Единое правление (ЛП)

Я останавливаюсь на снимке Ти, Нео и Ланы в подростковом возрасте. Интересно, как у нее дела? У меня в телефоне есть ее номер. Может, мне стоит позвонить ей… узнать, все ли с ней в порядке. Я иду и сворачиваюсь калачиком на диване, натягивая на себя плед. Потом я даю волю слезам. Я не злюсь, что Ти ушел. Ему нужно было уйти. Но, если честно, мне страшно.
Страшно, что именно такое будущее меня ожидает. Придется ли мне объяснять нашему ребенку, почему папы нет дома к ужину? Придется ли мне скрывать, что я волнуюсь? Тревожусь?
Я сделаю все, что от меня потребуется. Альтернатива — уехать из Нью-Йорка и вернуться в Сидней без Ти — это не та жизнь, которой я хочу. Я смахиваю слезы со щек и сажусь. Мне нужно взбодриться. Мне нужно перестать грустить и начать действовать. Я могу это сделать. Когда Ти вернется домой, я не хочу, чтобы он застал меня расстроенной. Это только увеличит то бремя, что лежит на его плечах. Я должна собраться и стать сильнее, чтобы быть женой, которая ему нужна, поддержкой, которую он заслуживает. Он все делает для меня. Он всегда старается сделать так, чтобы я ни в чем не нуждалась. Я должна начать делать для него то же самое.
Я сажусь за его стол и открываю ноутбук. Всплывает предсказуемое окошко для ввода пароля. Я уже видела, как Ти вводил комбинацию цифр. Я просто никогда не обращала внимания на то, какие именно. Я пробую: 1410. Дата подписания брачных документов, так как в прошлый раз это сработало на телефоне. Не подходит. Я набираю следующую значимую дату, которая приходит мне в голову, и, наконец, ввожу вчерашнюю. День, когда мы узнали, что беременны. Бинго, экран оживает. Должно быть, он изменил его сразу после того, как узнал.
Осталось три дня до получения ключей от дома, который я выбрала. Я все еще в шоке оттого, что Ти только что купил недвижимость. Он даже не осмотрел все поместье. Он сказал, что если я хочу именно этот дом, то это все, что имеет значение. Но я хочу, чтобы это было не просто место для проживания. Я хочу, чтобы это был наш семейный дом. Наше гнездо. Я хочу наполнить стены смехом, весельем, любовью и счастьем. Я хочу, чтобы у наших детей всегда было место, куда они могли бы возвращаться.
Как этот дом для Ти. Как дом моих родителей для меня. Я знаю, что всегда могу вернуться домой, и мои мама и папа примут меня с распростертыми объятиями. Я знаю, что моя старая спальня будет выглядеть точно так же, как и тогда, когда я уезжала.
Я ищу в Google мебельные магазины в Нью-Йорке. Я даже не знаю, с чего начать. Квартира — это одно, но этот дом такой большой, что я удивляюсь, как мы вообще сможем его полностью обставить. Я знаю, что не должна… но ищу в электронной почте Ти документы о продаже. Их было достаточно легко найти. Я открываю вложение с планом этажа. Я просто пройдусь по комнатам. Начну с главной спальни. Именно там мы будем проводить большую часть времени, поэтому сначала я хочу выбрать мебель для нее, а потом перейду к остальным.
Я вздрагиваю от шума, доносящегося из холла. Не знаю, сколько времени я просидела здесь, потерявшись на сайтах интернет-магазинов, но только что заказала мебель для нашей спальни, гостиной, обеденный стол и кучу кухонной техники и посуды. Я все ждала, когда же израсходую лимит черных карт Тео. Это стало больше похоже на игру: сколько я могу потратить, прежде чем он скажет мне, что это слишком много? Я не поскупилась, уже выложив несколько сотен тысяч за мебель для нескольких комнат. Интересно, понравится ли Тео то, что я выбрала?
Я знаю, что он вернулся. Голоса, разносящиеся по дому, подтверждают это. И даже если бы я их не слышала, чувство спокойствия, которое нахлынуло на меня минуту назад, дает мне эту уверенность. Я должна пойти и посмотреть, что там происходит. Но прежде чем я успеваю встать, дверь распахивается, и в кабинет входит Ти, а за ним — Нео. Они оба останавливаются, увидев меня за компьютером.
 
Ни один из них не произносит ни слова, но Нео делает знак закрыть и запереть дверь, после чего ухмыляется.
