого и указательного пальцев он тянет ее подбородок вверх. — Кто. Черт возьми. Прикоснулся к тебе? — кричит он.
— Я в порядке, Брэй. Просто забери меня отсюда. Пожалуйста.
— Где он? — Он не отвечает ей, а смотрит на меня.
— Ты опоздал на две минуты. Он там, а то, что осталось от его мозга, размазано по стенам. — Я указываю за спину, как раз в тот момент, когда Нео и Анжелика выходят из комнаты.
— Angelica, stai bene? — спрашивает Донателло, не двигаясь с места.
— Sì, sto bene, — отвечает она. Я в порядке.
Донателло оглядывает ее с ног до головы, затем кивает и устремляет свой взгляд на Нео.
— Скоро увидимся. Затем он поворачивается и уходит, его люди следуют за ним.
Нео не отвечает. Он слишком занят тем, что рассматривает Анжелику, выглядя при этом растерянным и… заинтригованным.
— Детка, подожди секунду. — Брэй легонько толкает жену за спину, и у меня не остается ни времени, ни сил, чтобы увернуться. Я даже не замечаю, как кулак летит в мою сторону, пока он уже не бьет меня в челюсть и не возвращается к груди бывшего профессионального бойца. Моему мозгу требуется мгновение, чтобы осознать это. Все, что я вижу, — это вращающуюся землю, прямо перед тем, как мое тело падает.
— Нет, убирайся! Ты к нему не подойдешь. — Я просыпаюсь от того, что Холли на кого-то кричит. Открыв глаза, я щурюсь от яркого света и снова закрываю их.
— Холли, опусти пистолет, — слышу я слова Нео.
— Заставь меня, — возражает она.
— Dolcezza? Ты можешь уже просто пристрелить его? У меня голова болит от всех этих криков.
Холли задыхается.
— Ти, ты очнулся. Слава Богу! — Она бросается ко мне и залезает на меня сверху. Я моргаю, снова открывая глаза, и ее расплывчатое лицо оказывается в фокусе. Она бьет меня по плечу. — О чем ты, черт возьми, думал? Ты чуть не погиб, на этот раз по-настоящему.
— У меня все было под контролем. — Я пытаюсь успокоить ее.
— Нет, это не так. Я больше никогда не выпущу тебя из виду. Слезы текут по ее лицу, и мое сердце разрывается. Я сделал это с ней. Снова. Моя жизнь должна быть посвящена тому, чтобы сделать ее счастливой, а я, похоже, только и делаю, что причиняю ей горе.
— Не плачь, Dolcezza. Все хорошо. Все уже позади.
— Неужели все закончилось? Война? Клевер? Все кончено?
— Да. — Я оглядываю ее и вижу Нео, Анжелику, Брэя и Райли — все они стоят в комнате и наблюдают за нашим диалогом. — Может, мне начать брать деньги за это гребаное шоу? Какого хрена вы все здесь делаете?
— Ну, я ждала благодарности. Ну, знаешь, за то, что всех спасла и все такое, — говорит Анжелика.
— А я ждал, пока твоя ленивая задница очнется, — ворчит Нео. — Теперь, когда ты пришел в себя, у меня есть более неотложные дела. Анжелика, пошли.