— Знаешь, я и не подозревал, как чертовски круто иметь женщину-босса. Жаль, что семейные традиции настолько архаичны и никто не хочет их менять. Потому что, бл*дь, ты отлично выглядишь, сидя за этим столом, Холли.
— Ты явно сошел с ума, Нео. Мне, наверное, стоит отправить тебя на лечение, потому что это единственная причина, которую я могу придумать, чтобы ты был настолько глуп, чтобы приставать к моей гребаной жене, — рычит на него Ти. Да, рычит — глубоким, грубым, властным рыком, который каждый раз проникает прямо в мою киску. Я не свожу с него глаз, пока он молча встает за моей спиной и заглядывает мне через плечо. — Ты покупаешь мебель? — спрашивает он, в его тоне слышится удивление.
— Кое-что. Я подумала, что нам, вероятно, понадобится что-то… ну, знаешь, чтобы спать, сидеть, есть.
— Да ну на фиг. — Нео смеется. Я беру со стола карандаш и бросаю в него; он легко уворачивается.
— В следующий раз кидай пресс-папье, Dolcezza. Кто-нибудь видел, что ты здесь? — спрашивает Ти.
— Не думаю, а что?
— Подожди, не отвечай пока. Давай я сначала принесу попкорн, — говорит Нео и направляется к двери.
— Отвали, Нео. Не думай, что мы закончили этот разговор.
Я смотрю на кузенов. Между ними чувствуется напряжение, которого обычно не бывает.
— О, я могу уйти, если тебе есть чем заняться. Я как раз собиралась посмотреть, что есть в холодильнике.
Я встаю со стула, готовая выйти из комнаты. Здесь слишком много тестостерона, наполняющего атмосферу, — слишком много, чтобы мне это нравилось. Ти обхватывает меня за талию, притягивая спиной к своей груди. Его рука лежит на моем животе, а большой палец проводит по нему вверх и вниз, совершая небольшие круговые движения.
— Ты остаешься. Он уходит.
— Хорошо, увидимся позже. Холли, будь снисходительной. Не он придумал эти правила. — Последние слова Нео сбивают меня с толку.
Я поворачиваюсь лицом к Ти, а затем тянусь к нему и прижимаюсь губами.
— Ммм, я скучала по тебе.
— Я, бл*дь, скучаю по тебе каждую секунду, когда не прикасаюсь к тебе. — Он поднимает меня и усаживает на стол. Затем опускается в кресло и смотрит на меня, словно пытаясь понять мое настроение.
Очевидно, что он хочет что-то сказать.
— Просто скажи уже. Что бы это ни было, говори.
— Хорошо, но знай, что не я придумал эти правила и не всегда с ними согласен. Но я должен их соблюдать. Большую часть.
— Ти, выкладывай. Что случилось? — Я начинаю паниковать, что он скажет мне что-то совсем ужасное. Например, что мы на самом деле не женаты. Боже мой, неужели такое возможно?
— Ты не можешь сидеть на этом стуле. Ты вообще не должна находиться в кабинете без меня. Но сидеть за этим столом нельзя категорически.
Я не могу сидеть за его столом? Я моргаю в ответ. Один раз, потом второй. Я щиплю себя за руку. Нет, это дерьмо мне не снится. Я разражаюсь истерическим смехом.
— Я серьезно, Холли. Тебя не должны видеть сидящей здесь.
— О, я знаю, что ты серьезно. Вот почему это так чертовски смешно. Боже, Ти, я думала, ты собираешься сообщить мне какие-то очень плохие новости или что-то в этом роде. Значит, ты не хочешь, чтобы я находилась одна в твоем кабинете? Отлично. Я не буду приходить сюда одна.
— Дело не в том, что я не хочу, чтобы ты была здесь, и не в том, что я тебе не доверяю, Холли. Просто таковы правила. Никто не должен сидеть на месте босса. Любой, кто вздумает это сделать, получит пулю между глаз, потому что это прямой захват трона.
— Но я твоя жена. Вряд ли я стану оспаривать у тебя трон. — Я использую воздушные кавычки, потому что это чертовски нелепо.
— Я знаю это, но другие… они не знают. Я просто… Для твоей же безопасности и чтобы предотвратить сплетни в семье, просто выбери любое другое место.
— Хорошо. Теперь мы можем пойти поесть?
— Да. Спасибо за понимание. И еще, привет, малыш. Ты составил маме компанию, пока меня не было? — Ти поднимает мою рубашку и целует голый живот.